Нулевой архетип - Ольга Куран

Эрика знала, что он нагонит их, поэтому просто остановилась и запрокинула голову вверх.

– Забавно, правда? В сказках чудовища всегда охраняют замки с сокровищами.

– Вы уже убили свое чудовище, – напомнил Атрес.

– Могу теперь убить ваше. Будем считать это дружеской услугой.

Пелена Грандвейв колыхнулась, пошла рябью, и сквозь нее проступил исполинский силуэт. Это и правда был гибрид-гигант. Атрес отстраненно подумал: возможно, один из тех, что отмечались на картах, кому капитаны давали имена.

– Любопытно, – Эрика разглядывала бесформенное искаженное тело, – смогу ли я справиться? Вы верите в меня?

– По большей части.

– Вы такой оптимист.

У гибрида были отростки, как гигантские щупальца, они опускались вниз и слепо шарили по земле, словно пытались что-то нащупать.

– Знаете, если вы еще раз мне поможете, – улыбнулась Эрика, – расщепление может вас убить.

– Я знаю.

– Но вы все равно поможете. В глубине души вы настоящий герой. Вам не хватает только сияющего меча и какой-нибудь бессмысленной цели.

Гибрид изогнулся в воздухе и издал пронзительный крик, который, казалось, вызвал дрожь земли.

Эрика подняла руку, и с ее ладони сорвался сияющий серебристый спирит-поток, похожий на лезвие.

«Зато у вас, – поймал себя на мысли Атрес, – есть и то и другое».

* * *

Дейн всегда считал «Сильверну» лучшим из разведывательных кораблей. Не без оснований – он бредил полетами под Грандвейв еще с тех пор, как был ребенком. Он разбирался в корабельных системах и знал, что на «Сильверне» установили лучшее оборудование из возможного. Но раньше Дейну ни разу не приходилось сталкиваться с «Алой девой».

Для разведывательного судна она была огромна – размером с крупные грузовые дирижабли, а внутри больше напоминала соты. Машинное отделение находилось в центре, а не ближе к хвостовой части, как у обычных дирижаблей, и казалось, что оно разрасталось наружу и опутывало весь корабль изнутри – тянулось к другим отсекам трубками, проникало спирит-каналами.

Центральный узел выглядел странно – пронзительно яркий, он светился красным, и было в нем что-то тревожное. Дейн раньше не видел подобного спирита и мог только предположить, что Реннар использовал архетип Жертвы.

При мысли о том, что «Алую деву» могли кормить людскими жизнями, у Дейна тошнота подкатывала к горлу.

Многие из приборов, которые располагались на корабле за пределами машинного отделения, были Дейну незнакомы, вообще не походили на современные механизмы.

В экипаже были только схематики. Дейн даже не подозревал, что их может быть так много. Они не заговаривали с ним, но пристально следили, чтобы Дейн не нанес вреда кораблю. Их взгляды давили почти физически, и он усилием воли заставлял себя держаться прямо и гордо. Капитан Атрес на его месте поступал бы так же.

Реннар никак не ограничивал Дейна, не пытался запереть его в каюте. Для Реннара он был всего лишь безобидным ребенком, с которым не имело смысла считаться. Пренебрежение злило, но еще больше злило то, что Реннар прав: Дейн не мог сбежать или как-то навредить «Алой деве». У него не было ни единого шанса выжить в Городе в одиночку, ни одного способа найти капитана Атреса или мастрессу Анну. Ему оставалось ждать и надеяться хоть как-то помешать планам Реннара, если выпадет такая возможность.

С Реннаром они виделись довольно часто – завтракали и обедали вместе в капитанской каюте. Иногда священник показывал ему отдельные отсеки «Девы», отвечал на вопросы об устройстве корабля и назначении некоторых приборов и в целом старался вести себя как радушный хозяин.

Реннар не казался обеспокоенным ни через день, ни через два, ни на третий после выброса, несмотря на то что каждая минута под Грандвейв могла стоить госпоже Анне и капитану Атресу жизни.

«Алая дева» стояла на якоре в нижних слоях Грандвейв неподалеку от узла Земли. Реннар не покидал корабль и не отправлял экипаж на поиски, будто вовсе не волновался.

Дейн раньше не видел узлы Земли, но тот завораживал даже сквозь пелену осколков. Восходящий спирит-поток был таким ярким, что его было видно сквозь Грандвейв. Почему-то Дейну нравилось на него смотреть, было в нем что-то удивительно живое.

Дейн приходил на капитанский мостик, откуда открывался наилучший обзор. Зачастую там же был и Реннар. Они разговаривали, и эти беседы оставляли у Дейна смутное чувство неудовлетворенности, недовольства собой, как будто он раз за разом проваливал какой-то тест.

На мостике было неожиданно тихо, круглые лампы казались тусклыми, но света, который давал узел, хватало, чтобы разглядеть обстановку в деталях. Реннар часто располагался в кресле с высокой спинкой возле огромного иллюминатора и смотрел на клубы спирита за стеклом. Дейн, как правило, оставался стоять, чтобы подчеркнуть свою неприязнь.

В тот раз Реннар поприветствовал его первым:

– Добрый день, сын мой. Вы вовремя, я как раз собирался позвать вас к себе.

Дейн выпрямился, как на построении в летном училище, и сложил руки за спиной – так часто делал капитан Атрес.

– Почему вы постоянно приглашаете меня? Я не стану вам помогать ни при каких обстоятельствах.

Реннар повернул к нему голову и улыбнулся, словно услышал что-то забавное.

– Сын мой, мне не нужна помощь. Мне просто нравится ваша компания. И ваш идеализм.

– Я не ваш сын, – в который раз поправил его Дейн. – Я уже говорил, что у вас нет права так меня называть.

– А я уже отвечал вам, что я священник.

Иногда после встреч с Реннаром Дейн ловил себя на том, что мысленно продолжает диалог. У него было время, чтобы придумать ответ:

– Тогда вы должны служить Богу, а не играть в него.

Реннар рассмеялся, как хорошей шутке.

– Браво, юноша. Достойная реплика. Но я делаю то, что необходимо. И поверьте, продолжу, что бы вы ни сказали.

– Просто потому, что можете? Думаете, это дает вам право? – Больше всего, даже больше того, что Реннар напал на «Сильверну» и поставил под угрозу жизни всех, кто был на борту, Дейна злило именно это – Реннар не раскаивался и не сожалел.

– Сын мой, я не случайно сказал «необходимо». Схема Земли должна стать стабильной, или она уничтожит нас всех. Я мог бы остаться в стороне и ничего не делать, но кто тогда исправлял бы мои ошибки вместо меня?

– Вы берете на