Принцесса без лица. Том 1 - Ирина Мур

Дареон отложил ручку, которой до этого делал пометки на отдельном листе.

– Марен, ты предполагаешь, что женщины соглашались на сексуальную практику, которая могла им самим не нравиться, только ради сохранения отношений?

– Да.

– Тогда у них должны были существовать достаточно близкие отношения. Случайному знакомому трудно добиться такого доверия.

– Думаю, он встречался с каждой несколько раз. Возможно, достаточно долго, чтобы женщины привыкли к его предложениям и не ожидали от него нападения.

– А если девушка отказалась бы? – спросил Калдер.

– Не знаю.

– То есть он мог встречаться и с другими, которых не убил?

– Возможно. Но никаких сведений об этом у нас пока нет.

Дареон кивнул.

– Не будем придумывать дополнительные знакомства. Вернёмся к пяти погибшим. Объясни, каким образом предложенная тобой схема исключает сопротивление.

Я показала ему фотографию шеи пятой женщины.

– Она сама разрешает затянуть платок и не воспринимает это как нападение. В какой-то момент мужчина усиливает давление. Когда женщина понимает, что происходит, возможность сопротивляться может быть утрачена.

– То есть он использует не силу, а доверие, – уточнил Марио.

– Да.

Варден задумчиво кивнул.

– Тогда понятно, почему не помог даже третий уровень. Если женщина согласилась и позволила ему всё сделать...

Он не закончил, продолжая рассматривать фотографию.

Калдер, напротив, никак не мог успокоиться.

– Всё равно какая-то дикая история. Пять женщин, и каждая согласилась на такое!

– Но ты сам объяснил, почему они могли согласиться, – заметил Марио.

– Я объяснил, что это возможно! Не говорил, что теперь мне такое нравится!

Рикен засмеялся.

– А тебя никто и не спрашивал, нравится тебе или нет.

– Сольден, не нарывайся!

Дареон подождал, пока перепалка закончится, и обратился ко мне:

– Но есть ещё одно обстоятельство. Почему ты считаешь выбранный способ дополнительным аргументом в пользу фери? Мужчина-сид тоже мог убить женщину во время секса.

– Мог. Но для него подобная схема не так необходима. Мужчина-сид физически сильнее женщины того же уровня, а мужчина второго уровня способен справиться и с женщиной первого.

– А с третьим? – спросил Варден.

– Зависит от его собственного уровня. Но у мужчины-фери подобного преимущества перед любой взрослой сидкой нет. Тем более перед третьим уровнем.

Калдер усмехнулся.

– Да ему и с первым связываться не захочется. Особенно если она сообразит, что её собираются убить.

– Именно. Поэтому преступнику выгодно заранее получить согласие женщины на действия, которые при обычном нападении вызвали бы сопротивление.

– А богатый фери может такое согласие получить, – подхватил Калдер. – Потому что девушка будет держаться за него до последнего.

– Да.

Дареон некоторое время рассматривал фотографии, потом задумчиво покачал головой.

– Значит, твоя версия объясняет не только отсутствие сопротивления. Она связывает сексуальные отношения с самим способом убийства. Причём учитывает физическое положение предполагаемого преступника относительно жертв.

– Именно.

– Но никаких доказательств того, что женщины действительно соглашались на такую практику, у нас пока нет.

– Нет.

Масиро кивнул и вернулся к своим записям.

Я подождала, пока остальные закончат обсуждать полученные сведения. Калдер ещё некоторое время рассматривал фотографию погибшей с третьим уровнем, затем покачал головой и отодвинул кресло. По его лицу было видно, что предложенная мной реконструкция ему не нравилась, хотя конкретного возражения он больше не находил.

Теперь оставалось объяснить обстоятельство, из-за которого я первоначально заинтересовалась фенотипом преступника.

– Я думаю, убийца ненавидит сидов, – сказала я.

Калдер посмотрел на меня с таким возмущением, что Марио даже отложил чашку.

– Кого?!

– Сидов.

– Он же с сидками спит!

– Да.

– И одновременно ненавидит?!

– Да.

Напарник развёл руками.

– Марен, у тебя ничего странного не получается?

Дареон тоже повернулся ко мне.

– Не обязательно одно исключает другое. Но я хотел бы понять, на чём основан этот вывод.

– На повреждениях лиц.

Я вывела фотографии всех пяти погибших. Порядок расположения снимков соответствовал порядку обнаружения тел, поэтому при сравнении хорошо было видно, насколько сходные действия совершал преступник после убийства.

– У всех пяти удалены носы и глаза. Я предполагаю, что это не случайный выбор частей лица.

– Почему именно ненависть к сидам? – спросил Марио. – Может, он вообще ненавидит женщин.

– Тогда непонятно, почему он каждый раз удаляет именно нос.

Дареон посмотрел на ближайшую фотографию.

– Что, по-твоему, это означает?

– Нос является наиболее уродливой чертой сидской внешности с точки зрения фери.

Масиро некоторое время молчал, затем посмотрел на меня.

– Ты поэтому сегодня спрашивала, что мне не нравится в твоём лице?

– Да.

– И проверяла, назову ли я нос первым?

– Да.

Он ещё раз посмотрел на фотографии.

– Что ж, я действительно назвал именно его.

– Да что вы опять к носам привязались?! – возмутился Калдер. – У Марен совершенно нормальный нос!

– Хольмарк, мы больше не обсуждаем привлекательность Бренстед. Мы пытаемся выяснить, почему убийца удаляет носы своим жертвам.

– А я тебе говорю, что для нормального сида такой нос ничем не плох!

– Именно, – согласилась я.

Калдер повернулся ко мне.

– Что «именно»?

– Для сида нормальный. Для фери уродливый. Поэтому мне и понадобилось мнение Дареона.

Напарник открыл рот, но возражения не последовало.

Масиро задумчиво провёл пальцем по краю стола.

– Понимаю. Ты считаешь удаление носов не просто обезображиванием, а уничтожением характерной сидской черты, которая вызывает у фери отвращение.

– Да.

– И поскольку сами сиды этой черты не отвергают, характер повреждений становится дополнительным аргументом в пользу фери.

– Именно.

Марио нахмурился.

– Но мужчины-сиды тоже могут ненавидеть других сидов.

– Могут. Однако сама внешность не вызывает у них такого отвращения. Сегодня мы это проверили. Калдер, Хальвен, Рикен и Варден сочли мой нос нормальным. Дареон назвал его самой уродливой частью моего лица.

Хальвен хмыкнул.

– И не только нормальным. По-моему, у тебя вполне симпатичный нос.

– Ренстад, – предупредил Дареон, – мы уже закончили обсуждение внешности Бренстед.

– Да я только уточнил!

Калдер удовлетворённо кивнул.

– Вот. Хоть кто-то понимает.

Я вернулась к фотографиям.

– Если преступник является фери и испытывает ненависть к сидам, удаление носов может иметь для него самостоятельное значение. Он уничтожает ту особенность, которая особенно сильно напоминает ему о сидском фенотипе.

– Но тогда почему он убивает только женщин? – спросил Варден. – Если ненавидит сидов вообще, мужчин должен ненавидеть тоже.

– Думаю, потому что мужчин он не может убить выбранным способом.

– Почему?

– Он не сможет установить с ними такие сексуальные отношения и добиться согласия на удушение.

Калдер засмеялся.

– Это точно. Представляю, как богатый нобель предлагает кому-нибудь из наших парней придушить его во время секса!

– Хольмарк, без подробностей, – произнёс Дареон.

– А я ещё никаких подробностей не рассказывал!

– И не нужно.

Марио посмотрел на меня.

– То есть ты считаешь, что выбор женщин обусловлен не