Принцесса без лица. Том 1 - Ирина Мур

Первые двадцать минут я просто запоминал последовательность движений. Потом понял, что запоминание оказалось самой легкой частью. В процессе нужно видеть ее оружие, держать дистанцию, вовремя переносить вес, попадать в музыкальный счет, не терять смысл каждого удара и при этом не превращаться в танцора, который по воле случая получил меч.

Эгва остановила нас уже после третьего полного прохода.

- Ты все время оставляешь мне запас.

Я вытер предплечьем пот со лба.

- Потому что я не хочу случайно тебя ударить.

- А я хочу, чтобы зритель видел, что хочешь.

- Это решается камерой.

- Иногда.

- А здесь?

- Здесь - тобой.

Она протянула руку.

- Меч.

Мы пока работали с тренировочным, но вес у него был почти нормальный.

Я отдал.

Эгва несколько раз повернула оружие в кисти, проверяя баланс. Для ее руки меч выглядел тяжелым, однако никаких признаков тяжести в ее движении я не увидел. Потом вернула.

- Ударь меня.

- Что?

- В плечо. По рисунку.

Я посмотрел на постановщика боев. Тот почему-то не спешил спасать главную звезду проекта.

- Нормально ударь, - добавила Эгва. - Иначе смысла нет.

Я ударил.

Не в полную силу. Я все-таки не идиот. Но достаточно быстро и тяжело, чтобы любой нормальный человек предпочел заранее знать, куда уходить.

Она пошла не назад, а вперед. Это я понял уже после, в процессе просто не успел. Ладонь коснулась моего запястья, вторая рука пришла под локоть, тело скользнуло в сторону, и мой меч вдруг оказался направлен вниз. Еще мгновение - рука вывернута, плечо раскрыто, локоть стоит в положении, из которого его очень удобно ломать.

Эгва остановилась.

- Вот здесь ты уже ничего не сделаешь.

Я посмотрел на свою руку.

- Вижу.

Она отпустила и сделала шаг назад.

- Повторим?

- Нет.

Постановщик боя фыркнул.

Эгва подняла бровь.

- Почему?

- Потому что я уже поверил.

Она пару мгновений меня рассматривала, потом кивнула.

- Хорошо. Тогда перестань меня беречь.

Я перестал. И почти сразу пожалел. До этого я воспринимал ее движения как что-то невероятно красивое и странное. После нескольких часов боя пришлось признать вещь куда менее приятную: Эгва действительно умела драться. Не повторяла за постановщиком. Не заучила несколько эффектных приемов.

Реально умела. Она видела момент, когда я переносил вес, раньше, чем завершалось движение. Чувствовала дистанцию до сантиметров. Если я ошибался, не продолжала заученную последовательность, а автоматически перестраивалась так, как перестроился бы настоящий противник.

Один раз я повернулся раньше счета и оказался слишком близко. В нормальной постановке мы оба остановились бы. Но Эгва не захотела остановиться. И я понял, насколько все серьезно. Ее ладонь ударила по моему предплечью, стопа оказалась за пяткой, плечо вошло под центр тяжести. Я еще стоял, когда уже понял, что сейчас упаду.

Мат встретил спину через секунду. Эгва оказалась сверху. Колено возле ребер, моя рука прижата ногой, ладонь легла поперек горла. Касание получилось мягким и невесомым.

Но я знал продолжение. Стоит ей немного перенести массу вперед, и крепкая шея сида перестанет быть моей сильной стороной. Можно сломать трахею. Можно уйти на удушение. Можно просто ударить локтем, пока я занят освобождением руки.

Она смотрела сверху совершенно спокойно.

- Цел?

- Да.

Эгва поднялась как только услышала ответ.

Я остался лежать на спине еще пару ударов сердца. Вчера, сидя в гримерке, я никак не мог объяснить себе откуда появляется ощущение опасности рядом с ней. Теперь объяснение появилось. Меч ей не особенно нужен. Доспехи мне, скорее всего, тоже не помогли бы. Если Эгва действительно решила бы меня убить, я, возможно, сумел бы сопротивляться немногим дольше обычного человека. Я все-таки был тяжелее, сильнее, много лет дрался.

Но исход внезапно перестал казаться очевидным. К концу первого часа тренировки я считал, что у нее хорошие шансы. К обеду - что шансы хорошие у меня только в том случае, если она по какой-то причине будет соблюдать спортивные правила.

К сожалению, это знание совершенно не мешало мне хотеть ее. Похоже, даже помогало.

Самая неприятная демонстрация этого обстоятельства произошла ближе к полудню, когда мы впервые дошли до последнего удара.

Король уже ранен, щит потерян, она выбивает его из равновесия. Я падаю, перекатываюсь на спину, Эгва оказывается сверху и двумя клинками наносит удар в шею. Пока без оружия.

Сначала мы медленно разобрали движения.

- Здесь через левое плечо, - объясняла она, стоя рядом со мной на мате. - В доспехах сразу на спину нельзя. Потом сам доворачиваешься. Я прихожу сверху на четвертый счет.

- Насколько сверху?

Она показала: одно колено по одну сторону моих бедер, второе - по другую. Корпус вперед, руки с воображаемыми клинками уходят к шее.

- Понятно.

- Сейчас проверим.

Первый раз я слишком далеко укатился. Во второй неправильно поставил плечо. На третий все совпало. Я упал, завершил перекат и лег.

Эгва пришла точно на счет четыре. Вес оказался на моих бедрах, ее колени - по обе стороны тела. Она наклонилась вперед, руки остановились возле моей шеи, волосы качнулись в нескольких сантиметрах от лица.

На экране этот момент должен был продлиться меньше пары секунд. Моему организму хватило одной. Я почувствовал ее тело через тонкую спортивную одежду, потом - тепло бедер, грудь почти над лицом, запах кожи после нескольких часов работы, тот самый чистый, чуть горький, только теперь смешанный с потом. И у меня банально встал член. Без предварительного обсуждения со мной.

Эгва замерла. А я перестал дышать.

В жизни бывают моменты, когда мужчина должен принять неизбежное. В тот момент я был готов принять смерть, переезд на окраину империи и смену имени.

Эгва посмотрела мне в лицо, затем спокойно уперлась ладонью в мат и одним плавным движением поднялась. Ни улыбки, ни неловкости. Даже бровь не подняла. Просто спокойно повернулась к съемочной группе.

- Два часа перерыва. Поесть и нормально отдохнуть. Потом начинаем этот кусок сначала.

И бесшумно пошла к выходу из зала.

А я продолжил лежать на мате, глядя в потолок. Затем с трудом поднялся и почти бегом направился в душ.

Холодная вода помогала плохо. Я стоял, тяжело дыша, упираясь ладонями в кафель, и пытался понять, каким образом человек, который много лет спокойно валялся на матах с женщинами, хватал их за талию, ловил в падении и изображал на камеру всякое, докатился до состояния подростка от одной рабочей позиции.

Ответ был неприятно прост: до этого среди этих женщин не было Эгвы.

- Рейд?

Я поднял голову.

Голос раздался из раздевалки.

- Что?

- Ты там живой?

- Да.

- Тогда выходи. Перерыв не бесконечный.

- Сейчас.

Когда я вышел, возле раковин стоял парень из операторской группы, сид первого уровня. Я видел его утром возле второй камеры. Он вытирал руки и старался смотреть на меня не слишком весело. Получалось плохо.

- Даже не начинай.

- Я