Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

– А-Юэ…

– Только… только я недостойная и не заслуживаю… но буду добродетельна и… и всë такое… – быстро заговорила Шэ Юэ, вспоминая, что, кажется, хорошая невеста так и должна говорить, а целоваться со своим женихом до свадьбы не должна.

Цзиньюань поцеловал еë совсем легонько, но у неë дух захватило и лицо стало красное, как новогодний мешочек с подарками. Разве после поцелуев… после таких вот поцелуев, не ложатся в постель? Но у них и постели-то нет…

– А-Юань… – только и смогла она сказать.

Цзиньюань отпустил еë и легонько нажал пальцем на кончик носа.

– А-Юэ. Завтра мы идëм к отшельнику, нам нужно выспаться, и наши мысли должны быть только о деле, а не о глупостях. Так?

– Так… Спокойной ночи, А-Юань!

Как жалко было расставаться с его теплом! Но если б они поцеловались ещё хоть раз, у неë бы сердце выскочило из груди!

– Спокойной ночи, А-Юэ, – нежно произнëс Цзиньюань и спрыгнул с крыши.

Такой красивый, такой грациозный!

* * *

Тропинка вилась от самого верëвочного моста, перекинутого через узкое ущелье, и прямо вверх, до самой вершины. Шэ Юэ удивлялась, как могла не заметить еë раньше: вот же она, сама ложится под ноги!

– Наверное, это значит, что Бессмертный Ван нас приглашает, – сказал братец Юй. После того, как Шэ Юэ чуть ли не насильно влила в него достаточно ци, он повеселел и шëл бодро, несмотря на гуцинь за спиной.

– А может быть, Фэнбао просмотрел тропинку? Хорошее ли у быков зрение? – спросил Цзиньюань, и Шэ Юэ прыснула со смеху.

– Смейтесь, смейтесь! – отозвался болтун Хуань, шагавший впереди. – Да, я Огненный бык с рогами и хвостом! А знаешь, что ещë у меня как у быка, а?

– Красные глаза – после того, как напьëшься вина, – рассмеялся Цзиньюань. – Кстати, где же твой хвост, уважаемый господин Небесный Огненный бык, почему никогда не хвастаешься?

– Оборачиваю вокруг, но… – Болтун Хуань резко остановился. Тропинка упёрлась в высокие ворота, по склонам вилась стена, сложенная из неровных камней.

«Обитель Белого Лотоса» – гласила рассохшаяся табличка.

– Но… ведь только что их не было! – Шэ Юэ осторожно потрогала ворота. – Ван Сиюй, должно быть, умелый геомант!

– Я слышал, что воинов из Облачных Одежд порой зовут выбрать место не только для гробниц, но и для домов, они действительно признанные геоманты. – Братец Юй внимательно осмотрелся. – Здесь всë кажется диким и заброшенным, но на самом деле каждый камень, каждое дерево служат своей цели. Потому пространство преломляется так, что издалека стена кажется лишь частью склона. Невероятная работа!

– Точно, точно, – сказал болтун Хуань, отходя подальше. – Сюэцин советовался с этой бледной молью, можно ли строить гробницу на Агатовой горе. Так тот был против! Сказал, что в этом месте душа не сможет упокоиться!

– Но он был прав… – возразил Цзиньюань.

– А вот и нет! Душа Сюэцина – не его ума дело! – Болтун Хуань пронëсся мимо него, как вихрь, и врезался головой в ворота. Что-то затрещало, то ли дерево, то ли его череп, и тяжëлые створки со скрипом упали.

– Ой… – Шэ Юэ огляделась, боясь, что сейчас Ван Сиюй снова появится и уж теперь никому не поздоровится. – Простите нас, дедушка Ван! Это всë бешеный бык Хуань Фэнбао!

– Ах ты мерзкая девчонка! – возмутился болтун Хуань. – А как же наше боевое братство, а?

– Никакой ты мне не брат! – Шэ Юэ показала ему язык. – Братец Юй мой брат! И А-Юань мой боевой брат! Правда, А-Юань?

– А-Юань? – подозрительно переспросил братец Юй.

– Перестаньте препираться, – поспешно велел Цзиньюань. – Фэнбао, обещаю, после того, как мы очистим Агатовую гору, я буду пытать Белого Яда, пока он не скажет, что сделал с останками императора Юйчжэна. Только не рушь больше собственность Бессмертного Вана, он ни в чëм не виноват.

– Сюэцин жив, – ответил болтун Хуань, не оборачиваясь.

Цзиньюань нахмурился.

– Что?

– Я сказал, он жив! Я это знаю.

Цзиньюань умолк, растерявшись, и даже братец Юй не нашёл что сказать.

– Наверное, он иногда забывает, сколько лет прошло, – прошептала Шэ Юэ Цзиньюаню. – Мама говорила, что дедушка Бао тоже забывал, кто жив, а кто умер, такой он был старый!

– Я всë слышу, малявка! – Болтун Хуань встряхнул волосами, языки пламени так и забегали. – Я в своëм уме. Пусть ничего и не помню, но после песенок Ван Сиюя… А, да что с вами говорить! Это чутьë, но вам не понять!

Шэ Юэ поймала взгляд Цзиньюаня, и они оба рассмеялись почему-то, просто не могли остановиться…

– Амитабха [1]… – вздохнул у них за спинами братец Юй. – Брат Цзюэ меня убьëт.

Он всë понял! Но Шэ Юэ было всë равно. Она крепко взяла Цзиньюаня за руку.

– А ты ему не говори. Я сама скажу. И ему и матушке. Да, А-Юань?

– Лучше я, А-Юэ. Я поклонюсь твоей матушке и расскажу о своих намерениях.

– Каких намерениях?.. – слабым голосом спросил братец Юй.

– Вот тогда и узнаешь, братец! – засмеялась Шэ Юэ и побежала вперëд, утянув за собой Цзиньюаня. Он и не сопротивлялся.

– Там могут быть ловушки! – крикнул им вслед болтун Хуань, но поздно.

– Если бы я могла, добежала бы с тобой до самого неба! – воскликнула Шэ Юэ, и Цзиньюань рассмеялся.

– Тогда чего мы ждëм?

Они, не сговариваясь, одновременно оттолкнулись от земли и устремились к вершине, как птицы-неразлучники бииняо.

На небе не было ни единого облачка, но роща цветущих вишен внизу казалась облачной грядой, а отроги скал – горой Пэнлай. Словно и вправду они долетели до небес!

Никогда, ни до, ни после, Шэ Юэ не чувствовала себя такой счастливой и свободной с А-Юанем. Словно весь мир принадлежал лишь им.

* * *

Обитель Белого Лотоса прилипла к скале, как грубый каменный нарост с отверстиями на месте окон и проходов. По мнению Шэ Юэ, еë стоило бы назвать «Обитель гриба личжи», ничего лотосово-изящного тут и в помине не было.

Она думала, что теперь осталось лишь добежать до вторых ворот и постучаться, как принято гостям, но тропинка, прямая на вид, никак не хотела вести их к обители. Она нигде не виляла в сторону, однако в конце концов они обнаружили себя у какой-то скалы, а ворота остались где-то за спиной. Пришлось поворачивать обратно.

– Все не маленькие, все владеют цингун! – возмутился болтун Хуань, пнув скалу. – Так что нам стоит просто перескочить через эту стену?!

– Это невежливо, – сказал Цзиньюань. – Всё-таки Ван Сиюй нам не враг, и мы пришли уговаривать его, а не тащить силой.

– Не враг, как же! А кто атаковал