Возрождение Изабель - Мария Ясная
Король принял их с достоинством, и слова мира были произнесены. Подарки были приняты, и атмосфера в зале немного смягчилась.
Когда церемония закончилась, король поднялся и, обращаясь к придворным, громко произнёс:
— Я хочу отметить не только этот мирный договор, но и то, что наш королевский двор не забывает о тех, кто страдает. Я слышал, что генерал Смит проявил инициативу и уже долгое время раздает еду голодающим в самые трудные дни. Это достойный пример для остальных.
Генерал Смит, стоявший в первом ряду, поклонился.
Позже, когда гости начали расходиться по залам для бесед, Уильям подошёл к Изабель и тихо сказал:
— Я знаю, что это была ваша идея — раздавать еду от имени генерала Смита.
Изабель не удивилась. Она повернулась к нему, и на её лице застыла та самая непроницаемая маска.
— Это всего лишь домыслы, ваше высочество.
— Я и не собираюсь доказывать, — ответил он, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Это благородный поступок. Вы спасли многих людей и подняли репутацию вашего дела.
Она смотрела на него, пытаясь понять, что скрывается за этой усмешкой.
— Семья генерала Смита отказалась от моей матери много лет назад, и зачем мне что-то делать для него, ваше высочество, — ответила она.
— Мне тоже это интересно, — сказал он.
Они стояли в тени колонны, и вокруг них всё ещё шумел разговор, но между ними воцарилась почти доверительная тишина.
— Я не знаю, что вы скрываете, Изабель Ричард, — сказал он наконец. — Но я знаю, что вы не враг мне. Как и я Вам.
Она почувствовала, как в груди что-то дрогнуло. Она не могла позволить себе доверять ему, но в этот момент она позволила себе поверить в то, что он не лжёт.
— Я не враг вам, Уильям, — сказала она тихо, впервые обратившись к нему по имени без титула. — Но я не друг никому, пока не узнаю, кто на самом деле стоит за улыбками.
Он улыбнулся.
— Тогда узнавайте.
Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнула та же искра, что и в его.
Глава 158. Добрая весть
Карета мягко покачивалась на булыжной мостовой, и Изабель смотрела в окно на проплывающие мимо улицы столицы. Дожди наконец прекратились, и город медленно оживал, хотя следы бедствия были видны повсюду: грязные тротуары, потемневшие от сырости стены домов, редкие прохожие с усталыми лицами.
Она ехала в отчий дом не по приглашению — король разрешил ей посещать семью. Эти выезды были необходимы для её дел, но иногда нужно было играть роль прилежной дочери.
Карета остановилась у ворот, и Изабель вышла в сопровождении Люси. Она прошла через двор, где слуги почтительно кланялись, но в их глазах она видела настороженность. Она была здесь чужой, несмотря на то, что когда-то этот дом был её домом.
Она уже собиралась войти в главный зал, когда услышала знакомый голос за спиной:
— Леди Изабель!
Она обернулась и увидела Грегори. Он стоял у боковой калитки, взволнованный и немного запыхавшийся, словно бежал, чтобы застать её. В его глазах горела та же искренность, которую она помнила, и на мгновение ей стало тепло.
— Лорд Грегори, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Какая неожиданная встреча.
Он подошёл ближе, и его голос понизился до шёпота:
— Я знал, что вы будете здесь. Я не мог попасть во дворец, чтобы передать вам весть — не хотел рисковать вашей репутацией. Вы теперь невеста принца, и если бы меня заметили рядом с вами, это могло бы навредить вам.
Изабель кивнула, понимая его осторожность.
— Что вы хотели сказать мне, Грегори?
Он оглянулся, убеждаясь, что никто не подслушивает, и быстро заговорил:
— Ваш брат, Синклер, жив. Он сейчас в столице. Он служит заместителем генерала Гранта под именем капитан Синклер Смит. Он не раскрывает своего настоящего имени.
— Вы уверены?
— Абсолютно, — сказал Грегори. — Я видел его своими глазами. Он не знает, что вы ищете его.
Изабель глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри неё поднимается волна облегчения и благодарности.
— Вы не представляете, что значит для меня эта новость, Грегори. — Она посмотрела на него с искренней теплотой. — Сегодня вечером моя служанка принесёт вам письмо. Передайте его Синклеру. И прошу вас, никому не говорите о его настоящем имени.
Грегори кивнул:
— Я обещаю вам, леди Изабель. Я сохраню его тайну.
Она благодарно улыбнулась ему и направилась к дому, чувствуя, как надежда наполняет её грудь.
Внутри дома Ричардов царила та же ледяная атмосфера, что и всегда. Сильвия встретила её с холодной улыбкой, лорд Ричард едва кивнул, а Чарльз и вовсе не поднял глаз. Только бабушка Элеонора, сидевшая у окна, посмотрела на Изабель с теплотой.
Когда вечером они остались вдвоём в маленькой гостиной, Сесилия, которая молчала весь день, внезапно заговорила:
— Ты думаешь, что ты победила, сестра? — сказала она, и в голосе её звучала ядовитая сладость. — Что ты стала невестой принца и теперь всё у тебя будет прекрасно?
Изабель посмотрела на неё спокойно:
— Я ничего не думаю, Сесилия. Я просто живу.
Сесилия усмехнулась, и в её глазах мелькнула злоба:
— Скоро я стану любовницей короля. Ты слышишь меня? Я буду выше тебя, Изабель.
Изабель смотрела на неё, и в её душе поднимались воспоминания о другой жизни — о том, как она сама была молодой и наивной, и как её использовали, как предали.
— Ты думаешь, что быть любовницей короля — это победа? — тихо сказала она. — Ты думаешь, что это принесёт тебе власть и счастье?
— А что ещё мне остаётся? — выкрикнула Сесилия, и в её голосе послышалась боль, которую она пыталась скрыть. — Моя жизнь разрушена. Я не могу выйти замуж за достойного человека из-за предсказания. Но я не сдамся. Я буду бороться, и я добьюсь своего.
Изабель вздохнула и, глядя ей прямо в глаза, сказала:
— Ты идёшь на это, потому что думаешь, что это твой единственный путь, но ты ошибаешься.
— Замолчи! — закричала Сесилия. — Ты просто завидуешь мне!
Она повернулась и выбежала из комнаты, оставляя Изабель одну в тишине.
Глава 159. Бал
Дворец гудел, слуги сновали по коридорам с охапками свежих цветов и рулонами парчи, придворные дамы обсуждали наряды, а в кухнях готовили сотни блюд для предстоящего бала в честь дня рождения королевы. Воздух был пропитан предвкушением и суетой, но Изабель, стоя у окна в своих покоях, чувствовала только холодное напряжение.
Она знала, что этот день станет поворотным. В прошлой жизни королева слегла через несколько недель после своего дня рождения и медленно