Безымянная страна - Кейт Эллиот

Ипис стояла у расшатанного ставня. Окно выходило в один из заколоченных бараков. Она прикрывала рот и нос рукой, глаза у нее были широко раскрытые и дикие.

Симо влез в окно. Принц последовал за ним, затем Элен. Внутри было темно, но она смогла разглядеть большую пустую комнату, всю мебель из которой давно вынесли. Из соседней комнаты дул легкий ветерок. Они миновали дверной проем, ведущий в казарму, задняя стена которой была разрушена, как будто что-то огромное несколько раз ударилось об нее.

Обугленные трупы лежали в ужасающих корчах. Большинство из них прижались друг к другу, словно погибшие пытались создать единый щит для борьбы с неуязвимым врагом. Одного человека зажало в дальнем конце комнаты, когда он пытался выбраться сквозь окно, которое было забрано решеткой. Вонь могла бы быть еще сильнее, но прошло некоторое время, и холод остановил гниение. Самое странное, что на трупах не было крыс и других паразитов. Элен знала, по телам людей, погибших в холмах, что первыми исчезали глазные яблоки и мягкие внутренности.

Ксилси стояла на коленях возле почерневшего тела в передней части клиновидной кучи, и, используя свой короткий меч, вытаскивала какой-то предмет из останков, не прикасаясь к ним сама. Увидев принца, она поднялась, держа другой меч в руке, затянутой в перчатку.

— Ваше Высочество, — мрачно произнесла она, — я склонна полагать, что это капитан Мекво. Это его меч.

— Откуда вы знаете, что это его меч? — спросил принц.

— Я подарила его ему. Он сделан на заказ. Он обратился за специальным разрешением тренировать левой рукой. Кроме того, на нем выгравирована надпись.

Принц взял потускневший меч и провел лезвием по ужасным останкам, пересчитывая черепа. Их было двадцать: предположительно, девятнадцать членов гарнизона Бдения, а также пропавший страж Южного Плоского Бдения. Держа меч наготове, он подошел к разрушенной стене. За зияющими осколками виднелся большой тренировочный двор для тренировок и маневров. Земля представляла собой беспорядочное месиво выступов и ям.

— Сарпа, — сказал он. — Их кислотный плевок производит такой жгучий эффект на человеческую плоть. Он оставляет после себя отравленные остатки.

— Это то, что я подозревала, — сказала Ксилси. — Но Корпус Сарп принадлежит императрице. Зачем всаднику сарпы нападать на стражей? Я никогда не слышала о бандитах, приручающих сарп, хотя, полагаю, это возможно.

Гевулин, нахмурившись, наблюдал за происходящим, наморщив нос. Он повысил голос.

— Лувиара! Вы слышали какие-нибудь слухи о том, что принцесса Астайлин могла бы вступить в корпус сарп?

Элен была настолько поглощена зрелищем мертвых, что не заметила шороха в темноте. Из комнаты в противоположном конце появилась теургистка с лампой в руках.

— Ваше Высочество, я не распространяю дворцовые слухи. Я путешественница, которая записывает свои наблюдения за ландшафтом. Именно поэтому вы пригласили меня в качестве собеседницы, не так ли? За мои знания о границах империи, а также о местах и народах, которые лежат на этих границах и за их пределами.

Ее тон был настолько едким, что остальные удивленно посмотрели на нее, все, кроме Гевулина.

— Симо, — спросил принц, — вы слышали какие-нибудь слухи о мятежном недовольстве в Корпусе Сарп?

— Никаких, Ваше Высочество. Когда я служил на востоке, я видел сарпу только издали. Проблема с их атакой в том, что они сжигают всех без разбора. Даже Кровавые Волки мало что могут сделать против толстой шкуры и злобного нрава сарп. Их паукообразные скакуны боятся сарп. Отвечая на ваш вопрос, я не понимаю, зачем всаднику сарпы нападать на имперских стражей.

— Ксилси?

— Я знаю только то, что немногие из Благородных или Августейших Маноров вступают в корпус из-за особенностей сарп. Большинство офицерских званий корпуса составляют выходцы из провинциальных Маноров. Они готовы рискнуть, полагая, что служба в армейском корпусе принесет им достаточно славы и статуса, чтобы оправдать трудности и риск. Или, по крайней мере, хорошую выплату Манору, если они погибнут при исполнении служебных обязанностей.

— Итак, на вопрос, почему здесь оказалась сарпа, у нас пока нет ответа. — Он обратил свое внимание на меч. — Это хороший клинок.

— Хороший? Это превосходный клинок! — возразила Ксилси. — Я заказала его у лучшего кузнеца в столице.

Джирви шутливо заметил:

— Мекки был предметом зависти всей когорты, расхаживая с этим мечом. Это прекрасное оружие.

— Ты никогда не говорил, что завидуешь ему из-за меча, — едко заметила Ксилси.

Его губы изогнулись в улыбке, которая удивила Элен.

— У меня было кое-что получше, верно?

Ксилси фыркнула и повернулась к нему спиной. Он стоически промолчал.

— Вот и я о том же, — сказал принц, как будто не слышал — или не обратил внимания — на этот обмен репликами. — Этот меч был оставлен здесь. Как и личные вещи разведчицы грифона. Самое ценное не было украдено теми, кто устроил эту бойню.

— У разведчицы грифона забрали сумку с посланиями, — сказал Симо, — и, когда мы вернули сумку, выяснилось, что депеши пропали.

— Я должен предположить, что, по мнению преступников, депеши имеют отношение к моей миссии.

— Неужели? — задиристо спросила Лувиара. — Признаюсь вам, Ваше Высочество, что я до сих пор не получила ответа на вопрос, почему вы скрыли от меня смерть грифона и его разведчицы.

Принц пристально посмотрел на Элен, словно ожидая от нее ответа, затем снова на теургистку.

— Мое мнение было ошибочно истолковано. Между нами нет секретов, не так ли, Лувиара?

На лице собеседницы появилось добродушное выражение.

— Надеюсь, что нет, Ваше Высочество. Мы с вами проделали долгий путь вместе. Побывали на окраинах империи и даже дальше.

И даже дальше.

Ситуация стала проясняться: еще до того, как Гевулин был официально назван всевидящим оком, он, по его собственному признанию, побывал на границах империи, и этот маршрут должен был познакомить его с сетью имперских дорог, которыми ему вскоре предстояло управлять. Его сопровождал Симо, которому принц присвоил звание капитана. А также Лувиара.

— Если позволите, Достойная Собеседница, — сказала Элен, решив посмотреть, сможет ли она смягчить антипатию принца к себе, придумав правдоподобную ложь, чтобы успокоить Лувиару. — Его Высочество просто не хотел, чтобы об этом говорили, когда мы вернемся в Ров Писгиа. То, что ценности не были украдены, говорит о том, что грифон и его разведчица были убиты не бандитами. Я видела, как дворцовый гонец бежал впереди нас к холмам Восхода