Священный город бога-предателя - Лия Арден

Подчинённые мареша засмеялись, воспринимая Найру как забавную зверушку. Несколько недолгих мгновений Афшану не удавалось скрыть изумления. Он натянул улыбку, но та вышла настолько фальшивой, что сводила челюсти.

– Это точно сареша? Её что, воспитывали дикие кошки? – спросил один из воинов сквозь смешки.

Взгляд Найры хоть и нервно метался от одного мужчины к другому, но сареша оставалась напряжённой и сосредоточенной. У неё красивое лицо, но спутанные после длительного бега каштановые волосы. Пыль и кровь неравномерными слоями покрывали кожу, однако светло-карие, почти янтарные глаза светились от ненависти внутренним пламенем.

Сейчас ощетинившаяся Найра действительно напоминала дикую кошку, готовую впиться в глотку любому, кто осмелится приблизиться. И всё же Афшан надеялся на её благоразумие: сарешу окружили львы, которые просто забавляются, прежде чем разодрать жертву, сделай она глупость.

За спиной в коридоре вновь послышался шум, и Афшан отвлёкся, возвращаясь в настоящее. Сарешу Азура им удалось взять, но что с Сарвадом? Где Малек и Саир? Грохот и крики по большей части стихли – скорее всего, дворец они взяли, но если братья Азура ускользнули от Сарвада, то победа лишь временная.

– Ваше высочество, смотрите кого мы нашли!

Воины расступились, пропуская говорящего вперёд.

«Саир».

Афшана несколько опечалило то, как быстро он его узнал, хотя при их последней встрече мальчику было всего семь с половиной. Десять лет прошло, а значит, ему нет и восемнадцати.

Заламывая марешу руку за спину, один из людей Афшана вёл Саира к нему. Чтобы Азура и не думал дёргаться, у его горла был нож. Светло-золотой кафтан мареша был в каменной крошке и местами в крови. У него темнел синяк на скуле, а под носом кровавые разводы. Афшан бегло осмотрел Саира на наличие других травм. Юноша был хоть и высокий, но худой – не похоже, что он мог оказать достойное сопротивление. Вначале Саир бросил на Афшана полный ненависти взгляд, но после его брови удивлённо приподнялись.

– Он, как крыса, шастал по тайным коридорам, надеясь удрать, но мы его отловили, – доложил воин. – Мы и Керуша встретили, ваше высочество. Сам амареш здесь. Дворец взят. Нас попросили явиться в зал неподалёку отсюда. Малек Азура всё ещё сопротивляется, но, может, при виде брата и сестры немного поутихнет. Амареш Сарвад высказал желание взять Малека живым.

Афшан испытал облегчение, услышав, что с братом всё в порядке и, несмотря на неожиданный поворот с отсутствием семьи Азура в храме, им удалось взять дворец и захватить местную власть.

– Убери от него нож! – тем же приказным тоном вмешалась Найра.

Её сжатые в кулаки руки тряслись. Всё-таки этой сареше робости не хватало, как и благоразумия. Вероятно, растили Найру, потакая её капризам, раз она с таким упрямством продолжала приказывать захватчику.

– Если не желаешь брату перерезанной глотки, то смирно пойдёшь сама, или же один из моих людей потащит тебя следом, – отрезал Афшан, взмахом руки отдав приказ двоим вести Найру за ним. – Остальных заприте в гареме, выставите стражу и проверьте, чтобы у них не осталось оружия.

– Не смей говорить с моей сестрой подобным неуважительным тоном, Афшан! – внезапно подал голос Саир, доказывая, что узнал мареша так же быстро, как и он его.

Высказал с тем же высокомерием, что и его сестра.

– Тебе тоже лучше попридержать язык, Саир. Ты уже вырос и должен осознавать, когда необходимо закрыть рот, – предупредил Афшан и обернулся к Найре.

Её взгляд на миг сбил с мысли. Черты её лица смягчились, ярость схлынула, обнажив растерянность и недоверие, она будто пыталась узнать его, но никак не могла. Возможно, тайно сареша и видела Афшана, пока он жил в этом дворце, однако сам мареш был уверен, что лично они никогда не встречались. Покойный царь запрещал Афшану общаться с его дочерью и даже близко подходить к гарему.

Афшан кивнул одному из соратников, и тот, воспользовавшись замешательством сареши, схватил её за руку выше локтя, она моментально пришла в себя и презрительно зашипела.

– Хоть в этом сохрани достоинство. Шагай сама, пока он тебя за волосы не поволок, – напоследок бросил Афшан и расслабленно прошёл мимо укоризненно смотрящего на него Саира. Бой закончен, и теперь мареш желал поскорее убраться из этого дворца.

Основную часть своих людей Афшан оставил охранять гарем, а подоспевший воин из отряда Керуша явился, чтобы его проводить. Шагая по коридорам, Афшан слышал, что Найра продолжает упираться, обещая сопровождающим мучительную смерть в огне Ируги и кару божественную. Саир вёл себя более покорно, но, вероятно, из-за кинжала у горла, который не позволял ему даже вертеть головой.

Они шли достаточно долго. Живых в коридорах, кроме фарсидцев, не было, и всё же Афшан отметил, что они заплатили немалую цену. Хетрейцы умело сражались, и мёртвые тела фарсидцев Афшан встречал так же часто, как и местных воинов.

Они достигли просторного зала, другим выходом обращённого к садам. Несколько резных панелей, заменяющих двери, были распахнуты. Бо́льшая часть мебели перевёрнута, некоторые украшавшие помещение невысокие деревья и цветы, судя по всему, случайно срезали взмахами лезвий. Малек Азура был в крови, но по-прежнему жив и с мечом в руке. Вместе с остатками своей личной стражи – тремя людьми – пятился, но не желал сдаваться, хотя за спиной у него бесполезный трон и украшенная изразцами стена, а впереди наседала толпа вооружённых воинов во главе с Сарвадом и Керушем.

Каждому в этом помещении было ясно, что Малек проиграл, но оттягивание неизбежного, очевидно, было семейной чертой Азура.

– Малек! – Найра попыталась рвануть вперёд, но её сопровождающий дёрнул девушку назад и подволок ближе к Афшану, пока, ругаясь, она силилась разжать чужую хватку на своей руке.

Сарвад и Керуш обернулись. Афшан отметил наличие лучников. Стрелы готовы, но тетивы расслаблены, а сами луки опущены. Значит, Сарвад действительно пожелал взять Малека живым.

– Убери руки от моей сестры и брата, – рявкнул на захватчиков царь Хетры, на что Сарвад довольно усмехнулся.

Брат был в крови и пепле, но перед своими людьми вёл себя расслабленно. Меч даже не стал обнажать, намеренно демонстрируя Малеку, насколько тот бессилен против него.

– Молодец, Афшан! Теперь всё станет ещё легче. Не придётся ломать Малеку ноги, – похвалил брата Сарвад, обнажив зубы в довольной улыбке, и вновь повернулся к главному противнику. – Как-то не хочется лишать тебя шанса встать перед нами на колени.

Малек передразнил улыбку Сарвада, демонстрируя презрительную гримасу.

– Сложи оружие, если не желаешь посмотреть, как прямо здесь каждый из присутствующих повеселится с твоей сестрой.

Афшан невольно напрягся, распознав твёрдость в тоне Сарвада. Он не