Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го

Ладони Цяньгу вспотели от смутного дурного предчувствия. Ради этих божественных артефактов погибло три человека. Теперь все артефакты десяти сторон света собраны вместе, а печати с них сняты. Значит, они обладают еще более разрушительной силой. Как она в одиночку понесет такую тяжелую ношу?

Время поджимало. Сил у нее оставалось недостаточно. На повторное запечатывание божественных артефактов уйдет немало дней, а собранные вместе, они представляют серьезную опасность. Цяньгу не знала, как должен появиться Повелитель нечисти, поэтому не могла найти способ этого избежать. Возможно, даже небольшое внешнее воздействие приведет к ужасающим последствиям, поэтому действовать нужно быстро: скорее привести в чувство наставника, передать божественные артефакты и принять наказание.

Хуа Цяньгу погладила Тан Бао и горько улыбнулась. К счастью, она всегда рядом. Нежно ластясь, гусеничка шепотом утешала хозяйку.

Девушка собралась с силами, по-прежнему охваченная душевным волнением, и приготовилась вернуться на гору Чанлю с помощью Тушечницы Невозврата. Возможно, пропажу божественных артефактов уже обнаружили и приняли меры предосторожности, или же наставник очнулся и жестоко ее накажет.

Но в то мгновение, когда Цяньгу незаметно появилась в комнате Бай Цзыхуа, она поняла, что его там нет.

Уже очнулся!

Воспользовавшись техникой созерцания сокрытого, девушка осмотрела гору Чанлю. Все было по-прежнему. Похоже, никто пока не знает о пропаже божественных артефактов. Наставник не стал тревожить остальных.

Но куда же делся он сам? Страх охватил Хуа Цяньгу. Она спешно пыталась отыскать следы Бай Цзыхуа, но, магической силой отбрасываемая назад, никак не могла найти его. Сердце изнывало от беспокойства. Пройдя через тысячи невзгод и лишений, наконец-то достала Нефрит Огня и Воды, но теперь наставник пропал!

Девушка постаралась успокоиться, неустанно твердя себе: «Не суетись, наставник не мог исчезнуть без всякой причины». На горе Чанлю ничего не изменилось. А значит, никто не пытался привести его в чувство, решив о чем-то доложить и заметив неладное. Он сам очнулся. Первое, о чем Бай Цзыхуа мог подумать после пробуждения, – поскорей вернуть ее и божественные артефакты. Тогда… тогда он точно отправился на ее поиски.

Плохо дело!

До Хуа Цяньгу наконец дошло. Она вдруг поняла причину странного поведения Лань Юйхуэй, поэтому тут же вытащила Тушечницу Невозврата и поспешила вернуться на дно Восточного моря, в Хрустальный дворец русалки.

Лань Юйхуэй взглянула на девушку так, будто совсем не удивилась.

– Так быстро вернулась? Передумала и решила присоединиться к нам? Или теперь согласна заключить сделку и передать божественные артефакты?

– Где мой наставник? – холодно спросила Цяньгу.

– Ну и ну. Это же твой наставник, а не мой. Откуда мне знать? – Своей коварной улыбкой Лань Юйхуэй сильно напоминала Дань Чуньцю.

– Хватит говорить со мной в таком саркастическом тоне! Еще раз спрашиваю: где мой наставник? – В следующее мгновение, воспользовавшись Тушечницей Невозврата, девушка оказалась прямо перед носом русалки и приставила меч к ее шее.

Не уклонившись, не ответив на удар и не выказав ни тени страха, Лань Юйхуэй смотрела на разъяренную Хуа Цяньгу. После трагедии на горе Чанбай, пережив смерть Шо Фэна, а теперь еще и встревожившись из-за исчезновения наставника, девушка совершенно утратила всякое здравомыслие, желая лишь одного – поскорее спасти Бай Цзыхуа.

– А ты и правда очень заботишься о наставнике. Ради него даже божественные артефакты выкрасть осмелилась. Да и он туда же. Не говоря уже о том, как он спас тебя, рискуя своей жизнью, так еще и в таком тяжелом состоянии отправился искать тебя в Восточном море. Такие глубокие чувства между наставником и ученицей даже меня растрогали…

– Где мой наставник? Как он сейчас? – Цяньгу, взирая на русалку в гневе и волнении, мечом оставила на ее шее глубокий кровавый след.

Лань Юйхуэй лишь рассмеялась:

– А что с ним могло случиться? Просто потерял сознание, полностью исчерпав свою истинную ци, да и яд дал о себе знать. Но я никак не ожидала, что в нынешнем состоянии он сможет ранить стольких моих подчиненных. Однако яд быстро подействовал. Если учесть выдающиеся способности твоего наставника, он еще вполне мог протянуть пару недель, но после этой битвы совершенно лишился чувств и уже не проснется. Боюсь, сил его хватит самое большее на один день.

Поскольку при этом разговоре присутствовало всего трое – она, Тан Бао и Хуа Цяньгу – и все они знали об отравлении Бай Цзыхуа, Лань Юйхуэй обнаружила, что может сказать намного больше.

– Ты же знаешь, я не хочу усложнять тебе жизнь. Кому в этом мире захочется становиться врагом Бай Цзыхуа? Мне нужны только божественные артефакты! Раз ты обнаружила, что твоего наставника нет на месте, значит, уже собрала все артефакты, включая Нефрит Огня и Воды. Это же просто прекрасно! Ты и правда не разочаровала меня! Кто бы мог подумать, что какая-то малышка сможет превзойти могущественное войско нечисти двух миров!

– Вот, значит, почему ты решила отдать мне Меч Сострадания к Жизни? Потому что знала: раз наставник в твоих руках, я рано или поздно вернусь сюда.

– Верно. Одного Меча Сострадания к Жизни было недостаточно для обмена на божественные артефакты, но Бай Цзыхуа ведь точно стоит того?

Бледная как смерть, Хуа Цяньгу не могла выговорить и слова. Она никак не ожидала, что дважды попадется в ловушку Лань Юйхуэй.

– Это невозможно, – покачала головой девушка. Голос ее слегка дрожал, поскольку она и сама не была уверена в том, что говорила.

Своими кроваво-красными ногтями Лань Юйхуэй провела по лицу Цяньгу и произнесла ласковым, чарующим голосом:

– Глупышка, зачем так мучить себя? Что важнее: божественные артефакты или твой наставник? Ты прекрасно знала ответ с того самого момента, как приняла решение украсть артефакты.

– Нет!

Наставник важнее божественных артефактов, важнее ее самой и всего на этом свете! Но как же люди? Они ведь ни в чем не виноваты! Если Повелитель нечисти возродится, она навлечет беду и погубит уже не только три жизни! Если бы наставник узнал, что ради него ученица подвергнет опасности шесть миров, непременно предпочел бы умереть, чем позволить ей совершить подобное.

На сердце кошки скребли. Вдруг, почувствовав, как все расплывается у нее перед глазами, Цяньгу тут же ударила ладонью по Лань Юйхуэй и отступила на несколько шагов.

– Даже не думай затуманивать мой разум! Я больше никогда на такое не поведусь! – Не поверь она тогда на слово этой русалке, разве наставника отравили бы?

Чем больше девушка