Король Мрака - Джейми Эпплгейт Хантер

Рори кивнула.

– Я бы выбрала потемнее, но не уверена, что ты не выкрасила бы меня в розовый.

Корди поджала губы.

– Обещаю, ничего такого. Можно было бы добавить серых прядей на кончиках, – сказала она, внимательно разглядывая Рори. – Это выглядело бы потрясающе, и тогда они представлялись бы тебе ровно такими, как видят их другие.

Рори тяжело вздохнула.

– Ладно.

Она никогда бы не призналась в этом, но ей отчаянно хотелось увидеть себя чужими глазами, пускай не с головы до ног, хотя бы волосы. Они с Корой часто лежали без сна и гадали, как выглядят некоторые знакомые в цвете. При воспоминании об этом у Рори защемило сердце.

Глаза Корди расширились, и она восторженно захлопала в ладоши.

– Сделаем в эти выходные, пока ты не струсила.

– Ладно, – снова проворчала Рори.

Когда подошли парни, Корди просто прыгала от счастья, и Рори пришлось ее слегка осадить.

– Готовы жестко надраться? – спросил Кит, потирая руки, как заправский злодей. – У нас персональный водитель в лице Думика.

– Кину вас тут, если еще раз меня так назовешь, – пригрозил Дум и открыл дверь, пропуская остальных.

Кит ухмыльнулся девушкам.

– Да не сделает он так.

В клубе «Знамение» было темно, на танцполе сияли разноцветные эссенсовые лампы. Рори пожалела, что не может увидеть их во всей красе. Грохотала музыка, в такт ей, прижимаясь друг к другу, покачивались пьяные.

– Сегодня тут много народу, – воскликнула Корди сквозь шум. – Тебе нужно просить выходной на каждую пятницу.

– Именно в это время я зарабатываю больше всего денег, – крикнула в ответ Рори. – Пойдемте выпьем.

Дум протолкнулся к бару и заказал себе воду, а также напитки для остальных. Кит указал на пустую угловую кабинку в глубине зала, и друзья последовали туда сквозь толпу. После того как они сели, Корди вытянула тоненькую шею, чтобы оглядеть танцпол.

– Симпатичных парней полно. – Она толкнула Рори локтем в бок. – Может, познакомишься с кем-нибудь.

Рори изобразила, будто ее тошнит.

– Я никогда не хожу на свидания, особенно с козлами, которые пытаются подцепить себе пару в ночном клубе.

Кит подмигнул Думу, прежде чем снова повернуться к ней.

– Мы с Думом не козлы.

– Ты тот еще козел, волчонок, – поддразнила Рори, но он лишь отмахнулся.

– Рори разрешила мне покрасить ее волосы, – объявила Корди, будто это была самая важная новость в мире.

Дум и Кит окинули Рори взглядом.

– Наконец-то она тебя измотала, – сказал Дум и повернулся к Корди. – Молю, бахни ее в желтый.

– Я прикончу вас обоих, – предупредила Рори с самым угрожающим взглядом, на который была способна.

Друзья взорвались смехом от ее серьезного выражения лица.

– Вздернешь нас, как Потрошитель? – спросил Кит, делая глоток.

У Рори скрутило живот, и она замолчала, пытаясь придумать, что сказать.

– Я пошутил, – бросил Кит, отставляя бокал. – Я знаю, это пугает.

Она подняла свой и допила остатки.

– Я возьму еще. Кому-нибудь что-нибудь нужно?

Кит выглядел виноватым, но вскоре взял себя в руки.

– Мне один.

Рори целую вечность прождала у бара, а когда повернулась, налетела на Дума.

– Ты в порядке? – Он читал ее как открытую книгу, и впервые в жизни Рори прокляла их дружбу.

– В полном, – ответила она. – Потрошитель просто мерзость, скажи?

Она фальшиво рассмеялась, съежившись от этого звука.

– Я бы никогда не допустил, чтобы с тобой что-то случилось, ты знаешь, – сказал Дум. – Я умру, прежде чем кто-то причинит тебе боль.

В горле Рори встал ком. Чувствовал бы Дум себя так же, если бы знал, что она сделала?

– Верю. Я просто устала.

Он понял, что она лжет, но все равно промолчал.

– Давай вернемся к Корди и поглядим, как Кит попытает удачу с некой несчастной, ничего не подозревающей персоной.

Рори слегка рассмеялась.

– Я слышала, он великолепен в постели. Так что, скорее, этой персоне улыбнется удача.

Рори не терпелось самой проверить слух о перевертыше, но она чувствовала, что между Китом и Корди что-то есть. Она бы никогда не переступила черту.

Губы Дума скривились.

– Никогда не говори ему этого. Последнее, что нам нужно, – подпитать его огромное эго.

На этот раз смех Рори был искренним.

– Веди.

На следующее утро Рори хорошенько потянулась и встала с постели. Сердце было наполнено вновь обретенной решимостью. Справив нужду и почистив зубы, Рори поплелась на кухню за чашкой кофе и с удивлением обнаружила, что в кофейнике уже заваривается свежий.

– Доброе утро, – окликнула мать от плиты.

Седые волосы Леноры, длиной до плеч, были расчесаны и уложены, на лице – макияж. У Рори защемило сердце. Сегодня, должно быть, хороший день. У Леноры редко бывали таковые – лишь один или два раза в месяц, – и Рори всегда пропускала работу, чтобы провести с матерью как можно больше времени. Раньше видения настигали Ленору раз в несколько месяцев, потом каждый месяц, потом каждую неделю, и вот теперь плохие дни шли чередой.

– Доброе. – Рори пересекла кухню и обняла мать. Тепло, исходившее от ярко-красной души Леноры, успокоило Рори. – Что на завтрак?

Мать протянула ей тарелку с пышными блинчиками.

– Твои любимые. Присаживайся, дорогая. Они почти готовы.

Рори налила им обеим по чашке кофе, добавила сливок и сахара и уселась за деревянный стол. Их квартирка была слишком мала для настоящей столовой, обходились лишь небольшим уголком на кухне.

Пока мать доготавливала, Рори отправила сообщение боссу, предупредив его, что ее сегодня не будет, и еще одно – вечерней сиделке матери. Рори частенько оставалась с Ленорой днем, а медсестра сидела с ней по вечерам, пока мать не ложилась спать.

– Расскажи мне обо всем, что я пропустила, – попросила Ленора, усаживаясь напротив. – Кто-нибудь из мужчин привлек твое внимание? – Она игриво приподняла брови, и Рори усмехнулась.

Будучи прорицательницей, Ленора осознавала, сколь многого ее лишили плохие дни, и всегда пыталась наверстать упущенное в начале хорошего утра. Это было одновременно и благословением, – ведь Рори не нужно было притворяться, будто все в порядке, – и проклятием, которое заключало Ленору в клетку, созданную ее собственным воображением.

– В последний раз повторяю, я слишком занята для мужчин. – Рори отправила в рот кусочек блинчика и вздохнула. Мать была превосходным кулинаром.

– Даже приятеля с прерогативой не было? – спросила Ленора, поливая блинчики сиропом.

Рори поперхнулась едой и подняла глаза.

– Во имя Эфира, мама, это называется «друзья с привилегиями».

Рори предпочитала отношения на одну ночь, не больше.

Мать рассмеялась, и этот смех для Рори прозвучал словно музыка.

– Как скажешь, дорогая. Как продвигается работа?

Рори продолжила есть, но все же кивнула и ответила на