Начало - Анатолий Пак

Слева быстро прошла легковушка с оторванным зеркалом и вмятиной на двери. Она обогнала фургон и скрылась за подъемом. Игорь проводил ее взглядом. Повреждения могли быть старыми, но спешил водитель так, будто уже успел увидеть то, что происходило в городе.

В зеркале показались фары еще одной машины. Та понемногу приближалась, но остальная дорога за ней оставалась пустой.

На подъеме перед развязкой Игорь заметил справа съезд — разбитую грунтовку, уходившую вниз вдоль бетонного забора, к воротам с надписью «Кирпичный». Ту самую, про которую днем говорил Денис. Он сбросил скорость, присмотрелся к повороту и поехал дальше. Пока основная дорога была свободна.

Над развязкой висела та же серая пелена, которую он разглядел с крыши павильона. Ни луны, ни звезд. Казалось, небо само излучало слабый свет. Игорь невольно наклонился к рулю, пытаясь рассмотреть его через лобовое стекло, но ничего нового не увидел.

За подъемом справа показалось зарево. Откуда-то снизу, из-за придорожных построек, поднимался дым. Там что-то горело.

Игорь увидел это, выехал на вершину подъема и на секунду забыл про руль.

Впереди, за развязкой, поднимался дым. Горело где-то возле дороги, но что именно, Игорь отсюда разобрать не мог. Ветер сносил дым в сторону поля, полностью скрывая место возгорания.

Он сбросил скорость. До поворота виднелось не больше десятка машин. Несколько стояли на дороге, еще две съехали на обочину. Между ними ходили люди. Один водитель пытался развернуться, сдавая назад и заставляя остальных отступать с его пути.

Игорь прижался к краю дороги, остановился и вышел. С обочины было видно ненамного лучше. За поворотом что-то происходило, но низкие здания закрывали обзор. Доносились гудки, кто-то кричал, послышался звук столкновения.

Справа, за складами, проходила другая дорога. Там тоже остановились несколько машин. Одна стояла поперек, освещая фарами поле. Почему они не ехали дальше, Игорь не понимал.

Мимо пронеслась легковушка. За ней еще одна. Потом фургон с открытой задней дверью. Пока он смотрел вперед, из города начали подъезжать машины. Сначала по одной, с промежутками, потом все чаще. Водители разгонялись на свободном участке и резко тормозили, заметив тех, кто стоял за развязкой.

За несколько минут очередь вытянулась почти до него. Кто-то полез на обочину, объезжая остановившихся. Остальные пока ждали, но уже сигналили.

Игорь оглянулся на город. По дороге приближались новые фары. Машины шли одна за другой, и конца этому потоку видно не было.

Он еще мог развернуться. Но если постоит здесь немного дольше, выехать с обочины будет уже непросто.

Из остановившихся машин начали выходить люди. Сначала один, потом сразу несколько. Кто-то шел вперед вдоль ряда, вытянув шею, пытаясь разглядеть, что происходит. Кто-то, наоборот, бежал от поворота к своей машине, видно, уже разведав, что там произошло, и кричал, чтобы все поворачивали назад.

А потом впереди закричали по-настоящему.

Крик пошел волной, от дальних машин к ближним, и Игорь узнал его сразу. Он слышал такое с крыши павильона всю ночь напролет и не спутал бы ни с чем. Люди побежали между автомобилями, по обочине, по встречной полосе — обратно, туда, откуда приехали.

Справа, за отбойником, на пустыре, появились бледные фигуры.

Их было немного. Три, может, четыре. Твари гнались за людьми, выскочившими из машин. Те бежали вдоль обочины, петляли между автомобилями, пытались спрятаться за ними, но твари быстро сокращали расстояние. На тех, кто оставался в салонах, они не обращали внимания, проносясь мимо, даже не поворачивая головы. Игорь заметил это не сразу. В одной из машин за стеклом сидели люди, а тварь пробежала в двух шагах от них, преследуя мужчину, который бросил автомобиль и теперь мчался к кювету.

Картина сложилась.

Твари перекрыли выезды. Или идут в город снаружи, со стороны трассы, и первыми попали под них как раз те, кто раньше всех побежал из города.

Водители запаниковали и бросились разворачиваться, мешая друг другу. Начались столкновения, несколько машин застряли и намертво перекрыли дорогу остальным.

Все сходилось. Теперь Игорь понимал, как возник затор, и даже почувствовал что-то похожее на облегчение. Хотя от того, что он нашел объяснение, дорога свободнее не стала.

Он посмотрел в зеркало заднего вида.

И вот тут ему стало страшно по настоящему.

Пока он стоял и разглядывал, что происходит, сзади подъехали машины тех, кто бежал из города. Место, на котором еще минуту назад можно было развернуться, было забито машинами. Они подкатывали вплотную, притирались друг к другу, лезли на встречьку. Никто из водителей еще не знал, что впереди. Они видели только, что все стоят, и старались проехать вперед хоть на несколько метров.

Еще пара минут и «Паджеро» окажется зажатым в этой каше, как в тисках. Без возможности развернутся и уехать, хотя бы по обочине, с тварями, которые бегут вдоль дороги. А он будет сидеть в железной коробке с тонкими дверями и смотреть, как они выбирают, с какой машины начать.

Он уже знал, чем это заканчивается. Видел.

Игорь бросил взгляд направо. Съезд к кирпичному заводу остался метрах в стапозади, ниже по склону.

Он вывернул руль, выехал правыми колесами на обочину и пошел задним ходом.

Сзади засигналили. Кто-то опустил стекло и что-то гневно заорал. Игорь не слушал. Он смотрел в зеркало и вел машину по гравию, чувствуя, как правый борт подламывает придорожные кусты, и считал про себя метры. Заднее колесо ушло с обочины, «Паджеро» просел, зацепил порогом бетонный откос и все-таки съехал вниз.

Грунтовка была именно такая, как обещал Денис: колея, лужи, глина. Игорь включил пониженную и пошел вдоль забора кирпичного завода, подпрыгивая на колдобинах, левым бортом почти касаясь бетона.

В зеркале заднего вида наверху виднелась дорога, красная от стоп-сигналов. Дальше, за ней, полыхали уже несколько пажаров. Несколько машин, которые еще могли свернуть, съехали вниз следом за Игорем. Он сомневался, что все они здесь пройдут.

Так и вышло. Две пузотерки, ехавшие сразу за ним, застряли одна за другой, перекрыв проезд мощному внедорожнику. Тот остановился позади них: места для объезда не было.

Игорь перевел взгляд с зеркала на дорогу. Останавливаться он не стал. Не хватало еще самому засесть в какой-нибудь колее.

Добравшись до заводских ворот, он развернулся и выехал на разбитую грунтовку, тянувшуюся вдоль основной дороги. По ней обошел пробку и, выбравшись на асфальт, направился обратно в город.

Дорога назад была свободна. Абсолютно, идеально свободна: ни одной машины в его направлении, потому что в город не ехал никто. Он гнал по пустому асфальту мимо тех, кто стоял