Кодекс физрука - Сергей Сергеевич Мусаниф

Мультиполис с его небоскребами, высокой деловой активностью и вечно спешащими куда-то людьми неприятно напоминал архимагу о его далеком корпоративном прошлом, избавиться от которого помог только зомбиапокалипсис и приход на Землю Системы, поэтому архимаг старался не посещать город-планету без особой необходимости.

Но на этот раз, похоже, такая необходимость у него была. Такеши вызвал его, использовав красный код, и, разумеется, как это и бывает в случаях вызова по красному коду, не объяснил причин спешки, оставив архимагу только теряться в догадках.

А поскольку архимаг был человеком мнительным и в любой непонятной ситуации начинал подозревать худшее, за два часа, которые ушли на сборы и дорогу, он успел набросать несколько весьма мрачных сценариев. И несколько еще более мрачных сценариев были уже на подходе.

Приблизившись к небоскребу Такеши, архимаг сошел с движущегося тротуара, предъявил сканеру охранной системы особый гостевой пропуск, пересек вестибюль и вызвал лифт. Для этого пришлось еще раз доставать пропуск и прикладывать его к сканеру.

Обычный человек не смог бы войти в это здание. Девяносто пять процентов необычных людей, которые смогли бы войти в это здание, не сумели бы вызвать этот лифт. Это был лифт для избранных, в кабине которого находилась всего одна кнопка, и он вел напрямую в апартаменты Такеши.

Глава самой организованной из преступных группировок Системы ждал его в холле. На Такеши было черное кимоно и сдвинутые на лоб многофункциональные очки, отчего он показался архимагу немного похожим на муравья.

— Не понимаю, как ты живешь в этой дыре, — дипломатично заявил архимаг. — Я много раз говорил, место, куда нельзя трансгрессировать, не может считаться приличным. Что стряслось?

— Это из разряда того, что лучше один раз увидеть, — сказал Такеши. — Пойдем.

Архимаг проследовал за ним через целую анфиладу комнат, где было много золота, иероглифов и драконов, а потом они остановились у дверей в одну из гостевых спален.

Архимаг помнил планировку, поскольку ему самому несколько раз довелось здесь ночевать.

— Если ты зарезал проститутку, то это вообще не ко мне, — сказал архимаг. — Все, что я могу предложить в таком случае, это небольшой сеанс некромантии, но для нее тебе потребовалось бы переправить тело ко мне, а не тащить меня сюда.

Такеши открыл дверь.

Архимаг заглянул внутрь. Лежащее на кровати тело явно не принадлежало проститутке, да и зарезанным оно не выглядело.

— Я всегда подозревал, что ты больной извращенец, но никогда не думал, что ты сумеешь зайти так далеко, — заявил архимаг. — Не знаю, для каких целей ты держишь у себя эту… штуковину, но я совершенно точно не собираюсь участвовать в том, что ты задумал с ней сделать. И даже свидетелем быть не хочу.

— Посмотри внимательнее, — сказал Такеши.

Архимаг посмотрел внимательнее. Сделать это без магического взора было довольно затруднительно, поэтому ему пришлось надеть очки.

Голубые джинсы. Серая футболка. Стоящие у кровати стоптанные кеды. Небольшой шрам на подбородке, от которого владелец подбородка не желал избавляться по ностальгическим причинам, сбитые костяшки на пальцах.

— Твою налево, — сказал архимаг. — Он настоящий, да?

— Да, — подтвердил Такеши.

— Но он же не мертв? Я не вижу, как его грудь вздымается от дыхания, но…

— Он не мертв, — сказал Такеши. — Сердце бьется. Один удар примерно в три минуты. Дыхание замедленное, но таки есть. Учитывая, что он как-то выживал в открытом космосе, не думаю, что это критично.

— Он реагирует на внешние раздражители?

— Нет, — сказал Такеши.

— И как это произошло?

— Мы пили в одном из моих заведений, и он травил мне байки о том, как убил какого-то Гитлера, — сказал Такеши. — Как я понял, в той вселенной, где он был, это что-то вроде рейд-босса. Потом мы переместились сюда, еще немного выпили и разошлись по своим комнатам. Утром я заметил, что он не выходит…

— Утром? — уточнил архимаг, глядя на системные часы, автоматически подстроившиеся к новому часовому поясу. Часы показывали шестнадцать тридцать.

— Утром, — сказал Такеши. — Пару часов назад. Я пошел, чтобы посмотреть, не ушел ли он, не попрощавшись, и вот.

— Получается, что в каком-то смысле он ушел, — констатировал архимаг. — Ты подключал диагностику?

— Разумеется, — сказал Такеши. — Он жив и функционирует, только очень медленно. Как будто кто-то поставил его на паузу.

Архимаг подошел к кровати, поднял левую руку сантиметров на двадцать, отпустил. Рука упала на кровать.

— Не, пауза вообще не так выглядит, — сказал архимаг. — Поставленный на паузу персонаж не дышит, сердце у него не бьется, и взаимодействовать с ним ты вообще никак не можешь. Тут что-то другое. Тебе не приходило в голову, что он, может быть, просто так спит?

— Непохоже на сон.

— Ну, так он каким-то местом бог, а что мы знаем о божественной физиологии? Возможно, мы знали бы о ней больше, если бы он всех их не перебил. И чего ты теперь от меня хочешь?

— Произошла ситуация, — сказал Такеши. — Я о ней извещаю.

— И кого ты уже известил?

— Пока только тебя.

— Почему?

— Ты сам знаешь, почему. Все остальные будут говорить, что нужно непременно известить Роберту и Морри, и как только до них дойдет эта информация, произойти может все, что угодно.

— И ты хочешь, чтобы я что-то тебе посоветовал?

— Не помешало бы.

— Оставь все, как есть, — сказал архимаг. — Думаю, что со временем «ситуация» нормализуется сама по себе.

— А если не нормализуется?

— Тогда перевезем его ко мне, и я проведу свои тесты, — сказал архимаг. — Но, ты же знаешь, обычно он справляется с проблемами без нашей помощи. Он же физрук.

— И сколько ты предлагаешь ждать, пока мы не поймем, что само по себе ничего не нормализуется?

— Хотя бы пару недель.

— Ты представляешь, что будет, если он останется таким же, а Роберта узнает, что мы пару недель его прятали?

— Так пусть она не узнает, — сказал архимаг. — Скажем, что нашли его вот только что. В данже каком-нибудь.

— В это никто не поверит. Он сто лет не ходил по данжам. Может и больше.

— Неважно.