Bleach: Император душ. Том 1 - Всеволод

Ямамото удивлённо посмотрел на меня.

— Я хочу, чтобы мой отряд плотно занялся окраинами. Не отдельными рейдами время от времени, а постоянно.

Я чуть подался вперёд.

— Вы и сами могли видеть по моим отчётам, что наша работа в семидесятых-восьмидесятых районах дала эффект не только там. Когда мы начали давить банды на дальних рубежах, они перестали выталкивать более слабых соседей ближе к Сейрейтею. В итоге спокойнее стало сразу в нескольких районах по направлению к центру.

Я сделал короткую паузу.

— По крайней мере, в нашем секторе Руконгая эта цепочка уже прослеживается достаточно хорошо. Поэтому я и прошу закрепить за Одиннадцатым все дальние районы как основную зону ответственности.

Ямамото молча слушал, поэтому я продолжил:

— Понятно, что взять их под реальный контроль мы сможем далеко не завтра. Там слишком большая территория, слишком много людей и слишком давно всё варится само по себе. Но если Одиннадцатый перестанет разрываться между обычными патрулями и окраинами и сможет тратить на дальний Руконгай всё своё время…

Я пожал плечами.

— Когда-нибудь порядок мы там точно наведём.

— Хорошо, — не раздумывая ни секунды, ответил старик.

Я уже открыл рот, но так и застыл.

— Так просто? — удивлённо спросил я.

— А что тут удивительного? Одиннадцатый и раньше старались не направлять на действительно ответственные участки из-за твоего предшественника. После того как ты занял его место, я тоже не стал делать резких движений.

На последних словах Ямамото сделал отчётливый акцент и многозначительно посмотрел на меня.

Я только хмыкнул. Урок, похоже, решили закрепить сразу.

— Я наблюдал за тем, как ты перестраиваешь отряд, и ждал, пока станет понятно, где его лучше использовать. Теперь понятно. Твоё предложение не лишено здравого смысла, а Одиннадцатый уже показал, что способен постепенно наводить порядок в том хаосе, который копился в дальних районах, наверное, тысячелетиями.

Старик снова взялся за трубку.

— Желаешь добровольно разгребать этот бардак? — он хмыкнул. — Я буду последним, кто станет тебе это запрещать и ставить палки в колёса.

Чёрт возьми, я готовился к этому разговору чуть ли не с момента поступления в Академию. Заранее перебирал возможные возражения, прикидывал, чем буду давить в ответ, какие результаты Одиннадцатого можно положить на стол в качестве аргументов.

А старик даже спорить не стал.

— Неожиданно, — честно признался я.

— Ты говорил о нескольких вещах, которые тебе нужны, — напомнил Главнокомандующий.

— А, да.

Я наконец вышел из лёгкого ступора и вернулся к заготовленному списку.

— Второе напрямую проистекает из первого. Я не смогу наводить порядок в такой глуши, физически находясь в Сейрейтее. Поэтому мне придётся убыть в дальние районы на неопределённый срок.

Ямамото несколько секунд молча смотрел на меня.

А потом снова рассмеялся.

— Что? — Я окончательно перестал понимать причины его веселья.

— Эту твою просьбу я могу удовлетворить с огромной лёгкостью, — произнёс старик, всё ещё посмеиваясь.

Я терпеливо ждал объяснения.

Ямамото ещё раз фыркнул в усы и наконец решил просветить меня:

— После твоей разборки с Советом они уже на следующее утро пришли ко мне с просьбой услать тебя как можно дальше от Сейрейтея. И желательно на как можно более долгий срок.

Тут уже не выдержал я и тоже фыркнул.

Ну теперь всё встало на свои места.

Получалось забавно. Я пришёл к Главнокомандующему просить разрешения отправиться чёрт знает куда и неизвестно на сколько, а Совет последние несколько дней, оказывается, убеждал его ровно в том же самом.

Теперь становилось понятно, почему мои просьбы сегодня принимались с таким подозрительным благодушием. Я не создавал Ямамото новую проблему — я собственными руками предлагал ему решение той, с которой советники уже успели прожужжать все уши.

— Значит, договорились. — Я кивнул. — Мне понадобится немного времени, чтобы закончить дела, и я уеду из Сейрейтея.

* * *

Два месяца спустя

— «Мне понадобится немного времени»?!

Сидя за столом в своём кабинете, я с ненавистью смотрел на кипу бумаг, которая, по-моему, уже научилась размножаться почкованием. Стоило разобраться с одной пачкой, как откуда-нибудь обязательно появлялись ещё две.

Проклятая бюрократическая гидра.

— Всё!

Я швырнул письменную кисточку куда-то в угол и резко поднялся из-за стола.

— Чёртовы дела так никогда и не закончатся. Нужно выдвигаться сейчас, пока мои люди не ушли из Сейрейтея в обратный путь без меня.

Отдав последние напутствия лейтенанту, который оставался в Сейрейтее за главного, я направился в свою резиденцию. Там меня уже ждали золотоокие с очередным караваном, который со дня на день должен был отправиться в обратный путь.

Разумеется, я мог добраться до дальних районов самостоятельно. Пара дней — и был бы на месте.

Но зачем?

Я решил устроить себе небольшой отпуск.

Неспешная дорога вместе с большим караваном. Ночёвки под открытым небом. Еда, приготовленная на костре…

На последнем пункте я даже невольно сглотнул слюну.

Да. Определённо отпуск.

Стоило мне выйти на улицу, как в глаза сразу бросились золотые песчинки, медленно опускавшиеся с неба.

Я поднял голову.

Главнокомандующий всё-таки попросил меня снова запустить «прачечную». Конечно, сам он выразился несколько иначе: развернуть над Сейрейтеем «райские небеса». Но лично я предпочитал называть эту технику именно прачечной и никак иначе.

Смысл ведь примерно тот же. Только вместо грязных носков она вычищала из окружающего пространства накопившуюся за чёрт знает сколько времени дрянь Пустых.

Когда после разговора с Ямамото я вернулся к отряду и не обнаружил там толпу желающих воочию лицезреть всё моё божественное величие, моей радости не было предела.

Вот только узнать, каким именно чудом Ивасэ сумел отвадить паломников, мне так и не удалось.

Сколько бы я его ни пытал, лейтенант упорно отказывался раскрывать секрет.

Если быть до конца честным, особенно-то на этом вопросе я и не настаивал. Так что в конце концов махнул рукой на мнущегося зама, упорно отводящего глаза.

Самое главное — пятен крови нигде не было. А уж что именно Ивасэ наплёл паломникам, чтобы они наконец оставили нас в покое, теперь не имело никакого значения.

Чем ближе я подходил к своей резиденции, тем сильнее становилось неприятное ощущение тревоги.

Сначала оно едва царапало где-то на краю сознания, но с каждым шагом становилось всё настойчивее.

Я сбился с неспешного прогулочного шага.

Интуиция буквально била тревогу.

От предвкушения отдыха не осталось и следа.

Я резко ускорился и уже через считаные секунды оказался во дворе поместья.

И…

Ничего.

Всё было чинно и спокойно. Люди готовили телеги к дороге, проверяли поклажу, возились с животными. Никто никуда не бежал, никто ни с кем не