Губернатор мусорного острова - Дмитрий Яковлевич Парсиев

«Харвестер достиг первого порогового уровня. Для вас открыто новое рабочее пространство „Мастерская“, где вы можете комбинировать разные материалы для создания изделий. Текущее количество материалов для комбинации — 2».

Что-то пока «не очень не понял». Почесав макушку, перечитал еще раз. То есть, у меня теперь три рабочих пространства. Первое — сборщик, который извлекает из внешнего мира любые химические элементы. Второе — лаборатория, которая синтезирует химические соединения из элементов, в том числе сплавы. Третье — мастерская, которая создает комбинированные изделия из различных соединений.

Получается, графический редактор, позволяющий задавать нужную форму изделия, был предтечей Мастерской. Кстати, надо посмотреть, как теперь этот редактор выглядит. Открыл и убедился, что редактор в самом деле усложнился. Теперь я могу создавать «сборные» макеты из двух видов материалов.

— Дядя Вик, — ко мне подошел Мотька, — Давай стенки цеха тоже сделаем из панелей. А то он совсем некрасивый.

Тут, конечно, Мотька прав. «Основной» цех мы огораживали тем, что нашли на свалке.

— Мотька, он некрасивый, зато негорючий. Если искра попадет на пластик, пластик может загореться.

— Жаль, дядь Вик, — от расстройства Мотька вытянул губы и сморщил лоб, но тут же ему пришла новая идея, — А если мы панели зашьем картоном, а? Я знаю, где набрать картона.

— Картон — тоже горючий материал, Мотька. Но ты подал идею. Если зашить алюминиевой фольгой, то будет в самый раз.

— Можно просто покрасить, — подключился к обсуждению Аристотель, — Масляная краска, когда высохнет, горит плохо.

— Тоже вариант, — согласился я, — Только краски у нас нет, а алюминия хватает.

В обновленном системном редакторе усовершенствовал макет панели, добавив слой алюминиевой фольги. Набрал харвестером нужные элементы и дал команду изготовить. Двухкомпонентная панель изготавливалась дольше, но тоже довольно быстро. Через полминуты в реальный мир вывалилось готовое изделие. Я позвал Аристотеля и Мотьку оценить новый продукт.

— Фольга не отвалится? — поинтересовался Мотька после критического осмотра.

— Не знаю, Мотька. Попробуй отодрать.

Мотька попытался подцепить грязным ногтем алюминиевый слой, но тот не поддался.

— А если ножом?

— Попробуй ножом, — разрешил я.

Ножом Мотька тоже не смог отделить алюминий от пластика.

— Намертво сидит, — авторитетно заявил Мотька по итогам краш-теста, — Дядь Вик, делай такие панели. Сделаем для цеха новую стенку.

— Сперва плот для мужиков сделаю, — сказал я, — А потом займусь стенкой.

— Ладно, делай сперва для мужиков, — великодушно разрешил Мотька.

Мотька еще накануне получил все необходимые инструкции касательно секретности. Малец торжественно пообещал «не рассказывать об особенной зерговой способности даже мамке».

Я в Мотьку верю. Он из тех детей, что не понаслышке знакомы с голодом, холодом, страхом и болью. Он не проболтается по пустопорожней детской наивности. Он для этого достаточно взрослый, хоть и отроду ему десять лет.

За полчаса наделал панелей для плота, а потом привлек Мотьку и Аристотеля к сборочным работам. Плот вышел большим, крепким и легким.

— Как сделать веревки и шесты, я не знаю, — сказал я.

— Мужики сами что-нибудь придумают, — Аристотель махнул рукой, — Найдут что-нибудь на свалке.

Мужики плоту обрадовались и уволокли его с собой. Наверно, в самом деле что-нибудь придумают.

Работа вошла в отлаженную колею. Благодаря пополнению за счет бригады Санни Красного, мне приходилось больше времени тратить на извлечение элементов, но все равно его хватало на то, чтобы параллельно делать двухслойные панели с покрытием из алюминия.

Сам Санни Красный позвонил во второй половине дня.

— Здравствуй, Вик, — поприветствовал он как ни в чем не бывало, — Ты уже взял под крыло моих архаровцев?

— Здравствуйте, Санни. Взял.

— Вот и хорошо. Вечером жду тебя в Тропиканке. Пришлю за тобой Малого как обычно к семи.

— Понял вас. Буду.

У Санни Красного ни дня без поручений. Но это неплохо. Санни Красный не только грузит заботами, он дает новые возможности, которыми, правда, надо еще суметь воспользоваться.

Остаток дня прошел в рабочем режиме. Мужики освоили плот, увеличив производительность труда. Работяги Санни Красного тоже увеличили производительность труда, потому что больше не тратили время на обжиг. Причем, существенно так увеличили, как бы не в трое.

Так что по итогу работ у нас скопилось очень приличное количество слитков как цинка, свинца и олова, так и меди с алюминием. Чтоб не тащить это все на горбах, загрузились в две тачки.

Иван Арнольдыч, когда мы пришли к нему «сдаваться», даже поцокал языком. Наши объемы произвели на него впечатление. За традиционные цинк, свинец и олово он рассчитался в полном объеме. За медь и алюминий отсчитал треть. Оставшиеся две трети он тоже отсчитал, но в отдельную стопку.

— Вик, вот это доля Санни. Сам ему отдашь?

— Могу сам отдать. Мне как раз сегодня ехать в Тропиканку.

Убрав деньги для Санни во внутренний карман, перешел к расчетам с работниками. За медь и алюминий на нашу долю вышло аж семнадцать с половиной тысяч. Я решил, что буду выплачивать работягам Санни половину.

— Так, парни. По итогу дня ваша доля восемь тысяч семьсот пятьдесят. Сами распределите между собой?

— Сами, — сказали работяги, забирая деньги. Оплатой они явно остались довольны.

Своим старым работникам я тоже решил увеличить оплату. Там коэффициент получался для меня не такой выгодный. Я себе оставил только тридцать процентов от общего заработка, мужики же получили по тысяче четыреста.

Тут же, не отходя от кассы, наменял у Ивана Арнольдыча деньги и произвел выплаты. Мотька тоже получил полную долю, но я знаю, он себе ни копейки не оставит. Все отдаст Кусе. В моем кармане по итогу дня осело двенадцать косарей. Такими темпами пари у Авроры я выиграю.

Успел сбегать принять холодный душ и переодеться, а когда вернулся к пункту приема, Дженерал Моторс Малого меня уже ждал.

Малой привез меня в Тропиканку. Заведение начинало набирать обороты, выходя из полурасслабленного дневного затишья. Официанты, бармены, танцовщицы занимали боевые позиции, готовясь к вечернему наплыву посетителей. Диджей добавил громкости. Охрана вставала по местам. Не представляю, сколько бабла зашибает Санни Красный от этого бара, но думаю, те деньги, что несу для него я, сущая мелочь.

Меня как обычно довели до кабинета и запустили в дверь. Санни Красный считал деньги на специальной машинке, прогоняя через нее пачку за пачкой. На меня он отвлекся ровно на секунду, чтобы показать жестом, что я могу садиться в