Губернатор мусорного острова - Дмитрий Яковлевич Парсиев

Прогнав заключительную пачку, он перемотал ее резинкой и перекидал «котлеты» в ящик стола.

— Виски будешь, Вик?

— Нет, спасибо.

— А я плесну себе. День выдался суматошный.

Санни поднялся, сходил до бара, прихватил бутылку «гуляки Джонни», отпитую на две трети, и два стакана. Указал взглядом на стаканы вопросительно, но я помотал головой. Он убрал второй стакан обратно в бар и вернулся за стол.

— Санни, вот деньги за сегодня со свалки.

Санни быстро пересчитал купюры.

— Арнольдыч обычно меньше сдает.

— Я провел небольшую оптимизацию труда. Производительность подросла.

— Я тобой доволен, Вик, — он налил себе на два пальца, отпил, подержал немного вискарь на языке прежде, чем проглотить, — Теперь понимаешь, почему менеджеров нужно искать везде, где только можно, а не тащить за уши придурковатых родственников?

— Понимаю.

— Ловко ты все провернул, — Санни усмехнулся, — Вчера Санни Черный до последнего не верил, что его кузен сидит у меня вот в этом самом кабинете и набухивается вискарем.

— Санни Черный сам лично за ним приезжал?

— Сам, — подтвердил Санни и рассмеялся, — А этот его цепной пес Бенджи, чуть не перекусал мою охрану, когда его не пустили в кабинет с оружием.

— Признайтесь, Санни, вы с умыслом назначили место передачи кузена в вашем офисе, чтобы потрепать Санни Черному нервы?

— Не без этого, Вик. Поэтому и Бенджи так психовал. Они всерьез опасались, что я собираюсь заманить их в ловушку. Представь себе их рожи, когда они увидели бухого кузена, целого и невредимого.

Я припомнил и самого Бенджи и то, что он тоже зерг, как и я. А еще от меня не скрылось радостное удовлетворение Санни Красного, когда он говорил про Бенджи. Похоже, он завидовал Санни Черному черной завистью коллекционера, что у того был свой зерг, а у самого Санни Красного зерга не было.

Поэтому он принял меня с такой готовностью и с такой готовностью начал продвигать по иерархии в своей структуре. На какое-то время я стану любимым «экспонатом» Санни Красного. Значит, надо воспользоваться коридором возможностей по максимуму.

Коллекционеры быстро охладевают к вожделенному экземпляру, после того как получают его в свою коллекцию. Коридор возможностей может оказаться не слишком длинным.

— Представляешь, Вик, — Санни Красный отхлебнул еще глоток, — Этот дурачок кузен при мне и Санни Черном устроил сцену в этом самом кабинете. Требовал твоего скальпа.

— Мне стоит чего-то опасаться?

— Уж во всяком случае не со стороны Санни Черного. Санни Черный назвал кузена мудозвоном, а мне сказал, что все претензии сняты. Так что для Санни Черного тема закрыта. А опасаться кузена… лишняя осторожность никогда не помешает, Вик. Ты же, когда переходишь дорогу на зебре, все равно смотришь по сторонам?

— Смотрю.

— И правильно делаешь. На дорогах полно дураков. Дурак может выскочить из-за поворота в любой момент. Защита от дурака должна быть зашита в твой разум на программном уровне. Усекаешь?

— Усекаю.

— Тогда ты знаешь все о том уровне опасности, которую может представлять кузен. Защита от дурака, Вик. Это все, что нужно.

— Хорошо сказано, Санни.

— Теперь о деле, Вик. На месте сгоревшего бара осталась пустая земля. Но это моя земля, причем в хорошем месте. У тебя есть соображения, как ею распорядиться?

— Пока еще об этом не думал.

— Тогда начинай думать. Активы должны работать и работать на нас обоих. Мы с тобой в равных долях, Вик.

— Даже так?

— А я не мелочен. Со всеми так работаю. Пятьдесят на пятьдесят. Есть некоторые исключения вроде этого бара. Но на твоем районе исключений не будет.

— Я понял вас, Санни. Подумаю.

— Малой отвезет тебя, куда скажешь, — последними словами Санни Красный дал понять, что разговор окончен.

Дженерал Моторс стоял на том же парковочном месте, где меня высадил. Малой по всей видимости получил нужные инструкции, не удивился, что я снова сажусь в его машину, и задал традиционный вопрос: «Куда?»

Я решил, что ехать на пепелище сгоревшего бара смысла нет никакого. Ничего нового я там не увижу.

— Знаешь, где живет Арнольдыч?

Вместо ответа Малой повернул ключ в замке зажигания. Пока ехали, стемнело. Малой остановил машину возле лачуги Арнольдыча. По свету в окошке я определил, что он дома.

— Малой, меня не жди. Дальше сам.

Малой уехал, а я постучался в знакомую дверь.

— Иван Арнольдыч, это я, Вик.

Приемщик открыл мне дверь и впустил в дом.

— Чай будешь?

— Буду.

Мы сели за маленький стол в уютном закутке.

— Иван Арнольдыч, не думаете расширять бизнес?

Арнольдыч удивленно приподнял бровь.

— Что предлагаешь?

— Санни Красный поставил задачу ввести в коммерческий оборот участок земли, что остался от сгоревшего бара.

— Место хорошее, — одобрил Иван Арнольдыч, — Санни уже решил, что хочет там строить?

— Поручил это мне. Раньше там был пункт приема и бар. Вот я и подумал, что вам не помешала бы еще одна точка.

— М-м… нет, Вик. Как раз для пункта приема место там не очень хорошее. Оно слишком далеко от побережья. А в пунктах принимают как раз то, что тащат со свалки.

— Да, пожалуй, вы правы, — согласился я, — А как на счет бара?

— Там и для бара место так себе. Баров и без того очень много.

— А что же тогда там лучше всего построить?

— Не знаю, Вик. Сложность еще в том, что здание сгорело. Была б там хотя коробка. А так придется все строить с ноля. Стройматериалы сейчас очень дорогие. Не факт, что инвестиции вообще окупятся.

— Понял вас, Иван Арнольдыч. Спасибо за консультацию.

— Да какая там консультация… — Арнольдыч махнул рукой, — Вик, ты чай пей. Остывает.

Допив чай, попрощался с Арнольдычем и отправился к себе. Похоже, я еще лучше приноровился видеть в темноте. Даже удивительно, что в первые дни тыкался в стенки и деревья как слепой котенок.

Возле хибары меня перехватил Мотька.

— Дядь Вик. Иди ужинать. Ужин еще горячий, — он приглашающе открыл дверь своей хибары.

Я бы предпочел поесть у себя. Вроде бы до сих пор Мотьке было не в лом притащить для меня тарелку, но настаивать не стал. Зашел в Кусину хибару. Пара горящих лучин освещали очаг,