Боевой кузнец 2 - Евгений Аверьянов
— Не на коленке же его ковать.
Для нормальной работы всё равно придётся идти к Грегу и снова договариваться насчёт кузницы. Я тяжело вздохнул. Именно в этот момент с улицы донеслись голоса, которые приближались к моему двору, и было их слишком много.
— Чего там эти товарищи снова затеяли?
Подойдя к калитке, осторожно выглянул наружу и невольно замер. По дороге прямо к моему дому двигалась внушительная толпа. Человек пятьдесят, а может, и больше. Создавалось впечатление, что собралась не только вся деревня, но ещё и соседей для убедительности позвали.
— Очень интересно…
Ничего хорошего подобный визит явно не предвещал. Сильно сомневаюсь, что они решили поздравить меня с днём рождения. Хотя… Я даже задумался.
— А вдруг сегодня действительно мой день рождения?
Мысль показалась настолько нелепой, что я сам невольно усмехнулся. А толпа тем временем остановилась прямо возле моего двора, и вперёд вышел один из охотников.
— Серж! Выходи!
Я пожал плечами.
— Уже иду.
На всякий случай оставил Барсика во дворе. Незачем лишний раз нервировать людей. Закрыв за собой калитку, спокойно подошёл к собравшимся.
Охотник внимательно посмотрел мне в глаза.
— Мы пришли от имени всей деревни.
— Очень рад за вас, — попытался я выдавить дружелюбную улыбку.
— Твой зверь виновен в гибели трёх наших коров.
Я даже не сразу понял смысл сказанного.
— Чего?
— Твой питомец убил их, и потому ты должен возместить ущерб.
Я поперхнулся от неожиданности.
— С чего вы вообще решили, что это сделал Барсик?
Охотник развёл руками так, словно ответ был очевиден.
— А больше некому. В округе уже давно не видели крупных хищников. Зато у тебя живёт дикий зверь.
Кто-то из толпы сразу поддержал:
— Да ещё и магический!
— Говорят, они жрут в несколько раз больше обычных!
— Коров нашли совсем рядом с деревней!
Я несколько секунд молча смотрел на этих людей, потом всё-таки решил попробовать объяснить.
— Хорошо. — Я поднял ладони. — Давайте рассуждать спокойно.
Толпа немного притихла.
— Каждая корова весит килограммов четыреста… а то и все пятьсот. — Несколько человек согласно кивнули. — Три коровы — это больше тонны мяса. Даже если убрать кости, внутренности и всё остальное…
Я посмотрел прямо на охотника.
— Вы серьёзно считаете, что мой маленький котёнок сожрал полторы тонны мяса?
В толпе послышался недовольный ропот.
— Какой ещё маленький котёнок?
— Да он скоро с лошадь вымахает!
— Отъелся на наших харчах!
— Сегодня коровы, завтра весь скот!
— А потом и до людей доберётся!
Люди всё сильнее заводились. Кто-то уже начал тыкать пальцем в сторону моего двора. Я почувствовал, как внутри медленно закипает раздражение.
— Вот ведь…
На мгновение даже мелькнула мысль: послать всех к чёрту, собрать вещи, забрать Барсика и прямо сегодня уйти в город. Но почти сразу пришлось себя одёрнуть. Нет, сейчас нельзя. Разрешения на магического питомца у меня до сих пор нет. Если возле города кто-нибудь решит проверить документы… Барсика либо отберут, либо вообще пристрелят. От одной этой мысли внутри всё неприятно сжалось.
Нет, такой вариант отпадал сразу. Значит, придётся договариваться. Я глубоко вдохнул.
— Послушайте. — Дождался, пока шум немного стихнет. — Я сегодня утром сам ходил к месту, где нашли следы.
Толпа мгновенно насторожилась.
— И что? — спросил кто-то.
— Нашёл трёх ваших коров. — По лицам людей пробежала тень. — Вернее, то, что от них осталось. — Я выдержал небольшую паузу. — И могу сказать совершенно точно: это сделал не Барсик.
— Очень аргументированно, — выдохнул охотник. — Мы и сами видели, то что осталось от коров. Ответь лучше где доказательства невиновности твоего зверя?
— А где доказательства его вины? — парировал я.
Повисла напряжённая тишина.
— А вы не думаете, что там появился новый хищник, крупнее любого зверя, которого нам доводилось видеть? Подумайте сами: от коров почти ничего не осталось, полторы тонны мяса за один присест не съест мой кот, он реально мелкий для такого подвига. — Я обвёл взглядом притихшую толпу. — А вот тот, кто это действительно сделал… — Я медленно покачал головой. — Возможно, для него ваши коровы были только началом.
Я глубоко вдохнул, стараясь не сорваться.
— Давайте спокойно. Когда вообще пропали ваши коровы?
— Вчера вечером, — сразу ответил кто-то из толпы. — Пастух недоглядел.
Я несколько секунд молча смотрел на собравшихся, потом медленно развёл руками.
— Хорошо… Тогда объясните мне одну вещь. Вы действительно считаете, что вот этот мелкий проглот за одну ночь сожрал больше тонны мяса?
— Он магический! — не сдавался кто-то.
— Магический, — согласился я. — Но не бездонный же.
Несколько человек уже заметно засомневались. Я видел это по их лицам, оставалось немного додавить.
— Если бы Барсик действительно столько ел, — продолжил я уже спокойнее, — мне пришлось бы ежедневно скармливать ему по корове.
Повисла неловкая тишина. Обвинение, которое ещё минуту назад казалось очевидным, теперь уже не выглядело таким убедительным. И тут тишину неожиданно разорвал отчаянный крик.
— Там!.. Там!..
Все одновременно обернулись и увидели, что с другого конца деревни к нам нёсся тот самый мальчишка-пастух. Лицо белое как мел, глаза размером с блюдца, дыхание сбилось настолько, что казалось, ещё немного — и он просто рухнет посреди дороги. Подлетев к толпе, он согнулся пополам, судорожно хватая ртом воздух, и продолжил:
— Там!.. Там…
Он дрожащей рукой указывал куда-то в сторону пастбища. Несколько человек раздражённо отмахнулись.
— Да не до тебя сейчас!
— Потом расскажешь!
— Там! — почти сорвался на визг мальчишка.
Теперь даже самые недовольные начали понимать, что произошло что-то действительно серьёзное. Один из охотников шагнул вперёд, схватил пастуха за плечи и хорошенько встряхнул.
— Успокойся! — Однако это слабо помогло. — Да успокойся ты!
Охотник тряхнул его сильнее, и парнишка наконец сумел сделать несколько глубоких вдохов.
— Что случилось?
— Там… чудовище…
— Какое ещё чудовище?
— Огромное! — Он снова ткнул рукой в сторону лугов. — Оно… оно корову схватило!
Толпа мгновенно загудела.
— Какую корову?
— Нашу…
Охотник замер.
— Стоп.
Его лицо медленно вытянулось.
— Ты что… сегодня опять стадо выгнал?
Мальчишка растерянно кивнул.
— Так… никто же не говорил, что нельзя, приказа