Мастер Мортис - Сергей Восточный

Мои последователи ждали команды, то и дело оглядывались на меня.

А я тоже ждал. Ждал, пока толпа созреет. Ждал, пока её гнев, уже почти ставший осязаемым, подогреваемый криками Лесной Нимфы, достигнет точки кипения. Пока люди перестанут быть просто возмущёнными горожанами и превратятся в разъярённую стихию, готовую смести всё на своём пути. Я видел этот момент — он приближался с каждой минутой. Ещё немного. Ещё пара выкриков, ещё одна искра.

И когда толпу будет отделять от необратимого всего один шаг, чтобы взорваться, всего одна капля, чтобы процесс стал необратимым, — этим шагом, этой каплей, которые зачастую бывают самыми решающими и из-за отсутствия которых многие бунты гаснут сами собой, станут мои последователи. Линдар и Громгар бросят факелы. Они швырнут первый камень. Они станут теми, с кого начнётся настоящий бунт. А я останусь в тени. Невидимый. Неуловимый. Как и подобает Мастеру Мортису.

Толпа гудела, но сквозь шум внезапно пробился спокойный, уверенный голос. Из ворот мануфактуры вышел человек. Высокий, подтянутый, в тёмно-синей мантии с серебряной каймой — форме старшего инспектора Ордена Охотников за Тьмой. На груди поблёскивал значок в виде перекрещенных меча и факела. Седые виски, аккуратная бородка, спокойный взгляд — он выглядел как человек, который провёл полжизни на переговорах и знал, как говорить с разъярённой толпой. Над головой светилось имя: «Инспектор Ламонт. Уровень 102».

Он поднял руку, призывая к тишине, и заговорил — миролюбиво, почти мягко:

— Добрые люди! Жители Приозёрья! Я приношу вам самые глубокие извинения от лица Ордена…

Ему не дали договорить. В него тут же полетели оскорбления.

— Эй, убирайтесь прочь из города!

— Мы вас тут не ждали, валите!

— Сколько можно травить нашу воду⁈ Орден — убийцы!

Толпа поддерживала кричащих одобрительным гулом. Кто-то свистел, кто-то размахивал кулаками. Но инспектор Ламонт даже не поморщился.

— Я понимаю ваше недовольство! — спокойным голосом, с трудом перекрикивая шум, терпеливо продолжал он.

— Нихрена ты не понимаешь! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Ещё раз приношу свои извинения. Сюда уже вызваны лучшие целители Ордена. Всем пострадавшим будет оказана помощь. Абсолютно бесплатно, за счёт Ордена!

Крики стали немного тише. Люди переглядывались. Бесплатные целители — это уже что-то. Инспектор Ламонт продолжал:

— Мы проведём полное расследование и выясним причину загрязнения. Виновные будут наказаны, независимо от их положения. Орден не оставит это без внимания.

— У меня муж на месяц слёг, если не помрёт ещё! — закричала наглая, хабалистая баба, проталкиваясь вперёд. — А если помрёт? Мне где потом деньги брать? Детей кто будет кормить, а?

Толпа опять бурно заревела, поддерживая женщину.

— Хорошо, — инспектор Ламонт поднял руку, и гул стих. — Всем пострадавшим Орден выплатит компенсацию. Документы собирать не нужно, просто расскажите свою ситуацию. На территории Ордена будет открыто круглосуточное дежурство по приёму пострадавших. Каждый получит столько, сколько потребуется для восстановления.

Толпа замерла. Люди переглядывались, шептались. Крики стихали. Инспектор Ламонт методично, как опытный пожарный, заливал огонь бунта водой обещаний. И у него получалось.

Так. Что происходит? Я перестал изображать скучающий вид, выпрямился и нахмурился. Этот мужик реально успокоил толпу. Почти. Ещё немного — и бунт, который я так старательно разжигал, погаснет, как костёр под дождём. Нужно срочно что-то делать. Иначе весь мой план пойдёт прахом. Я бросил взгляд на Линдара и Громгара. Они всё ещё стояли в толпе, но уже неуверенно переглядывались. Поймав мой взгляд, Линдар пожал плечами.

Я в сердцах выругался. Знал, что на них нет надежды. Не хотел привлекать внимания к своей личине раньше времени, но, видимо, придётся…

— Да? Вы выплатите компенсацию? — выкрикнул я, шагая вперёд и расталкивая толпу.

Голос мой дрожал — я сделал вид потерянного горем, гневного отца, который только что лишился самого дорогого. Лицо исказила гримаса боли, а в глазах блеснули слёзы.

— Я утром помыл своих детей в этой воде! Своими руками! — мой голос сорвался на крик. — А через три часа они уже не дышали! Три часа! Вы понимаете⁈ Они просто лежали и не дышали! Мои маленькие дети!

Толпа замерла. Я обвёл стоящих вокруг меня наполненным безумием взглядом.

Затем, выдержав драматическую паузу в несколько долгих секунд, продолжил срывающимся, дрожащим от боли и ярости голосом:

— Сколько вы выплатите мне компенсации⁈ Десять монет? Сколько стоят мои дети⁈ Назовите цену! Скажите цену жизни МОИХ ДЕТЕЙ! — под конец фразы я издал длительный пронзительный вопль и сделал вид, что не могу больше сдерживать слёзы, закрыв лицо рукой.

Повисла тишина. Всего на несколько мгновений.

А потом толпа взорвалась яростной бурей. Инспектор Ламонт попытался что-то сказать — он выкрикивал, что я игрок и у меня не может быть детей в игре, что это невозможно, что это провокация, — но его уже никто не слушал. Крики бастующих заглушали его голос. Неуправляемая толпа напирала на ворота.

— Бей их! — заорал кто-то.

Кажется, я узнал голос Линдара.

Несколько мгновений — оглушительный взрыв, и одна из пристроек мануфактуры вспыхнула ярким пламенем. В небо взметнулись искры, чёрный дым заволок двор. Это был сигнал, которого ждали. Толпа попёрла вперёд, смяла нескольких стражей, ворвалась на территорию Ордена.

Я скрылся в тени. Бросил взгляд на пылающие здания. Усмехнулся, а затем аккуратно, не привлекая внимания, побрёл обратно в таверну. За спиной гремели взрывы, крики, звон разбитого стекла. Дело сделано.

Испытания Личины прошли выше любых ожиданий.

Следующей ночью я покинул город. Но прежде чем отправиться в подземелье, я назначил своим последователям встречу. Место — за городом, в небольшом лесочке у восточного тракта. Я ждал их с утра, ещё ночью покинув таверну. Хозяин провожал меня грустным взглядом.

— Вот так и разбегаются люди, — посетовал он, протирая кружку. — Вона как: стоило болезни ударить — и все из города вон. Дела-то совсем плохи стали.

Я важно покивал и предположил, что скоро отрава исчезнет.

— Ну да, — отвечал трактирщик. — Проклятый Орден выгнали, теперь-то наверняка восстановится. Водица-то в озере опять чистая становится, слава богам. Глядишь, через недельку-другую всё и наладится.

Я, согласившись со словами трактирщика, расплатился, оставив щедрые чаевые, и вышел из здания. В голове крутились его слова: «Орден выгнали, вода чистая становится». У жителей уже есть виновник, а исцеление озера только подтверждает это. Всё складывалось как нельзя лучше.

Выйдя из таверны, я не сразу направился к городским воротам. Вместо этого я сделал небольшой крюк — туда, где ещё вчера возвышались мануфактуры Ордена Охотников за Тьмой.

Теперь это были руины. Огонь всё ещё догорал — языки пламени лениво облизывали обугленные балки,