Погоня за судьбой - Ди
— Балдёж! — с восторгом воскликнула Софи. — А сварку ею можно делать?
— Я не пробовала, но вот дырок точно можно понатыкать.
— Я вам устрою — «понатыкать»! — воскликнул Василий с лестницы, поднимаясь на наш этаж. — Вам что, одного этого беглеца мало?!
Пока он восстанавливал дыхание, Оливер, возникнув за его спиной, резонно заметил:
— Нам бы Эмиля куда-нибудь отнести. Нехорошо его тут держать.
— Ну, пошли, — выдохнул Василий. — Гада этого потом найдём…
Мы покинули лифтовый зал и вернулись к лестнице в спальный блок, у подножия которой всё так же лежало неподвижное тело.
— Давай, я за руки, ты за ноги. — Василий уже стоял над телом Эмиля. — Готов?
— Да, взяли, — ответил Оливер и покрепче ухватил бездыханное тело за брюки.
Крякнув, мужчины подняли тяжёлого бойца и, пыхтя, поволокли его обратно к лифту. На стальном полу красными оттисками отпечатывались ребристые подошвы армейского ботинка Василия, вляпавшегося в багряную лужу.
— Нам бы починиться, — сообщила Софи Василию в спину. — У вас здесь есть инструменты?
— В комнату охраны идите, — бросил он, пыхтя с ногами тяжёлого Эмиля в руках. — Бледно-жёлтый шкаф справа на уровне глаз. Там, правда, подрастащили уже… Вы только закройтесь изнутри, я вас сам открою. Но если хоть одну брешь в обшивке увижу — пеняйте на себя…
* * *
В комнате охраны, разместившись на кресле, я переводила взгляд с одного экрана на другой, а Софи копалась в шкафчике с инструментами. Несколько мониторов были поделены на десятки изображений, и некоторые из них были под замком. Видимо, для их просмотра требовалась авторизация.
— Слушайте, нафига мы там бродим, если везде столько камер? — устало спросила я у коммуникатора, пытаясь сопоставить картинки со знакомыми местами в небольшом, но ветвистом комплексе. — Надо просто поднять записи и посмотреть, куда он пошёл.
— Ночью питание подаётся только на подвальную часть, — пояснил Василий в наушнике. — Если бы здесь всё не разваливалось на ходу, мы бы давно нашли гада.
Тем временем на одной из камер возникло движение. Шен Сяодан бесстрашно, словно ничего необычного не произошло, орудовал с пробирками в зоосаде. Вот он прошёл от одного стола к другому и в одном ему известном порядке выложил пробирки в центрифугу.
Оливер и Василий закатывали передвижные носилки в помещение с рядами квадратных люков в стене. В остальном на камерах царили тишина и спокойствие — не было видно лишь Катрин Адлер — она, возможно, находилась в своей личной комнате. Не исключено, что под одним из замочков.
— Интересно, лабораторию они проверили? — спросила Софи, возникнув рядом со мной, держа в руках универсальную отвёртку. — По-моему, это единственное помещение, куда мы не заглядывали.
— Здесь наверняка есть уровни ещё ниже, — предположила я.
— Не дёргайся, — неожиданно твёрдо и спокойно произнесла Толедо, как хирург. — Расслабь кисть. Скажешь, если стрельнёт в нерв.
Воспользовавшись моментом, я решила дать отдых глазам, а Софи с тихими щелчками и шуршанием ковырялась в кисти руки, словно дантист в зубе под местным наркозом. Провернувшись, сустав аккуратно отделился, и сигнал с кисти пропал вовсе. Я представила себе, что нахожусь где-то далеко отсюда, но картинка почему-то не складывалась, всё происходило будто в пустоте.
— Нам просто необходимо как-то связаться с внешним миром, — вдруг заявила Софи из темноты. — Я так больше не могу. Просто не могу…
Распахнув дверь в комнату охраны, Василий раздражённо бросил:
— А чем я тут, по-твоему, занимаюсь ежедневно? Мы с Шеном дважды перебрали модуль дальней связи, но проблема не в нём, а в магнитных полях. Энергии сигнала не хватает через них пробиться.
— Может, стоит сгонять за передатчиком получше? — спросила я.
— Ну, сгоняй по-быстрому. Магазин всего-то в трёх тысячах километров, за годик обернёшься, — раздражённо ехидничал усталый офицер.
— Да я не о том! — поморщилась я, всё так же не открывая глаз. — «Остиум»! Там почти вся кабина уцелела, наверняка сохранилось какое-нибудь оборудование для связи.
— «Остиум»… — пробормотала Софи и включила какой-то жужжащий механизм.
Я открыла глаза. Софи держала мою кисть в руке, вертя ею так и этак и продувая её воздушным нагнетателем. Поток воздуха сметал песочную пыль, до поры до времени невидимую даже на полу, кружа её в вихре и уволакивая прочь.
— И вы всё это время молчали о том, что у вас есть корабль? — вопросила Софи, в глазах которой читалось явное желание выплеснуть на Василия всё накопившееся за последние дни.
— Ну, корабль у нас был, — почесал затылок тот. — Только разбился.
— «Остиум», — прошептала Софи, отложив в сторону нагнетатель и примеривая неподвижную кисть к биотитановой культе. — Это же серия «Першерон». А на них ставят штатные маркированные ретрансляторы «Геракл-7». Его мощности должно хватить, чтобы пробить помехи!
— Ретранслятор, говоришь? — Василий задумчиво почесал щетину. — Можем попробовать встроить его в цепь и пустить сигнал через антенны на крыше. Но лучше сделать это, пока не стемнело…
Оливер, сверкая глазами, принялся нервно приплясывать на месте:
— Ну так вперёд!
— Остынь, месье салат, — отрезал начальник охраны. — Эта хреновина упала на той стороне каньона, и так просто вы до неё не доберётесь. До перешейка несколько километров.
— На вездеходе слетаю туда и обратно, — глаза Софи горели не азартом, а лихорадочной, отчаянно решимостью сбежать хоть куда-нибудь из этих коридоров. — Одной будет даже проще. Быстрее. Справлюсь.
Она готова была сорваться куда глаза глядят — и я её отлично понимала.
— Ишь ты, какие нынче девчонки боевые. — Василий хлопнул ладонью по столу и поднялся. — Кому-то надо остаться и присмотреть за нашими академиками. Оливер, ты с ними или со мной? — повернулся он к притихшему Оливеру.
— А у меня даже водительских прав нет, — пробормотал тот.
Сделав неуловимое движение, Софи защёлкнула кистевой узел, и сообщение об ошибке на деке пропало. Запястье вновь было подвижно, механизм отзывался, как и раньше. Я не верила своим глазам.
— Одного сплава мало, — сказала Софи. — Важна полная герметичность движущихся узлов, но в моделях с уклоном в нестандартные апгрейды с этим часто плохо. Надо будет потом перебрать всю руку для профилактики…
— Ты говорила, что не специалист, — удивилась я. — А понимаешь в этом деле побольше моего.
— Я изучала вопрос, — улыбнулась она. — Ты же знаешь, подростки — это подростки даже в небедных семьях, но я решила разобраться в вопросе, прежде чем себя калечить. И пришла к выводу, что