Кассандра Клэр - Город священного огня (др. перевод) (ЛП)

— Если ты говоришь людям, что они должны остаться в стороне от войны Сумеречных Охотников, тогда ты лжец. Себастьян не остановится на нефилимах. Если он уничтожит их, мы будем следующие.

— Его не интересует нежить.

— Он только что разнес Претор Люпус! — закричала Майя. — Его интересуют разрушения. Он хочет всех нас убить.

— Нет, если мы не присоединимся к Охотникам!

— Это ложь, — сказала Майя. Она увидела, как Бэт закрыл рукой глаза, а потом что-то сильно ударило ее в плечо, отбрасывая ее назад. От неожиданности она споткнулась, и смогла удержаться, только схватившись за край стола.

— Руфус! — прорычал Бэт, и Майя поняла, что это Руфус ударил ее в плечо. Она сжала челюсть, не желая доставлять ему удовольствия, показывая боль на своем лице.

Руфус стоял, улыбаясь, посреди вдруг остолбеневшей группы оборотней. Когда Бэт подался вперед, в группе начали шептаться. Руфус был огромным, он возвышался даже над Бэтом, его плечи мощные и широкие.

— Руфус, — сказал Бэт. — Здесь я предводитель, в отсутствии Гэрровэя. Ты был здесь гостем, но не частью нашей стаи. Пришло время тебе убираться.

Руфус прищурил глаза.

— Ты вышвыриваешь меня? Зная о том, что мне некуда пойти?

— Уверен, ты что-нибудь найдешь, — сказал Бэт, начиная отворачиваться.

— Я делаю тебе вызов, — сказал Руфус. — Бэт Веласкес. Я бросаю тебе вызов в борьбе за предводительство в Нью-Йоркском клане.

— Нет! — воскликнула Майя в ужасе, но Бэт уже распрямил свои плечи. Его взгляд встретился со взглядом Руфуса, от напряжения между двумя оборотнями в воздухе, словно, било током.

— Я принимаю твой вызов, — сказал Бэт. — Завтра ночью, на Проспект Парк. Встретимся там.

Он развернулся на пятках и вышел из участка. Через мгновение Майя бросилась за ним.

Как только она дошла до лестницы, холодный воздух ударил ей в лицо. Ледяной ветер кружил по Бэкстер Стрит, пробираясь ей под жакет. Она сбежала вниз по ступенькам, плечо ее болело. Бэт едва успел дойти до угла улицы, когда она догнала его, хватая за руку и разворачивая к себе лицом.

Она понимала, что люди на улице смотрят на них, и на мгновение ей захотелось обладать волшебными рунами Охотников. Бэт посмотрел на нее. В его глазах была злость, и его синевато-серый шрам выделялся на его щеке.

— Ты ненормальный? — спросила она. — Как ты мог принять вызов Руфуса? Он огромный.

— Ты знаешь правила, Майя, — сказал Бэт. — Я обязан принять вызов.

— Только если это кто-то из твоей стаи! Ты мог его отвергнуть.

— И потерять уважение всей стаи, — сказал Бэт. — Они больше никогда не захотят следовать моим указаниям.

— Он убьет тебя, — сказала Майя, и ей было интересно, слышал ли он, что она пыталась сказать между строк: что на ее глазах только что умер Джордан, и она не думала, что сможет вынести это снова.

— Может, и нет, — он вытащил из кармана что-то звякающее и зажал в ее руке. Спустя мгновение она поняла, что это было. Ключи Джордана.

— Его грузовик припаркован за углом, — сказал Бэт. — Возьми его и уезжай. Держись подальше от участка, пока все не решится. Я не доверяю Руфусу, когда он рядом с тобой.

— Пойдем со мной, — умоляла Майя. — Ты никогда особо не хотел быть предводителем стаи. Мы могли бы просто уехать до тех пор, пока не вернется Люк и все не решит…

— Майя, — он взялся за ее запястье, его пальцы нежно обвили ее ладошку. — Ждать, пока вернется Люк, это как раз то, чего ждет от нас Руфус. Если мы уедем, значит, бросим на него стаю. И ты знаешь, что он выберет делать или не делать. Он позволит Себастьяну расправиться с Охотниками, даже не пошевелив пальцем, и к тому времени, когда Себастьян решит вернуться и сбросить нас, словно пешек с шахматной доски, для всех уже будет слишком поздно.

Майя посмотрела вниз на его пальцы, нежно прикасающиеся к его коже.

— Ты знаешь, — сказал он. — Я помню, когда ты мне сказала, что тебе нужно больше свободы. Что тебе не нужны были серьезные отношения. И я послушал тебя. Дал тебе свободу. Я даже стал встречаться с той девушкой, ведьмой, как же ее звали…

— Ева, — помогла Майя.

— Точно. Ева. — Бэт удивился, что она помнила. — Но ничего не получилось, опять же, может, я дал тебе слишком много свободы. Может, мне надо было рассказать тебе, что я чувствовал на самом деле. Может…

Она посмотрела вверх на него, пораженная и в недоумении, и увидела, как поменялось выражение его лица, глаза широко раскрыты, отчего веки его скрывали некую уязвимость.

— Не обращай внимания, — сказал он. — Несправедливо вываливать это все на тебя сейчас. — Он отпустил ее руку и отступил назад. — Возьми грузовик, — сказал он, отходя от нее, смешиваясь с толпой, направляясь к Канал Стрит. — Уезжай из города. И присматривай за собой. Вместо меня.

Джейс положил свое стило на подлокотник дивана и провел пальцем по иратце, которое он нарисовал на руке Клэри. Серебряный браслет мерцал на его запястье. Клэри не помнила момент, когда он поднял упавший браслет Себастьяна и надел на себя. Она не спросила его, почему он это сделал.

— Ну как?

— Лучше. Спасибо, — джинсы Клэри были подвернуты до колен, и она могла наблюдать, как медленно исчезают синяки на ногах. Они были в комнате Гарда. Клэри подумала, что это было своеобразное место для встреч. Здесь было несколько столов и длинный кожаный диван, стоящий напротив камина, в котором горел огонь. На одной из стен были полки с книгами. Комнату освещал свет огня в камине. В окне был виден Аликанте и башни демонов.

— Хей, — светло-золотистые глаза Джейса вглядывались в лицо Клэри. — Ты в порядке?

«Да», хотела ответить она, но ответ застрял в горле. Физически она была в порядке. Руны исцелили ее синяки. Она была в порядке, и Джейс тоже — пьяный Саймон спал все это время и все еще спит в другой комнате Гарда.

Джослин и Люку отправили сообщение. Ужин, на котором они были, был устроен в целях безопасности, объяснила Джиа, но они узнают обо всем, когда выйдут оттуда. Клэри хотела увидеть их снова. Мир под ее ногами казался шатким. Себастьян ушел, по крайней мере, на некоторое время, но она все равно чувствовала себя раздавленной, злой, грустной и жаждала мести.

Прежде чем покинуть дом Аматис, стражи позволили ей собрать вещи: сменную одежду, инструменты, стило, принадлежности для рисования и оружие. Часть ее отчаянно хотела переодеться, чтобы избавиться от прикосновений Себастьяна к ткани, но больше всего ей не хотелось покидать комнату, не хотелось оставаться наедине со своими воспоминаниями и мыслями.