Юрий Леляков - Битва во времени
— Так ведь… чтобы вернуться сюда… надо родиться тут заново? — воспользовавшись паузой, неуверенно спросил ещё чей-то голос. — И… как же это?
— Да, родиться здесь — и снова пройти весь человеческий путь, с самого рождения, — подтвердил Герм. — И если бы вы, взрослые, знали об этом — наверняка устроили бы жизнь здесь по-иному, не так ли? Но большинство из вас не помнит себя в иной жизни, лишь у некоторых бывают смутные проблески — и сама иная жизнь как бы представляет для вас что-то нереальное? И вы хотите быть для детей теми, кем, но вашим представлениям, те же высшие существа являются для вас самих? И не думайте, что нам неизвестно, как это бывает на практике… Какие правила поведения вы ввели для детей — и как выглядит это в практической жизни…
В этом месте Герм, как и было условлено, вновь сделал короткую, но многозначительную паузу — и Джантар ощутил возросшее напряжение. Ведь он знал, что должно произойти дальше — но не был уверен, правильно ли это решили, хорошо ли всё продумали…
— Но вот что мы нашли в одном из полицейских автомобилей, брошенных на дороге… — как и было предусмотрено, раздался над толпой через мегафон уже голос Донота.
— Смотрите! Это он! — не давая ему говорить, вдруг раздались голоса в толпе. — Он был там!.. Мы его видели!..
— Что там? — встревожилась Фиар. — Неужели…
Да, точно… Сразу поняв и осторожно приблизившись к окну, Джантар увидел искристо светящийся в предрассветных сумерках контур руки Донота, искажённый неровностями стекла. Увы, Донот не всегда мог контролировать свою способность…
— Да, это я, — не смутился Донот. — Однако прислушайтесь к тому, что я вам скажу. Правда, не знаю, многие ли из вас хорошо представляют себе какой-нибудь древний кодекс законов — хотя бы Риомы Первого — но представьте что-то подобное этому кодексу, отпечатанное на современном компьютерном принтере! И с указанием ввести это в действие уже с завтрашнего дня — если бы не случилось то, что случилось! Ввести в действие — здесь, в Элбинии, согласно вашей вере и вашим обычаям! Вот что мы нашли…
Вздох ужаса прокатился над толпой. Да, такого никто не ждал — даже здесь, даже сейчас…
— И вы, уверенные, что современное общество бездуховно, могли сами испытать на себе духовный уровень прошлых веков — когда по приговору суда, состоящего тоже не из богов, а из самых обыкновенных людей, человек мог лишиться совершенно здоровой руки, ноги, ребра, какого-то внутреннего органа — и никого не интересовало бы, как ему жить дальше! Потому что властям Элбинии и тем силам зла, которые стояли за ними, нужен был даже не раскаявшийся грешник — а именно униженная и измученная болью жертва, которой уже никаким раскаянием не вернуть утраченную часть тела — и чья ужасная судьба должна служить неким назиданием всем вам! И тут уже имелись в виду не только дети — это относилось бы и к вам, взрослым! Так собиралась решать ваши судьбы та власть, которой вы до сих пор служили!
«До сих пор… А дальше?» — почему-то вдруг подумал Джантар.
— И это уже страшно, не так ли? — продолжал Донот. — А как выдумаете — детям в этих колодках не было страшно? Кстати, мы сами ещё не знаем назначения некоторых орудий…
— Ну, так разве же мы — звери… — неуверенно возразил кто-то.
— Да, вы не звери, вы только поддерживали в обществе порядок и воспитывали своих детей, — ответил Донот. — Пользуясь их временной слабостью — и не думая ни о вашем собственном будущем, ни о том, что им тоже когда-то придётся быть самостоятельней людьми. Воспитывали так, будто ваша вера позволяет вам всё, даёт какие-то исключительные права на них… Люди, что с вами стало? Как вас можно было довести до такого?
Толпа на площади снова ответила молчанием. Да, тут явно ответить было некому и нечего. И Джантар вдруг почувствовал — как там люди искоса, чуть обернувшись, недоуменно оглядывались друг на друга, словно ища ответа. Который, похоже, не мог дать никто из них…
— А теперь вас, взрослых, осталось совсем мало, — наконец продолжил Донот, — и тем, кого вы не считали за полноценных людей, пока они не достигнут совершеннолетия, придётся вместе с вами браться за возрождение города на равных, начиная уже с этого момента. У нас — общая трагедия, силы и знания любого человека представляют теперь особую ценность — так что давайте не изображать грозных владык, как было до сих пор, а включаться в дело как равные. Тем более, мы ещё не знаем истинных масштабов случившегося, — напомнил Донот очень вовремя (Джантар вновь смутно ощутил наметившееся в толпе волнение). — Не знаем, что сейчас происходит в других городах, в других странах… А здесь, в Тисаюме — остановлены электростанции, промышленность, транспорт, на полях в окрестностях города остался почти созревший, но неубранный урожай, а во всевозможных секретных хранилищах, разбросанных едва ли не по всему округу — химическое и бактериальное оружие самых разных видов, которое надо как-то обезвредить… И вдобавок — множество трупов, также грозящих стать источником эпидемий… И все эти практические вопросы надо решать немедленно. А мы, я ещё раз повторяю, даже не знаем подлинных масштабов происшедшей трагедии. Не знаем, где и много ли ещё погибло людей, насколько разрушена политическая, экономическая и информационная система страны — если даже не всего нашего человечества…
— Так вы же говорили, всё это — в одном нашем городе! — буквально взвыл голос из толпы. — А что теперь?
«Ошибка! — Джантара тряхнуло внезапным ознобом. — Как не подумали сразу?»
Правда — как могли допустить столь дурацкий, нелепый просчёт? Подумав обо всём — кроме того, чтобы… сразу заявить о его, Джантара, видениях из других городов!..
— Мы так не говорили, — не смутился Донот. — Мы видели, что и в некоторых других городах происходило подобное… Да и разве вы сами не слышали радиопередач из Алаофы? Или… кто и как донёс до вас весть о конце мира?
Толпа снова замерла — уже в недоумении. И Джантар явственно ощутил: её настроение изменилось. Да, теперь уже точно что-то пошло не так…
— Вот именно — и вы сами даже не подумали заинтересоваться, что происходит в других частях планеты! — не замечая этого, продолжал Донот. — Вместо того, чтобы включить радиоприёмники, вы все побежали каяться! И это — когда, возможно, именно ваши усилия были нужны, чтобы действительно спасти этот мир!
— А зачем? — раздался в ответ туповато-недоумевающий голос. — Если где-то есть другой, лучший мир — зачем мучиться здесь, зачем что-то тут спасать?
— А вы полагаете себя вправе принять решение, что в этом мире человечество больше не нужно, и спасать его незачем? — твёрдо ответил Донот. — И — что ни вам, ни кому-то другому больше уже не понадобится человеческое тело этого мира? То есть — можно без особых последствий разомкнуть взаимосвязь миров, существовавшую миллионы лет?