Дитя охоты - Кристофер Голден

— Ксандр, у нас тут полно глаз. А твои родители уже небось гадают, не надо ли звонить девять-один-один.

Он грустно улыбнулся:

— Нет, Баффи, они не волнуются.

— Ксандр, мне будет спокойнее, если ты проверишь машину Корделии, — сказал Джайлс. — Кто знает, где могут прятаться эти создания. Они явно побывали в моей машине и вполне могут оказаться в ее тоже.

— Фи! — состроила гримасу Корделия. 

— О’кей, — согласился Ксандр и еще раз посмотрел на Баффи. — Когда мы найдем этих мелких чудищ, я лично истреблю их всех до единого.

— Я знаю, — улыбнулась ему Баффи. 

Корделия выглянула из-за спины Ксандра и обратилась к Баффи:

—Хочешь знать, как скрыть эти царапины и синяки? Ключевое слово — тон. Только клади тонкими слоями, давай каждому высохнуть и потом накладывай следующий. Нельзя просто так наляпать — потому-то ты через раз и ходишь вся в хлопьях.

Она благожелательно улыбнулась и вышла, ведя в кильватере Ксандра.

Баффи вздохнула:

А через другой раз хожу вся в крови.

 — Итак, мне кажется, мы имеем дело с темными эльфами, — сказал Джайлс, уходя в кабинет. — У меня тут должны быть справочники. — Было слышно, как он выдвигает книги. — Что-то их здесь очень много.

— Как это меня удивляет, — вздохнула Баффи и про себя добавила: «Надо было, наверное, ехать домой».

— Баффи, Ангел, хотите чаю?

— Конечно, — ответила Баффи. — Если вы угощаете. — Я завариваю. — Он высунулся из кабинета, будто прикидывая, насколько должно распространяться его гостеприимство, и спросил: — Ангел?

— Нет, спасибо, — ответил Ангел, садясь в кресло рядом с Баффи.

Баффи лихорадочно пыталась осмыслить то, что произошло, найти связи. Она была уверена: все, что случилось за последнее время в Саннидейле, — звенья одной цепи. Малыш Тимми Стагнатовски — его родители только думали, что он сбежал. Но эта девушка, Конни, и сын Джейми Андерсона — эти действительно сбежали. И мальчик на Ярмарке Ренессанса, Роланд.

— Вы знаете этого мальчика, Роланда? С Ярмарки Ренессанса? — спросила Баффи. — Нет, вы его не знаете. Он беглец, Джайлс. Я в этом не сомневаюсь. — Она задумалась на минуту и взяла в руки медальон. — Как и эта Конни.

Поляна в лесу:

Общий сбор, и Охотники слетелись. Дрожали в лунном свете силуэты, ища форму, и темные эльфы кишели вокруг, хихикая и резвясь. Туманом клубилось дыхание Охотников, тяжелые вздохи гончих и жеребцов сгущались дымом.

Затрубил призрачный рог.

И залаяли псы.

Полубезумный, усталый и одинокий, Шок скорчился за валуном, а вокруг кувыркались противные мелкие создания. Следуя за криками Золотинки, Шок добрался сюда — его подбросил водитель грузовика, едущего по дороге в Лос-Анджелес.

То, что он до сих пор слышал ее крики, его озадачивало и пугало. Найти ее он нигде не мог.

За скалой захихикали миниатюрные чудовища.

Шок, стараясь делать это как можно бесшумнее, пополз прочь. Одному ему не справиться.

Пришла пора вернуться домой.

Через несколько часов, забив свои головы сведениями о маленьком народце и темных эльфах, которые все равно никак не вязались с происходящим, Ангел и Баффи распрощались с Джайлсом. Библиотекарь, связываясь по телефону с Кураторами по всему свету, посмотрел на них, пожалуй, слишком внимательно, потом качнул головой и произнес:

— Спокойной ночи.

Баффи прекрасно знала, что это Ангел свернул шею Дженни Кэлендар, но именно Джайлс чаще всего защищал Ангела от нападок Ксандра, напоминая ему, что Ангел сейчас Ангел, а не Анжелюс. И потому ей было неприятно, когда Джайлс давал понять, что не рад видеть ее наедине с Ангелом. Он же знал, что они нс могут больше... быть вместе. Они пытались это принять. Ведь не думает же Джайлс, что они снова рискнут душой Ангела ради момента самозабвенной страсти?

У входной двери Ангел остановился, и Баффи сказала:

— Мамы нет дома. Зайдешь?

Ангел медленно покачал головой:

— Не очень удачная мысль. — Он показал на ее раны. — Тебе надо отмокнуть в горячей ванне и принять аспирин. Завтра все будет болеть.

— А то у тебя не будет, — огрызнулась она дружелюбно.

— Может быть, чуточку.

И он поцеловал ее — слегка. Не поцелуем влюбленного. Но и не просто дружеским поцелуем. И это было хорошо, поскольку Баффи считала, что им пора изобрести новый вид отношений. Никакие прежние им не годились.

И все же, стоя под звездами, покрытая ранами и порезами после драки, она не сдержалась — обвила его шею руками и поцеловала, как целовала когда-то. И уже в этот момент ей подумалось: «Господи, какая же я дура!»

Ангел первым овладел собой и мягко отстранился. Потом повернулся и ушел в ночь.

На следующее утро, настолько рано, насколько позволяли приличия, Джайлс и Джейми Андерсон подъехали к дому Лиз де Марко. На улицах этого района вдоль тротуаров стояли поломанные машины и переполненные мусорные баки. В каком-то доме из сгнивших бревен семья устроила дворовую распродажу. У края тротуара стояла коробка с надписью:

«НОШЕНЫЕ БОТИНКИ. 25 ЦЕНТОВ». В ней с энтузиазмом копались две крупные женщины.

У комбинации магазинчика с заправочной станцией Джайлс и Андерсон свернули влево и проехали еще два квартала.

Андерсон подъехал к тротуару, остановился и сказал Джайлсу:

— Запереть не забудьте.

Квартирка была маленькая и мрачная, наполненная запахом бензинового перегара и моторного масла. На телевизоре стояла статуэтка Девы Марии с распростертыми руками, а на стене короткого темного коридора висело распятие.

Джайлс подумал, сохранила ли бы свою веру Лиз де Марко, расскажи он ей, что ему приходилось видеть и делать. Может быть, эта вера даже укрепилась бы. Но сегодня был явно неподходящий день для таких экспериментов.

— Арчи? — неуверенно позвала она, когда Джайлс улыбнулся в потертое стекло двери, и пригласила его зайти. Он предварительно позвонил. Она произнесла: «О Боже мой» и попросила приехать сразу же. И объяснила, что собиралась к мессе, но останется дома и подождет его и того обязательного офицера полиции, который ей перезвонил в ответ на ее звонок. Он обещал перевернуть небо и землю, чтобы найти Конни.

Маленькая прихожая была усеяна листовками приюта, коробками и стопками поношенной одежды. На диване лежали бакалейные пакеты. Хозяйка, вспыхнув, подхватила один и стала смотреть, куда бы ткнуть его в этой захламленной комнате.

— Садитесь, прошу вас, — сказала она, оглядываясь через плечо. — Мой муж... он так на нее