Плотоядный: Вожделение плоти - А.К. Хёртс

Когда дверь открывается, я с облегчением смотрю вверх. Наконец-то! Этот друг Норберта, который показал мне комнату - как там его зовут? - стоит в дверях.

- Извини, что у меня только сейчас нашлось для тебя время. День был очень напряженный. Пойдешь наверх?

Наверх - это хорошо. Я рада, что не придется все время сидеть в этой комнате. С трудом встаю с кровати, обхватываю живот.

- Все нормально? - oн смотрит на меня испытующе.

- Да-да. Я просто так растолстела, что хожу вперевалку, как утка, - шучу я.

Этот тип не внушает мне доверия. В конце концов, это он меня здесь запер. Разве так надо было? Спросить его об этом? Он берет меня под руку.

- Погоди, я помогу. Меня зовут Виктор.

Ах да, Виктор. Кажется, я уже слышала это имя. Мило, что он представился.

- Ханна, - называю я свое имя, на случай, если он его не знает.

Но он улыбается.

- Я знаю.

Мы идем по коридору, который довольно жуткий, потому что темный. Я почти ничего не вижу. Здесь что, нет света? Поскольку Виктор ведет меня, найти дорогу не проблема. Мы поднимаемся по ступеням, что меня успокаивает. Внезапно мы попадаем во внушительный вестибюль, залитый светом, с натертыми паркетными полами. Мозаика прекрасна и изображает розу ветров. Прежде чем я успеваю все рассмотреть, Виктор ведет меня по другой лестнице наверх.

- Куда мы идем? - осмеливаюсь спросить.

- В мою спальню, - отвечает он, будто это самое обычное дело.

Что? Почему? Я удивленно останавливаюсь, но он энергично тянет меня за руку.

- Иди дальше, если хочешь, чтобы было удобно. В крайнем случае, я выебу тебя прямо здесь, на перилах, стоя, - шипит он мне в ухо сзади.

В голове шумит, будто кто-то сильно ударил меня по уху. Он правда это сказал? Я совершенно ошеломлена. Где Норберт? Он тянет меня дальше, прежде чем я успеваю что-то сделать или сказать. И действительно, мы попадаем в большую спальню с огромной кроватью, застеленной белым бельем.

- Раздевайся и ложись на тот бок, который тебе удобен, - приказывает он и начинает раздеваться сам.

Я вдруг начинаю сильно дрожать, и мне хочется выть. Против этого мужчины я физически не выстою, к тому же боюсь за ребенка. Что, если он ударит меня в живот? Я слышала, что от этого можно потерять ребенка.

- Норберт знает... - начинаю я вопрос, который тут же обрывается.

- Он мне это прямо разрешил. Теперь делай, что я говорю!

Мой мозг еще ищет выход, пока тело подчиняется. Несмотря на беременность, у меня часто был секс с Норбертом, но этот мужчина мне совершенно чужой. Я не шлюха, даже если жена Норберта и этот тип здесь явно считают меня таковой.

- Вот умница, - говорит он, гладит меня по руке и обходит кровать.

Мое сердце колотится так громко, что я почти не слышу других звуков. Матрас прогибается позади меня. Чужое теплое тело прижимается к моему. Мужчина вздыхает мне в ухо, будто с его души свалилась тяжелая ноша. Его рука обвивает мой живот. Широко растопыренными пальцами он пытается обхватить как можно больше. Я с тревогой жду, что он станет навязчивым, что его рука скользнет между моих ног, а может, и сразу его член. Норберт не любитель прелюдий. В последний раз наша близость не длилась и десяти минут, и я всегда оставалась неудовлетворенной после того, как он меня "осеменял", как он это называл.

Я закрываю глаза, немного расслабляюсь. Хотя этот Виктор говорил о сексе грубо, он, кажется, нежен. Его рука все еще гладит мой живот, пока он убирает волосы в сторону и с поцелуями дышит мне в затылок. Мне стоит труда не хихикнуть, потому что там я очень чувствительна.

- Ты красивая, Ханна, - шепчет он мне в ухо.

Вторая рука скользит под меня. Его ладонь накрывает мою набухшую грудь, слегка сжимает. Большой палец гладит сосок, который уже затвердел до его прикосновения. Мой страх постепенно улетучивается. Виктор, похоже, гурман. Он не нацелен на быстрый перепих, он действительно хочет ласкать. Своим шершавым теплым языком он дразнит и щекочет меня в затылке, пока его руки балуют места, которые слишком долго не получали внимания. Я таю под его ласками, даже мурлычу от удовольствия, как вдруг осознаю это. Испуганно напрягаю мышцы, что он, конечно, замечает.

- Расслабься, Ханна, - шепчет он мне в ухо. - Я буду тебя баловать, если позволишь.

Мое тело трепещет от его слов и рук. Влажность собирается между ног. Гормоны совершенно сбили меня с толку, и Виктор как раз дает мне последний толчок, чтобы покинуть земную орбиту. Каждый звук, который он выдыхает мне в ухо, проникает прямо в низ живота и заставляет мои соки течь. Как раз когда я думаю, что хотела бы прикоснуться к себе там, его теплая рука внезапно ложится на мою промежность. Я задерживаю дыхание. Он что, читает мысли? Что он будет делать?

- Пожалуйста, осторожнее. Ребенок, - выдавливаю я и тут же прикусываю язык, потому что чуть не кричу от удовольствия.

Пальцы Виктора выбивают мягкий ритм на моем клиторе. Я боюсь, что я открыта, как амбарные ворота, - настолько широко, влажно и липко.

О, Боже, да! Это то самое место, именно там! Я всхлипываю, не могу сдержаться, слышу его тихий смех.

- Я знаю, моя маленькая. Тебе это нужно больше, чем ты думаешь. Потерпи немного. Я сейчас буду в тебе.

Его слова возбуждают меня еще сильнее. То, что его пальцы исчезли, я едва выношу. Он что-то во мне включил, и теперь, когда он ушел, это что-то кричит по нему, хочет его обратно. Я слышу, как он сплевывает, и тут же его рука скользит в мою щель, один палец размазывает что-то влажное по моему анусу.

- Не туда! - хочу закричать я, но остаюсь немой.

Что-то давит на мое анальное отверстие, настойчиво требует входа. От разочарования мне хочется плакать. Анал никогда не доставлял мне удовольствия. Почему он не берет мою "киску"? Она жаждет