Формула любви. Руководство к обретению себя и внутреннему преображению - Сергей Николаевич Лазарев
Эта женщина ходит только в черных одеждах, у нее жесткий низкий голос, она говорит, как приказывает. Она мне говорила, что у нее сильная энергетика, как она захочет, так всегда и случается — стоит только ей о чем-то подумать.
Я понимаю, что я своим внутренним состоянием это притягиваю, и боюсь, что, если поменяю работу, история может повториться. Я не знаю, что делать.
Вы говорили, что я сама вампир, раз притягиваю к себе таких. Но я уже всяко-разно пытаюсь меняться. Я сама работаю, ни на кого не надеюсь, сама плачу кредит, делаю всем подарки, мне приятнее дарить, чем получать, мне нравится заботиться о ком-то. Я ни от кого ничего не жду, все делаю сама, я не желаю никому зла и стараюсь не думать ни о ком плохо.
Я понять не могу, почему я притягиваю к себе таких женщин. Может, это знак, что я должна поменять работу? Я уже все перечитала, все ваши видео пересмотрела на эту тему, и ничего не помогает.
Еще раз благодарю за все, что Вы для нас сделали! Ваша информация бесценна!
Я ей позвонил и сразу перешел к сути:
— Вокруг вас постоянно оказываются женщины с сильной волей. И дело не в их магических способностях, дело в избытке внутренней энергии, которую они тратят не на любовь, а на власть над другими.
Но подобное лечится подобным. Если вы, скажем, в прошлой жизни занимались колдовством, то в этой жизни найдется колдун, который растопчет вас. Законы кармы неумолимы: все содеянное возвращается. Значит, в вашей душе тоже живет страсть к контролю и управлению другими людьми.
— У меня такая мама, она учительница, — сказала женщина. — Она очень властная и всегда подавляла нас с сестрой.
— Именно об этом я и говорю. Если тема повышенного контроля идет по роду, то подсознательно эта тема присутствует и у вас. И окружающие реагирует на эту скрытую программу, даже если внешне вы кажетесь мягким человеком.
— Вы правы, — вздохнула она. — Я всегда давила саму себя. Как Вы и говорили: гордыня заставляет человека подавлять либо окружающих, либо себя. Сестра пошла в мать, а я выбрала саморазрушение.
— Если родственники пытаются управлять другими, то тот, кто в такой семье начинает давить себя, а не окружающих, делает первый шаг к спасению. Это способ остановить опасную родовую тенденцию.
Но самоподавление — лишь промежуточный этап. Нужно выходить на более высокий уровень: трансформировать эти чувства в устремление к Богу. Чтобы победить деструктивные эмоции, нужно иметь правильную цель, потому что именно цель формирует наши чувства. Значит, нужно ощутить, что любовь к Богу — это и есть высшее счастье.
В этот момент женщину отвлекли дети. Я был поражен тем, с какой жесткостью она отдавала им распоряжения.
— Обратите внимание на вашу интонацию, — заметил я, когда она вернулась к разговору. — В ней звучит абсолютная непререкаемость. Ваши команды должны опираться не на страх наказания или унижения, а на желание помочь ребенку разобраться в ситуации и получить новые знания.
Дети подсознательно ищут настоящего учителя. А истинный учитель входит в класс как друг. Внутренне он ощущает себя равным ученикам. Его цель — не подчинить, а помочь им развиваться и добиваться успеха, делясь информацией. Когда учитель выбирает именно такую позицию, то контакт и взаимопонимание с детьми возникают очень быстро.
При этом внешнее равенство недопустимо — оно останавливает развитие. Вы должны совмещать две роли: быть другом, готовым помочь, и в то же время руководителем, требующим соблюдения правил. Свобода без ответственности и дисциплины неизбежно ведет к нравственному разложению.
— Но дети здесь очень сложные, — возразила она. — Стоит дать слабину, они мгновенно это чувствуют и начинают хулиганить. Поэтому иногда приходится включать «стальной» голос. Хотя по натуре я человек очень мягкий и добрый.
— И все же вам дают работу, которая провоцирует на подавление и управление. Зачем? Чтобы вы закрыли эту опасную программу. Вы пошли в правильном направлении, но его нужно закрепить внутренне.
— Да, я это чувствую, — согласилась женщина. — И понимаю, что должна быть именно здесь. Работая с этими детьми, я хотя бы выработала характер. Раньше я была слишком мягкотелой. Даже считала, что заставлять детей что-то делать — это почти насилие.
— Когда вы начали читать мои книги? — поинтересовался я.
— Почти с самого начала, с девяносто четвертого года.
— Если бы не эта информация, — заметил я, — вы бы либо окончательно превратились в бесхарактерного человека, либо стали бы копировать мать и сестру. В обоих случаях вы бы за- работали тяжелое заболевание и расстались с жизнью.
— Так я и заработала тяжелую болезнь! — воскликнула она. — Я благодарю судьбу за ваши книги, я ведь уже смотрела смерти в глаза. Эта информация буквально спасла мне жизнь.
— Тогда ответьте себе на вопрос: почему именно у вас в семье мягкий характер и почему вам дают работу, связанную с контролем? Ответ прост: вероятно, именно вы когда-то первой начали подавлять других, и теперь вы первой должны сойти с этого пути. Очень часто дети, несущие в себе опасные родовые программы, интуитивно уходят в противоположное состояние, чтобы просто выжить. Один становится глуповатым, другой — чересчур мягким и ведомым, третий физически не способен на обиду.
Вы должны научиться быть с детьми добродушной и спокойной, но так, чтобы ваши указания исполнялись безукоризненно. Это возможно, только если вы управляете не через страх, а через правильную мотивацию. Ставьте перед детьми цели, объясняйте шаги к их достижению и помогайте детям двигаться вперед.
— Но я почти всегда нахожу с детьми общий язык! — возразила она. — Конфликт возникает только тогда, когда я сталкиваюсь с теми негативными женщинами…
— То, что вы ладите с детьми, еще не показатель вашего внутреннего благополучия. В какой-то степени — да. Но это не означает, что вы закрыли свои проблемы. Это означает, что вы научились подчинять других себе, но для чего вы их подчиняете, вы не знаете. В основе ваших действий все равно лежит приоритет власти, а не любви. И чем лучше у вас получается управление детьми, тем больше вы концентрируетесь не на любви, а