Сеньорита - Мария Пашеку Фернандес

В сензале рабов стоял переполох — у Сеньориты начались роды. Негритянки образовали вокруг роженицы круг и начали петь, так они обычно поступали, когда у кого-нибудь из них начинались роды. Мужчины сидели в стороне и ждали, потому что они ничем не могли помочь.

Сеньорите было очень плохо, ей не хватало воздуха, а боли становились все сильнее. При каждой новой схватке дочь барона вскрикивала все громче и громче. Донна Кандида и Виржиния, помогавшие ей произвести на свет ребенка, всячески подбадривали Сеньориту.

Родолфо был очень обеспокоен происходящим.

— Вот уж никогда не думал, что мой ребенок родится в таких страшных условиях, — сказал Родолфо Рафаэлу. Рафаэл успокоил его, при этом искренне расхохотавшись:

— Да я сам родился в такой же обстановке. И в этих же условиях на свет появились и Себастьян, и Фулженсио, и многие другие рабы. Тысячи детей родились у рабынь именно в таких чудовищных условиях.

В это же время сидевшие в стороне Фулженсио, Тобиас и другие негры обсуждали план убийства барона.

— Мы должны это сделать, братья! Он, наверное, придет взглянуть на внука! Или же явится сюда, чтобы снова избить или Рафаэла, или Себастьяна. Вот тут-то и надо будет его порешить! .

— Да против такой силы, как мы, барон и его люди — ничто, даже пусть и с оружием в руках! — решительно сказал Фулженсио.

— Смотри, Родолфо, мальчик! — Счастливая молодая мать радостно улыбалась мужу, показывая ему новорожденного. Родолфо опустился на колени перед ее постелью из соломы и поцеловал жену в лоб. Сеньорита, обессиленная, вскоре заснула. А старый Жусто тем временем решил открыть барону, кто истинные виновники исчезновения сокровища.

— Это мы украли золото, сеньор барон: Бальбина и я!

Бальбина с блуждающей улыбкой подтвердила его слова.

Барон был настолько поражен его словами, что какое- то время не мог вымолвить ни слова. Затем он закричал как безумный:

— Скажи, где сейчас мое золото? Скажи мне это, прежде чем я прикажу вас с Бальбиной публично высечь!

Угроза, казалось, совершенно не подействовала на старого негра.

— Тише, сеньор барон, тише! Мы закопали ваши золотые слитки!

— Закопали? Где, Жусто? Ну, скажи мне наконец!

— А мы и забыли уже, где! — ответила вместо Жусто Бальбина.

— Я помню, что мы выкопали яму... Но я уже не помню, где это было, — добавил Жусто. — А ты не помнили», Бальбина?

— Нет... Да вы должны знать, сеньор барон, что мы оба несколько не в своем уме!

— Да я вас обоих убью! — закричал барон в бешеной злобе, но вдруг он услышал крик младенца. Это плакал ребенок Сеньориты, только что появившись на свет.

Сначала полковник Феррейра решил на это никак не реагировать, догадавшись, что это кричит ребенок его дочери, поскольку он решил навсегда отречься от нее. Однако его в очередной раз охватил страх остаться без наследника, а это значило бы, что он прожил свою жизнь зря. И он направился в сензалу рабов.

С силой распахнув дверь, барон тут же спросил:

— Кто родился — мальчик или девочка?

— Ну родился, положим, ребенок! — С иронией ответила баронесса.

— Нет, я спрашиваю, кто именно этот ребенок — мальчик или девочка? — кричал барон, совершенно потеряв над собой всякий контроль.

— Девочка! — вдруг промолвила слабым голосом Сеньорита. Ей совсем не хотелось, чтобы отец ликовал по поводу появления наследника.

— Девочка? Какой ужас! — закричал барон. — Какие же вы с матерью обе никчемные, так ни одна из вас и не смогла родить сына!

— А ведь ребенок-то родился раньше срока, — добавила донна Кандида. — И конечно же, было бы гораздо лучше, если бы он родился все-таки в вашем доме!

Барон был вне себя от ярости.

— Немедленно скажи отцу, что у нас — мальчик, дорогая, иначе он может всех убить, — тихо прошептал жене Родолфо.

И Сеньорита решила выполнить просьбу мужа:

— Да, да, у меня родился сын, и он просит вас, своего дедушку, сегодня же выпустить всех рабов из сензалы!

Однако это радостное для барона известие совершенно его не смягчило, он теперь интересовался только внуком и попытался вырвать ребенка из рук дочери, так как ему хотелось полностью завладеть внуком.

— Не смейте этого делать! — закричал Родолфо, когда барон попытался приблизиться к Сеньорите. — Иначе я вас убью!

Фулженсио и Тобиас воспользовались растерянностью барона и всеобщим смятением. Они накинулись на барона и его людей, и сразу же отобрали у них оружие.

— Мама, я хочу, чтобы мы все вернулись вместе с сыном в поместье, а отец пускай остается в сензале. Только я не хочу, чтобы его мучили! — сказала Сеньорита донне Кандиде. Она боялась, что рабы, испытывая жгучую ненависть к барону, пойдут на крайние меры. Виржиния уверила Сеньориту, что Рафаэл и Родолфо не допустят зверской расправы над полковником Феррейрой. Донна Кандида заявила рабам, что они все получат свободу, а если барон откажется подписать свидетельства об их освобождении, она и ее дочь подпишут их сами.

— Выпустите меня немедленно отсюда, я вам приказываю! — неистовствовал барон.

Фулженсио было поручено караулить барона. Рабы были уверены, что именно Фулженсио никогда не допустит побега полковника Феррейры, уж слишком сильно он ненавидел барона. Фулженсио сказал барону:

— Я вам не сделаю ничего плохого, но если вы попытаетесь бежать, сеньор барон, я вас убью!

Родолфо Фонтес был горд тем, что у него родился сын. Он рассказывал об этом каждому жителю Араруны. Рождению внука чрезвычайно обрадовался и доктор Фонтес. Он сразу же отметил это знаменательное событие вместе с близкими друзьями в заведении Мануэла Тейшейры.

Рикардо Фонтеса потрясли события, происшедшие в поместье полковника Феррейры, но когда острота этих событий миновала, он снова погрузился в свои супружеские перипетии. Наконец-то Рикардо удалось открыто и доверительно переговорить с отцом, которому он признался, что совершенно не способен сделать Анну счастливой.

— Женившись на Анне, я надеялся, что все-таки смогу создать с ней счастливый союз, однако этого не произошло! — признался он. Отец вполне понимал его. И уже на следующий день Анна и Рикардо вместе со своими отцами наведались к отцу Жозе. Им хотелось получить