Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

— Думаю, нам стоит пройти в мой кабинет и подписать соглашение, — уверенно произнёс Лукас Вейл, указывая рукой в сторону лифта. — Поверьте, с вашей фавориткой мы будем обращаться нормально, пока не получим первые доказательства вашей лояльности.

Таррен даже не обернулся ко мне — ни когда я кричала о протоколе, ни сейчас, спокойно направляясь к лифту.

А всё, что произошло потом, заняло буквально секунду.

Удар, захват — и Таррен почти сразу начал душить вице-президента, оттаскивая его в сторону, используя как щит и удерживая на весу. Судя по его лицу, для дракарра это не представляло никакого труда, тогда как Лукас Вейл тут же начал хрипеть и краснеть, задыхаясь, цепляясь за руку Таррена и суча ногами в воздухе.

— Фран! — рыкнул-приказал Таррен, а после обратился к остальным: — Отпустите её. Мы покидаем это место вместе с вашим недопрезидентом… в качестве гаранта.

Лукас Вейл ничего не сказал, продолжая задыхаться, и мужчина, державший меня, ослабил хватку, позволяя мне выскользнуть. Я подлетела к Таррену, но вместо того, чтобы отправиться с ним куда угодно, схватила рацию и послала Талире «код» из двух обрывающихся звонков, а через три секунды — ещё один.

Выпрямилась неестественно быстро и начала отходить назад, к панели управления. За спиной слышались шум борьбы и кряхтение — похоже, вице-президент всё-таки сумел вырваться из захвата Таррена, а следом раздался звук выстрелов. Один, второй, оба были направлены в Таррена!

— Не стреляйте, она слишком близко! — донёсся крик Лукаса Вейла. — И вынесите Таррена Ардора за пределы города, срочно!

Кто слишком близко?

Я слишком близко… к преобразователю.

Целесте вжала меня в странноватую спиралевидную колонну преобразователя и наконец развернулась, не решаясь двигаться дальше, потому что меня просто застрелят. Я видела Таррена — он лежал на земле, истекая кровью из нескольких ран, и, несмотря на всё, что произошло, моё сердце отчаянно рвалось к нему. Любовь, такая больная и ненормальная, никуда не исчезла после всех его предательств, продолжая существовать одновременно с ненавистью. Он был жив, тяжело дышал, но регенерировал достаточно быстро и не сводил с меня пожирающиих зелёных глаз.

Почему они не пытаются добить Таррена? Чего боятся? Или просто не могут?

Вокруг Лукаса Вейла находился какой-то щит — полупрозрачный, плотный, и, судя по всему, он успел активировать его ещё тогда, когда Таррен держал его за шею, а теперь широкими шагами направлялся ко мне.

Но не успел — Целесте, управлявшая моим телом, одним шагом-прыжком метнулась к панели управления и начала вводить код, после чего я почувствовала ещё три попадания, где-то в районе живота. Я захрипела, хотя сама Целесте боли не испытывала, но удары отбросили меня назад, а то, что произошло следом, оказалось ещё хуже.

Нити вязи, связывающие меня с Артассией, резко натянулись — она была прямо надо мной, над их экраном, чувствуя мою боль.

— Мистер Вейл, её дракон над экраном! — донёсся голос одного из мужчин после звука рации. Этот охранник держал меня на прицеле. — Этот дракон слаб, его будет легко захватить.

«Не трогайте её!» — хотелось мне кричать, но Целесте мне не подчинялась, и, наверное, это было даже к лучшему, потому что я точно выдала бы пол драконицы, а землянам ни в коем случае нельзя было давать такого преимущества. Вместо этого Целесте снова встала перед панелью управления, не обращая внимания ни на мои ранения, ни на кровь, но Лукас Вейл тут же оттащил меня в сторону, подальше и от панели, и от самой колонны преобразователя.

Я понимала, зачем он это делает, и Таррен, судя по его глазам, тоже понимал — он вообще смотрел только на меня.

Его самого они по-прежнему боялись убивать, более того, двое мужчин уже поднимали его с пола, собираясь унести прочь. Целесте несколько раз попыталась атаковать Лукаса Вейла, но всё было безрезультатно — он словно оказался закован в броню, а я сама настолько переживала за Таррена и Арти, что почти не чувствовала боли.

— Фран… — тихо произнёс Таррен, пока его оттаскивали всё дальше.

— Добейте её, — приказал Лукас Вейл своим солдатам.

А потом страшный грохот оглушил нас всех, и помещение неожиданно затопило дневным светом. Скрежет металла резал слух, стены сминались, словно были бумажными, а в башню, служившую домом преобразователю, ворвался прохладный ветер.

Потому что крышу этого сооружения сорвал огромными лапами тот, кто когда-то уничтожил весь этот город. Этарр…

Он прилетел сюда по приказу и сигналу Таррена, проломил экран, защищавший город, и приземлился прямо на энергетический сектор, круша здания, включая основную башню.

— Сожги это место, Этарр! — громко приказал Таррен своему дракону.

Он уже начал подниматься, без особого труда раскидав тех, кто пытался его унести, и сделал шаг ко мне. Судя по всему, его регенерация работала неплохо.

Всё внимание давно переключилось на Этарра, солдаты без остановки стреляли в дракона, но пули не причиняли ему никакого вреда, и в такие моменты становилось понятно, почему никто не пытался всерьёз воевать с драконами. Этарр ответил одним залпом огня, испепелив сразу нескольких солдат, а жар докатился до меня, хотя я находилась значительно ниже. Самого дракона я почти не видела сквозь проломы в крыше и стенах, зато огромные лапы то и дело вырывали очередной пласт металла, окончательно разваливая башню.

Лукас Вейл начал медленно пятиться назад, по-прежнему не отпуская меня, теперь я стала его живым щитом. Никто больше не пытался убить ни меня, ни Таррена — люди в панике пытались спастись, хотя некоторые всё ещё продолжали бессмысленно стрелять в дракона. Этарр же выдохнул вторую струю пламени, и на этот раз она прошла прямо по преобразователю

Колонна покрылась трещинами. Через мгновение они расползлись по всей её поверхности, и она с оглушительным треском начала разваливаться у нас на глазах.

И в ту же секунду в башне погас свет, а вслед за ним электричество исчезло во всём Доминионе.

Вместе с электричеством перестала работать почти вся техника землян, исчез щит Лукаса Вейла и, конечно, рухнула Вуаль, одновременно защищавшая все города Земель Отчуждения и державшая их жителей в клетке.

Таррен подошёл ко мне как раз тогда, когда Этарр выпустил очередную струю огня, хотя в этом уже почти не было необходимости — на нас больше никто не нападал, а в отсеке преобразователя вязи творился самый