Соответствие - Ариэль Салливан

Когда я наконец провалилась в сон, мне ничего не снилось.



Я проснулась от того, что комнату заливал солнечный свет. Вокруг царила абсолютная тишина. Коммуникатор коротко пискнул, и в спальню вошла Нора. На ней было простое кремовое платье, а в руках она держала чашку чая.

— А я как раз шла тебя будить. Как ты?

— В норме. А ты?

— Ужасно, — отозвалась Нора, и на ее лице не было даже намека на привычную грустную улыбку. — А теперь все стало еще хуже, учитывая, что нас вызывают.

— Что значит «вызывают»?

— Приказ касается всей элиты. Сегодня вечером бал. Явка для всех из элиты строго обязательна. Иллумы тоже там будут.

— Разве для них нормально организовывать подобные мероприятия без предупреждения? — спросила я.

— Нет, — мрачно отрезала она. — Безусловно, нет.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ



Не прошло и часа, как я снова очутилась в глянцевой черной клетке, ожидая Скворцов. Чтобы забрать нас с Норой, к дому подали две отдельные капсулы.

— Береги себя, — бросила она мне на прощание, прежде чем скрыться в своей кабине.

По дороге я во все глаза разглядывала поверхность. Пожар уже потушили, но над городом по-прежнему клубились огромные валы дыма. Они заволакивали обзор, стирая границы между секторами и превращая все в сплошное серое марево.

Дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошли Вайолет и Роуз. Лица у обеих были темнее тучи.

— Твой партнер рассказал хоть какие-то подробности о пожаре? — с ходу спросила Вайолет. — Есть данные о погибших? Сеть полностью лежит.

— Городская энергосеть работает бесперебойно, — ответила я. Это было единственное, что Нора успела сообщить мне утром.

— Я говорю о нашей подпольной сети сторонников, а не об общем энергоснабжении иллумов. От Раджеша нет никаких вестей. — Под глазами Вайолет залегли синяки.

— Мой партнер ничего конкретного не сказал. Только то, что иллумы в ярости. Погибшие есть, но точного числа жертв я не знаю.

Вайолет судорожно вздохнула, прижав ладонь к груди.

Роуз крепко перехватила ее за предплечье:

— Вай, это была операция под предводительством самого Жнеца. Он сделал бы все возможное, чтобы защитить своих людей. Раджеш обучен действовать в таких условиях.

От этих слов туман в моей голове мгновенно рассеялся.

— Жнеца там не было.

— Разумеется, он был там, — отрезала Вайолет. — Это же его план.

Я прикусила губу.

— Его там не было. Я была с ним.

Они замолчали, уставившись на меня. Первой опомнилась Роуз: она распахнула дверь в купальню, откуда тут же повалили клубы пара.

— Нам нужно поторопиться.

— Ты была с ним? — недоверчиво переспросила Вайолет. — Он сам тебе открылся?

Я кивнула.

— Этого не может быть, — отмахнулась Вайолет. — Он никогда не стал бы рисковать операцией ради женщины. И уж точно не открыл бы своего лица той, что связана с иллумом. Ты что-то путаешь.

— Я не путаю, — твердо отчеканила я.

— Нет, — упрямо гнула свое Вайолет. — Это его первый успешный удар со времен Последней войны. Он умыл иллумов. Он бы ни за что не остался в тылу.

— Он до сих пор ранен, — выдала я секрет.

Вайолет скрестила руки на груди.

— Он не ранен. Это был всего лишь фарс.

— Нет, не фарс. И вообще, этот его успех куплен ценой жизней невинных людей.

— Неизбежные сопутствующие потери ради великого дела, — бросила Вайолет.

— Сопутствующие потери? — яростно выдохнула я. — Потери?! Они вообще-то люди!

— Ты ведь сама его поддерживаешь.

— Возможно, теперь я не разделяю методы Жнеца, — прямо заявила я. — Возможно, я больше его не уважаю.

Роуз пристально наблюдала за мной, ее тело было напряжено до предела. Разделяла ли она мое мнение?

— Не уважаешь его? Птенчик, он рушит систему. Он возвращает нам власть.

— И какова цена этой власти? Стоит ли она жизни Раджеша? — надавила я на больное. — Стоит ли она жизней тех обладателей дефектов, которым не повезло родиться с чипами в запястьях? Он причиняет боль людям, Вайолет.

— Как и иллумы! — прошипела она в ответ. — А какова цена сохранения прежних порядков, птенчик? Наша участь — быть просто инкубаторами для их потомства?

— Это не оправдывает его зверств. — Почему никто вокруг не видит очевидного?

— Раджеш без раздумий отдаст жизнь за нашу свободу.

— А ты? Стоит ли свобода того, чтобы потерять тех, кого любишь? — спросила я, в упор глядя на Роуз.

— В этом мире, в их мире, нам не дозволена подобная роскошь, — выплюнула Вайолет, заслоняя собой Роуз. — И если ради перемен мне придется уничтожить собственную душу, я сделаю это не раздумывая.

— Но это не дает Хэлу права опускаться до их уровня! — выкрикнула я, и мой гнев наконец прорвался наружу.

Вайолет осеклась.

— При чем здесь Хэл?

— Он… — Я прикусила язык.

— Так вот с кем ты вчера была? — спросила Вайолет, ее темные глаза округлились.

— Это ведь о нем постоянно твердит Раджеш, верно? — прошептала Роуз. — Это ведь он стоял за историей с платьем?

— Что? — мой голос дрогнул. — С синим платьем?

Вайолет прищурилась, глядя на меня волком.

— Ну конечно. Он принес его, чтобы уравнять шансы, а сам, судя по всему, решил поиграть в героя.

Вся моя ярость вмиг улетучилась. Это с самого начала было лишь изощренной игрой.

Роуз схватила меня за руку и увлекла в окутанную паром комнату.

— Мы потеряли слишком много времени. Сегодня нам нельзя опаздывать. Иллумы явно что-то замышляют с этим балом. Мы все это понимаем. Быстрее.

За время, показавшееся мне одновременно и парой секунд, и целой вечностью, я очутилась на подиуме, полностью облаченная для того, что ждало меня впереди. За все время примерки мы не проронили больше ни слова. Ощутимый, почти осязаемый страх неотступно следовал за нами из комнаты в комнату.

Платье было настоящим шедевром, плодом невероятных усилий и любви. И я была совершенно его недостойна. Спущенные рукава, абсолютно прозрачная ткань телесного цвета, сплошь усыпанная тысячами и тысячами сверкающих кристаллов. Вся моя нагота была выставлена напоказ.

У меня глаза резало от этой неземной красоты, которая так разительно контрастировала с той грязью, что, казалось, отравляла меня изнутри. Я повернулась, разглядывая через плечо сложный узор на спине — кристаллы были расположены столь искусно, словно Роуз удалось поймать те самые звезды, в одну из которых я когда-то так мечтала превратиться.

Столько великолепия, и ни капли радости в душе.

Вайолет поднялась на подиум и застегнула на моих мочках крупные овальные бриллианты. В этот момент я почувствовала легкий