Там, где бьется пульс - Александра Глазкина

чтобы они не передрались друг с другом за ее внимание? Сестричка была явно в своей стихии — смеялась, кокетливо склоняла голову, успевала улыбнуться одному и тронуть за локоть другого, пока третий спешил, чтобы распахнуть перед ней двери столовой. К моему облегчению, там к их компании присоединились еще две девушки — соседка Кэсси по комнате и Тайла, огневичка второго курса. Так это сборище стало больше походить на заурядную студенческую компанию, чем на неприятную мне картину «Кэсси и ее обожатели».

— Выбираете, к кому присоединиться, госпожа Матильда? — раздался за моей спиной учтивый голос.

Я обернулась. Мелвин, ну, конечно. Не дождавшись ответа, он махнул рукой в сторону:

— Разрешите мне исправить свою оплошность и угостить Вас? Паэлья сегодня отменная.

— Какую оплошность?

— Наверное, мне не стоило приносить конфеты до обеда, чтобы не перебить аппетит.

— Мой-то аппетит так просто не перебьешь.

Вот же, опять я сморозила глупость, но Мелвин тактично сделал вид, что не услышал. На нас уже начинали поглядывать студенты, и я двинулась к указанному им столику. Мел принес мне поднос с заказом, потом отправился за своим. А от другой выдачи в этот же момент шел Джастин эйр-Ллойд собственной уже мрачной персоной. Вернее, персона была вполне обычной: спокойной и предвкушающей вкусный обед, пока меня не увидела. Пару минут Джей, мешая другим, стоял в проходе с подносом, переводя глаза с меня на сюртук Мелвина, висящий рядом на стуле. Потом резко развернулся и ушел обедать в студенческий зал. Приятного аппетита, как говорится.

Вернувшийся Мелвин завертел головой.

— Если Вы ищете своего приятеля, то у него нет настроения обедать в моей компании, — не удержалась я от колкого замечания.

— Какая ехидна между вами пробежала? — спросил Мелвин, расставляя на столе тарелки.

— Боюсь, у меня нет ответа на этот вопрос, а если бы и был, не думаю, что это подходящая тема для обсуждения.

— А если я поделюсь с Вами, что мой приятель ответил на этот же вопрос, тема станет подходящей?

— Не замечала за мужчинами склонности к сплетням, не хотелось бы, чтобы Вы стали исключением.

Мел рассмеялся.

— Вы так очаровательны, госпожа Матильда, когда сердитесь. На самом деле, я и в мыслях не имел ничего дурного. Просто Джастин — мой друг, а с Вами мне хочется свести более близкое знакомство, и сделать это, по возможности, без ущерба для обеих сторон. А вы не даете мне шанса.

Он что, сейчас признался, что ухаживает за мной?

— Хорошо, господин Мелвин, я поговорю с Джеем, и мы помиримся, чтобы не травмировать вашу чувствительность! — надеюсь, я вложила достаточно иронии в эту фразу, а то с Мелвина станется обрадоваться моему обещанию.

Весь аппетит испортил, хотя паэлья и впрямь выглядела весьма аппетитно. Я многое успела узнать за двадцать пять лет жизни: как усмирять волны, как останавливать кровотечение заговором, как увеличивать снежинки, чтобы можно было разглядеть узор. Я умела подшивать документы и классифицировать артефакты. Одному только не научилась: обращаться с мужчинами. Кэсси, что ли, позвать, чтобы она мне дала урок «как реагировать, когда один мужчина, который тебе не нужен, признается тебе в симпатии, а другой, который… с которым хотелось хотя бы объяснится нормально, шарахается, как саламандра от воды».

— Давайте спокойно пообедаем! — решительно сказала я.

Не поведусь больше на эти вежливые приглашения. Буду есть в компании профессоров водного факультета или вовсе чай в кабинете пить. И все-таки, о чем же Кэсси говорит со своими поклонниками, что они так за ней бегают?

Ретроспектива. Шесть дней назад

— Химия? Физика? Анатомия? — Кэсси с отвращением перебирала книги, грудой наваленные на столе. — Зачем это учить здесь⁈ У нас в школе только азы естествознания давали.

Адайн, который вызвался помочь донести учебники, выданные в библиотеке, смотрел на Кэсси с улыбкой:

— Магия невозможна без знания законов природы. Для того, чтобы познать свою стихию, нужно понимать, что она собой представляет. Вот как ты вызываешь огонь?

Кэсси вызывающе вскинула голову.

— Ну, это просто. Сконцентрировать тепло в области солнечного сплетения, направить поток по рукам, ускорить пульс и тогда, усиленный браслетами, огонь проявится в ладонях.

— А почему он проявляется?

— Я тебя не понимаю! — Кэсси капризно надула губы.

Адайн взял учебник, полистал и протянул ей. Раздел «Тепловые явления». 'Изменение внутренней энергии тела"

«Горение — это сложный физико-химический процесс превращения веществ, который сопровождается выделением большого количества тепла и света. Огонь представляет собой видимую зону этого процесса — раскаленный газ или плазму, излучающие свет».

— И что? — скучающе уточнила Кэсси.

— Превращение, Кэсси. Огонь, который ты видишь — лишь следствие сложных процессов, происходящих в мире молекул. Если ты понимаешь их суть, и вызвать огонь, и управлять им тебе будет гораздо легче. Да, можно магичить интуитивно, но магическое истощение наступит быстрее, потому что ты потратишь дар на усилия, а не на результат.

— Если ты думаешь, что я что-то сейчас поняла, поэтому соглашусь, то знай: я не поняла ничего, поэтому просто соглашусь!

Адайн улыбнулся:

— Кэсси, ты прелесть!

— Что есть, то есть, — она кокетливо улыбнулась и решительно придвинула к нему стопку просмотренных книг. — А что это за кармашки в конце каждого учебника?

— Сюда будешь добавлять магические лекции, дополняющие темы по всем человеческим наукам.

— Почему нам их сразу не дают? — удивилась Кэсси.

Адайн прищурился:

— Что ты будешь делать, увидев в учебнике заклятье?

— Попробую его применить, — не задумываясь, ответила она.

— Вот именно. Поэтому преподаватели, наученные горьким опытом, дают на руки только те материалы, которые изучены и опробованы на занятиях.

Кэсси поскучнела. Провела пальцем по корешкам оставшихся книг.

— То есть, ничего магического здесь не будет?

— Ну, почему, будут, безобидные, — Адайн вытянул книгу из стопки и протянул ей.

— Так, что у нас тут еще? Ооо, мифология магического мира! Вот это уже интереснее! Кажется, я знаю, каким будет мой любимый предмет!

— Это вряд ли, —