Огонь в ее глазах - Руби Диксон

— Что ж, это приятно.

Я придвигаюсь к ней, и ее ноги нетерпеливо обхватывают меня за талию, как будто она пытается прижать меня к себе, и мне приходится напоминать себе, что нужно удерживать ее, контролировать, даже когда все, чего я хочу, — это зацеловать ее до смерти. Мои штаны спущены до бедер, но на то, чтобы полностью раздеться, нет времени — я хочу оказаться внутри Тевы и заявить на нее права до того, как она выйдет из себя. Несмотря на это, я понятия не имею, девственница ли она. Я беру свой член и скольжу им по ее киске, смачивая ее соками…

И, черт возьми, мне кажется, или она действительно обжигающе горяча? Настолько, что кожа покрывается волдырями? Я в шоке отпрянул назад. Она становится все горячее, чем больше возбуждается?

— Малышка, мне нужно сжечь свой член, чтобы войти в тебя? — спрашиваю я, снова прикусывая ее горло. — Потому что это может стать проблемой.

Ее глаза вспыхивают от удовольствия.

— Тева.

— Это правда. Ты моя Тева, не так ли? — Я провожу большим пальцем по ее подбородку, а затем наклоняюсь, чтобы снова прикусить ее шею. Черт, я обожаю целовать ее шею. — Может быть, будет достаточно, если я просто заставлю тебя кончить, а?

Ее руки обхватывают мои плечи, и она притягивает меня к себе, как будто хочет уткнуться лицом мне в шею. Мне нравится чувствовать ее, и я позволяю ей двигаться, ее нос скользит по моей коже, и это эротичнее, чем самый лучший минет.

— Моя Тева, — бормочу я, и у меня сводит зубы. Странно. Я снова наклоняюсь к ней, и она выгибается под моей рукой, словно подставляя шею.

Какой — то странный, дикий инстинкт берет верх. Я опускаю лицо ниже, прижимаясь к ее шее, и там, где ее запах самый густой, а пульсирующая кровь самая сладкая, я прижимаюсь к ней губами — и чувствую, как клыки царапают ее горло.

Мои клыки.

Черт возьми. Я вздрагиваю от неожиданности и провожу языком по внутренней стороне зубов. Они выросли из — под моих клыков, новые зубы, наполненные горячей сладкой жидкостью, которая обжигает мой язык, когда я прикасаюсь к ним. Должно быть, это еще одно отличие от драконьей крови.

У меня есть клыки, так что я могу заявить о своей паре. Низко зарычав, я поддаюсь новому инстинкту, который берет верх над моим разумом, и вонзаю клыки в ее горло.

Тева тихонько вскрикивает от блаженства, и что — то горячее и текучее проникает сквозь мои зубы в ее кровь. Ее руки крепко сжимают меня, ее длинные ногти рвут мою рубашку в клочья, когда она извивается подо мной, но, даже когда она это делает, я чувствую, как ее разум проясняется. Это все равно что капнуть капельку моющего средства в грязную воду и наблюдать, как вся грязь исчезает.

К ней возвращается рассудок. Безумство покидает ее мысли, и хотя она дрожит в моих объятиях, я не знаю, в сознании она или нет. Ее глаза закатились, и я каким — то образом понимаю это, не отрывая губ от ее горла. Ощущение, что странная связь между нами становится сильнее с каждым мгновением, и я снова в качестве эксперимента прижимаюсь к ее киске.

На этот раз она не кажется такой обжигающе горячей.

Это потому, что она больше не возбуждена? Может, мне слезть с нее?

«Наш огонь…» — страстные слова всплывают у меня в голове.

Я поднимаю голову.

— Ч то? — мои зубы втягиваются обратно в рот, как у змеи, и я облизываю губы. Во рту появляется пряный привкус, которого раньше не было, и я ощущаю вкус Тевы повсюду вокруг себя. Она витает в воздухе, на моих губах, на моей коже — и это чертовски удивительно. Я никогда раньше не испытывал ничего подобного. Как будто мир вокруг меня расцвел красками и запахами, и все это связано с ней.

Это почти ошеломляет. Почти, если не считать того, что я чувствую густой аромат ее возбуждения, витающий в воздухе, и это притягивает меня обратно к ней, к женщине, извивающейся подо мной.

«Наш огонь, — повторяет она. — Ты объявил меня своей, и теперь мое тело готово для тебя. — Ее нога обхватывает мои бедра, пятка упирается мне в зад. — Переверни меня и заяви на меня права, моя пара».

Я снова наклоняюсь ближе, мне нравится, как я сжимаю ее горло, потому что теперь ее мысли принадлежат мне. Ей это нравится. Чертовски нравится. Нравится, насколько сильно я на нее давлю, насколько я собственник. Ей приятно чувствовать себя побежденной таким сильным мужчиной. Я провожу большим пальцем по нежной коже на ее шее, напоминая ей, что я удерживаю ее. Что я здесь главный.

— Тебе нравится, когда я вот так обнимаю тебя, Тева?

«Твоя Тева, — отвечает она, и ее голос полон возбуждения и жидкого жара. — Сделай меня своей».

— Тогда я возьму тебя вот так, — говорю я, снова скользя членом по ее гладким складочкам. На ощупь она горячая, да, но это хороший вид жара. Именно эта сторона обжигания мне и нравится. Мне нравится и то, как она смотрит на меня, нравится ее желание, которое так сильно возбуждает ее, как будто она едва может это вынести. Эта девушка не симулирует оргазм, это уж точно. — Ты хочешь, чтобы я кончил в тебя, Тева?

Она мгновенно напрягается, боль и возмущение переполняют ее.

«Ты… спрашиваешь меня? Ты бы не кончил в меня?»

Ее разум наполняется паникой, и я понимаю, что облажался. Я немедленно меняю тактику.

— Нет, нет, я собираюсь полностью наполнить тебя своим членом, малышка, — напеваю я, и мне нравится, как она успокаивается. — Я собираюсь так наполнить тебя своим семенем, что оно будет стекать по твоим бедрам. Ты этого хочешь?

Она тихо стонет.

«Да. Я хочу этого. Пожалуйста, войди в меня».

«О, я планирую это». Я прижимаю головку члена к ее входу и толкаюсь глубже, прежде чем снова все испорчу. Она шипит, но этот звук чертовски сексуален, и я чувствую, как она удивляется, с каким удовольствием смотрит на меня, когда я в нее вхожу. Ее глаза расширяются, и ее взгляд встречается с моим, наполненный эмоциями чистого золота.

«Верно. Ты увидишь, кто на тебя претендует. Ты будешь смотреть на меня, когда я возьму тебя. Ты увидишь, кто наполнит тебя семенем».

«Я вижу тебя», — отвечает она. Она прочитала мои мысли. Мне нужно