Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин

Рыжий помог мне подняться, разогнуться сразу не смогла, видать, хорошо приложилась о землю, ярл выглядел немногим лучше.

- Смотрите! – Даг поднял отрубленную Каем голову, с которой слетел шлем, - я его знаю! Это люди Вигго!

Меня замутило от вида выпученных глаз и рта, раззявленного в последнем крике, поспешно отвернувшись, старалась глубоко дышать, унимая рвотные позывы.

Мужчины, как ни в чём не бывало, согнали на дорогу дрожащих, взмыленных коней наших врагов, и стали осматривать трупы, забирая у мертвецов хорошее оружие, снимая с них кольчугу и всё, что приглянулось.

- Зачем это? – Спросила я у Кая, который тоже не побрезговал забрать у безголового кинжал, рассматривая лезвие на свету.

- Оружие, добытое в бою, приносит удачу, - ответил рыжий.

Я уселась в сугроб, ожидая пока закончится мародёрство. Скоро добытые трофеи сгрузили на коней, и мы снова тронулись в путь. Каждый шаг лошади болезненно отзывался в моём теле, и я заметила, как морщился от боли Астор.

Рагнар, поотстав от ярла, ехал теперь по левую сторону от меня, справа, как обычно, Кай. Хирдман не проронил ни слова, но я видела любопытство, притаившееся в его взгляде. Наши провожатые не знали об истории с зашитой рукой, а может, поначалу не поверили рассказам. Я едва сидела в седле, сжав зубы, но меня всё сильней начинало кренить в сторону. Сама не заметила, как чуть не скатилась с лошади, но могучие руки Рагнара подхватили в последний момент. Даже не дрогнув мускулом, он поднял меня, пересадив впереди себя.

- Сиди, девочка, я помогу, - тихо сказал воин.

Мне оставалось только благодарно кивнуть. Прикрыв глаза, я пригрелась в кольце рук великана и продремала весь оставшийся путь.

До следующей деревни мы добрались, когда небосвод усыпали яркие ледяные осколки, проливая на землю печальный свет, между ними плыла луна, свысока молчаливо наблюдая за нашей кавалькадой.

Я не открывала глаз, пока конь Рагнара не замер на месте. Но и потом великан не отпустил меня, а бережно занёс внутрь дома и усадил на скамью. На меня уставились несколько пар любопытных детских глаз, из угла, с широких лавок, ночью служивших кроватями. Большая комната обогревалась и освещалась лишь очагом, расположенным по центру. Дым уходил сквозь прореху в крыше, но в помещении всё равно было чадно. Дети, точно испуганные зверьки, жались друг к другу, внимательно наблюдая за мной. Я улыбнулась, но это не помогло.

На дворе о чём-то разговаривал Астор, наверное, с хозяевами. У меня было время осмотреться. Дом был странный, впервые видела такой. Брёвна не уложены друг на друга, а просто вкопаны стоймя в землю. Изба была длинной, другие комнаты служили, судя по запаху и звукам, хлевом и амбаром, и только первая была жилой. Над очагом висел большой котёл, откуда шёл пар.

Дверь отворилась, с улицы чуть пахнуло свежестью, в комнату вошли Астор, Кай и Рагнар в сопровождении мужчины и женщины. Одежда наших хозяев была небогатой. На хозяйке – платье из грубой шерсти и широкий фартук, обёрнутый вокруг бёдер, на ногах деревянные башмаки. На мужчине свободная рубаха с меховой безрукавкой и затасканные штаны.

- Как ты? – Астор подошёл ближе, наклонился надо мной, вглядываясь в лицо.

- Получше, - улыбнулась в ответ.

- Криста, у меня тоже болят рёбра до сих пор, врать бесполезно, - нахмурился ярл.

- Зачем тогда спрашиваешь?

- Ехать завтра сможешь?

- С лошади не упаду, - отрезала я.

- Чем потчевать будете? – Кай уже сунул свой длинный нос в котёл, пытаясь разглядеть кипящее варево.

Мужчина, заросший, как леший, с грязными волосами и всклокоченной бородой, кивнул на хозяйку.

- Каша, господин, - робко ответила женщина, - сегодня была охота, она с мясом, - добавила она.

- О, это мне подходит, - кивнул рыжий.

Он вышел во двор и скоро занёс суму, в которой лежала снедь, собранная нам щедрым Нильсом, выложил продукты на стол, взял три пирожка и отнёс их детям, жавшихся на кровати под лоскутным одеялом.

- Накрывай на стол, хозяюшка, - улыбнулся Кай женщине, - мы тоже не с пустыми руками.

Хозяйка обрадовалась нежданному угощению и споро стала расставлять деревянные тарелки на столе, достала хлеб, с виду не очень аппетитный. Большой ложкой наложила каши и пригласила всех к столу.

- А где остальные? – Спросила Кая, присаживаясь рядышком на длинную скамью.

- У фофедей, - прошамкал рыжий набитым ртом, - тут мефта мало.

Каша отдавала нутряным жиром, куски которого плавали в вареве. В конце зимы многие деревни остаются на грани голода, это я знала из воспоминаний Кристы. Запасы зерна кончаются, в хлеб идут подсушенные и молотые жёлуди, иногда даже кора деревьев, лишь бы набить урчащее от голода брюхо. У наших хозяев была корова, женщина налила нам по кружке молока, скот – хорошее подспорье для крестьян.

Однако благодаря щедрости Нильса, поужинали мы на славу. Херси положил нам пару запечённых кур, каравай белого хлеба, пирожки с мясом и овощами. Часть сдобы мы отдали детворе, которых за стол не позвали. Хозяин лишь шикнул на малюток, и те притихли, дожидаясь, пока поедят взрослые.

После ужина, постелив на лавки свои плащи, мы стали устраиваться на ночлег.

- Кай, - окликнула я рыжего, который лёг со мной по соседству, - что за деревня странная, такие дома чудные?

- Отсюда до Ледяной пустоши рукой подать, края суровые, дикие, люди привыкли жить по старинке. Раньше везде стояли такие дома, потом научились строить деревянные избы, а за ними и каменные жилища. Здесь же всё осталось так, как было во времена наших дедов и прадедов.

- Завтра мы поедем к людоедам? – По хребту поползли холодные, колючие иголки страха.

- В гости нас не звали, - хохотнул беззаботно Кай, - да и мы к хозяевам напрашиваться не станем. Не бойся, Криста, ты под надёжной охраной, - рыжий кивнул в сторону Рагнара.

Великан и впрямь переменился в отношении ко мне. Я глянула на лавку, где едва разместился огромный воин, ноги его свисали с длинной скамьи, на которой легко мог улечься мужчина. Рядом с Рагнаром даже Астор казался десятилетним мальчуганом.

Хозяйка подкинула в очаг несколько поленьев, и вверх взвился дым, заполнив помещение.

- Почему эти люди не уедут отсюда? – Сон как рукой сняло, от мысли, что рядом