Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец
После аукциона я представила Луи ещё некоторым влиятельным особам, и на спектакле мне снова пришлось сидеть рядом с Гирсомом. Тот превосходно, в своей манере, одновременно игнорировал меня и был чрезвычайно вежлив, когда кто-то на нас смотрел. По окончании представления режиссёр и артисты были награждены заслуженными овациями, и можно было наконец-то покинуть театр. Попрощавшись с родителями, мне пришлось некоторое время постоять с мужем и подождать наш автомобиль, когда его к выходу подгонит парковщик. За это время мимо нас проходили другие уезжающие, и, прощаясь, мне приходилось улыбаться, говорить напоследок стандартные фразы и держать под руку Гирсома. Когда наконец-то мы сели в машину и поехали в сторону дома, вся доброжелательность со стороны моего супруга тут же испарилась.
— Думала, что сразу прыгнешь к нему в постель? Я передумал. Я не хочу иметь жену-шлюху! Отвезу тебя домой, и только с моего разрешения ты оттуда выйдешь.
То есть для меня нормально иметь мужа-козла, а тут, видимо, он не ожидал, что Луи от меня не откажется. Муженек хотел поглумиться надо мной, но не получилось. Ответить на оскорбление я не успела, потому что нас догнала спортивная машина и, сначала прижав к бордюру, а затем вообще преградив путь, заставила остановиться. Гирсом выругался, понимая, кто еще мог так дерзко поступить, но не стал препятствовать моему «похищению».
Глава 8
Луи, как какой-то киношный герой-любовник, эффектно вышел из автомобиля, открыл дверь с моей стороны и собственнически потянул на себя. Приобняв за талию, он аккуратно усадил меня в свою затонированную спортивную машину и с визгом шин сорвался с места, стремительно покидая Театральную улицу.
— Я устала и хотела бы к себе домой, — положила я голову на подголовник.
— Потерпи немного, и будешь рада оказаться там, куда я тебя отвезу.
— Ты не сможешь меня отвезти туда, где я буду рада, — ответила я, подумав о Кемпеле.
Луи ничего не ответил, но по направлению, куда он меня вёз, я поняла, что в аэропорт.
Нас ждал частный самолет, и вскоре я узнала, что мы летим в Маранолу. Когда я села в удобнейшее кожаное сиденье, сразу же сняла туфли и вытянула ноги. В подобных удобствах я уже несколько раз летала, так что ничего нового для себя не увидела, кроме маранольских угощений.
— Для чего такая спешка? Зачем мы летим на твою родину? — спросила я, как только самолет поднялся в воздух.
— Мне не терпится познакомить свою семью с моей будущей женой.
— А ты им скажешь, что я пока ещё замужем? Или это не важно?
— Мне нравится, что ты задала именно этот вопрос, а это значит, что ты не против выйти за меня.
— Это был бы мой следующий вопрос. Зачем я тебе в качестве жены? Может, я другого люблю и хочу, освободившись от Гирсома, уйти к нему.
— И где же он? Если бы он был, я бы уже узнал о нём.
— Так зачем мы летим на ночь глядя?
— Я так захотел. Отец сказал, что будет нас ждать.
— Что ты задумал? Можно ведь и завтра?
— Можно, но я о тебе забочусь. Пока ты вся такая нарядная, тебе будет спокойнее.
— А что, потом я не смогу накраситься и одеться?
— Нет, тебе будет не до всего этого.
— Ты так говоришь, как будто меня ждёт какой-то секс-марафон, из-за которого я не смогу вылезти из кровати.
— А ты этого хочешь?
— Нет.
— Вообще не хочешь?
— Хочу, но не тебя.
— Даже так. Ты серьёзно про кого-то говорила? Я его знаю?
— Нет. Он женатый бородач и не знает о моих чувствах.
— Могу ради тебя тоже бороду отрастить.
— Не надо. Тебе не пойдёт. Сколько лететь?
— Почти три часа, можешь поспать. Подушку или плед дать?
Я не стала отказываться и воспользовалась предложенным, чтобы хоть как-то добавить себе удобства. Хотелось бы переодеться и снять волосы, но придётся терпеть ради действительно моего спокойствия. Как пройдёт встреча с одним из высокопоставленных лиц Маранолы, я не могла себе представить; пусть хотя бы мой внешний вид будет придавать мне немного уверенности.
Резиденция «моего будущего свёкра» находилась вдали от района небоскребов. Нас сопровождал кортеж, и я начинала чувствовать себя ещё в большей опасности. Если Луи уже сейчас так уверенно заявляет на меня права, то получается, я поменяю шило на мыло. Никакой свободы у меня не будет, и с потерей дома я потеряю способность перемещаться в Кемпеле. Вряд ли отсюда будет работать мой зайчик.
«На кой я ему сдалась?» — думала я, глядя на красивого мужчину. «У него же должно быть куча любовниц… Да главное, чтобы не бил, а на унижения у меня уже иммунитет».
Целый штат прислуги вышел встречать нас, и мне было даже некогда разглядывать интерьер, потому что к нам навстречу вышел седой мужчина. Он заговорил с небольшим акцентом, и казалось, что был и вправду рад нашему прибытию. От ужина я отказалась, потому что время было позднее и хотелось больше спать, чем есть, и тем более разговаривать, но после того, как вышла мать Луи, которая вообще не знала наш язык, я очень удивилась, насколько просто она выглядела. Совершенно обычная женщина в домашнем хлопковом платье. Она обняла сына, и по интонации я поняла, что она его отчитывает. Скорее всего, он давно здесь не появлялся. Ко мне отнеслись не как к потенциальной невестке, а как к деловому партнеру, чему я была рада. Поэтому, обсудив несколько дел, Луи рассказал, как прошёл этот вечер в театре и сколько ему поступило предложений. Отец внимательно слушал и, как мне показалось, немного зауважал меня, понимая, кому Луи теперь обязан входом в мир аристократов, который наглухо закрыт для иностранцев. Пообещав скоро снова увидеться, Луи увёл меня из дома отца в половину второго ночи. Отвёз уже сам в свою квартиру и оставил одну, предупредив, что утром приедет и меня ждёт сюрприз. Сюрприз так сюрприз, поэтому не стала расспрашивать и, найдя в ванной всё необходимое, сразу же принялась разоблачаться. Спала я прекрасно, но мало, потому что маранолец разбудил меня, как и обещал, ровно в восемь.