Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Это чертовски плохо. Просто ужасно. У Бринли нет слов, чтобы описать весь масштаб бедствия.

Она искала утешения в объятьях мужчины, которого собирается убить. Позволила ему прикасаться к себе и испытывала невероятное удовольствие от этого.

Нет, «ужасно» — слишком мягкое слово. Это катастрофа. Так намного точнее.

Еë смущала собственная реакция на его голос? То были ещё цветочки.

Бринли вспомнила свои мысли: она считала, что с ним она в безопасности.

Чёрт побери.

Ей хотелось биться головой о стену, но доктор вряд ли одобрит. Поэтому Бринли потёрла виски, пытаясь вернуть здравый смысл и холодную голову.

Капитан и безопасность не имеют ничего общего. Он воплощение всего самого мрачного и опасного в её жизни.

Бринли нужно проверить голову, потому что психически здоровая женщина не может испытывать влечения к мужчине, убившему всю её семью, и уж тем более ей не снятся сны о том, как этот мужчина доводит её до оргазма.

Врач завершила звонок и посмотрела на Бринли.

— Последние дни выдались насыщенными, — мягко произнесла Керин; в её глазах было даже что-то похожее на заботу. — Тебе вкололи снотворное в Золотом Городе и привезли сюда.

Бринли напряглась, её бросило в холодный пот.

— А я… — Она облизала губы. — Я ещё участвую в отборе?

— Да.

Уголки рта Керин были приподняты в мягкой отрепетированной улыбке, которая, предположительно, должна успокаивать пациентов. С Бринли это не работало, но она была признательна за старания.

— Где мы?

— В безопасном месте, дорогая. Матрона всё объяснит, когда тебе станет получше. Мы в охраняемом здании, никто сюда не проберётся.

Бринли моргнула. Шестерёнки со скрипом крутились, пока она пыталась осмыслить эти новые вводные.

— Тебе стоит отдохнуть, — продолжила доктор Керин. — Теперь, когда ты очнулась и я проверила твои показатели, мне нужно сделать кое-что ещё.

Она развернулась к выходу, но Бринли поймала её за руку.

— Мои вещи. — Голос вампирши был пронизан отчаянием, стоило ей вспомнить сложенный листок. Она оставила его в Зале Выбора. — Что-то осталось?

Она боялась услышать ответ. Если фотография потеряна…

Скорбь перекрыла доступ к кислороду.

Нет.

Слёзы жгли глаза.

В груди поднялась паника. Нет, этого не может быть.

Она схватилась за подвеску, но легче не стало. Фотография… ей нужна была эта фотография. Она слишком важна для неё.

О боги.

Её сердце бешено колотилось.

Тёплая ладонь легла поверх ладони Бринли, останавливая падение в пропасть и возвращая в реальность.

— Не переживай. — Сжала руку. — Всё было аккуратно упаковано и привезено вместе с тобой.

Фотография сохранилась. Она здесь.

Медленно, очень медленно сердце Бринли возвращалось к спокойному темпу. Она сидела, зажмурив глаза, и глубоко дышала.

— Спасибо.

— Не за что. — Керин подошла к холодильнику и достала несколько пакетов с кровью. — Я смотрела все серии отбора. И если уж на то пошло, то я болею за вас с капитаном Райкером. Вы очень красивая пара. — Подмигнув, женщина протянула пакеты Бринли и надела халат. — Скоро вернусь. Настоятельно советую поспать. Ты всё ещё не до конца отошла от наркоза. Поспи, станет легче.

Дверь закрылась за Керин. Бринли сидела неподвижно. Врач вышла быстро, и вампирша не успела разглядеть, что находится за дверью, заметила только тёмный мужской силуэт. Скорее всего, охранник.

Бринли нахмурилась. Её взгляд метался между пакетом с кровью и телефоном на столе доктора Керин. Судя по ноющим клыкам и пустоте в животе, ей нужно подкрепиться, но мало ли, сколько у неё времени до возвращения врача. У неё уже давно не было доступа к телефону, а после всех этих снов…

Она должна сделать звонок. Поджав губы, она быстро прокрутила в голове десяток возможных ситуаций. Но принять решение оказалось несложно. У неё мало времени, действовать нужно быстро.

Решившись, она высунула ноги из-под колючего покрывала. Её пальцы ног сжались, едва босые ступни коснулись холодного деревянного пола. Бринли задумалась о том, где могут быть её туфли. Но тут же отбросила эту мысль. Сейчас есть проблемы поважнее.

Участникам отбора запрещено связываться с кем-либо из внешнего мира, но Бринли готова была нарушить это правило. Если же кто-то в этот момент войдёт в палату, она придумает оправдание.

Бринли присела на краешек стола, лицом к двери, и взяла проводную трубку с корпуса. Этот телефонный аппарат не имел ничего общего с гладким прямоугольным мобильником, которым пользовалась сама Бринли. Большая трубка, длинный спиральный кабель, свисавший с края стола. Похожий висел когда-то на стене кухни в доме, где она выросла.

Едкая злость поднялась в Бринли. Той кухни, с её солнечно-жёлтыми обоями с маргаритками и голубыми шкафчиками, больше нет.

Она уничтожена.

Им.

Мужчиной, прикосновений которого она так жаждала во сне.

Горечь обожгла горло Бринли, пальцы стиснули трубку. Какая же она дура! Больше она не повторит эту ошибку.

Теперь она будет следовать правилам неукоснительно.

Единственный плюс тех снов заключается в том, что они ненастоящие. Только Бринли знала об этом своём падении. Никаких свидетелей.

«Больше никогда», — поклялась Бринли.

Это первый и последний раз, когда она позволила Райкеру прикоснуться к ней, будь то во сне или в реальности. Больше она не позволит себе потерять бдительность рядом с ним.

Он её враг.

Набрав номер, который уже давно заучила наизусть, Бринли поднесла трубку к уху.

Два гудка, и ей ответили.

— Алло? — раздался недовольный голос Джелизетт.

Чёрт. В мире существует мало вещей опаснее злого вампира, особенно такого древнего и могущественного, как творец Бринли.

Девушка поёрзала на столе. Возможно, это была плохая идея, и её творец вовсе не хотела, чтобы Бринли связывалась с ней во время отбора.

Но уже поздно. Звонок идёт.

Не сводя глаз с двери, Бринли шепнула:

— Это я.

Джелизетт втянула воздух.

— Бринли? — В её голосе поубавилось яда, хотя ледяной тон никуда не делся. — Где ты?

— Не знаю. — Бринли покачала головой, но тут же вспомнила, что творец её не видит. — На Зал Выбора напали, и…

— Я в курсе. Об этом говорят во всех новостях, — перебила старшая вампирша. — Мятежники атаковали резиденцию Канцлера, спровоцировав бунты по всему Золотому Городу. Их всё ещё пытаются подавить. Мы с Занри эвакуировались в Западный округ.

Глаза Бринли распахнулись. Всё куда хуже, чем она себе представляла.

— Много пострадавших?

— Цифры пока не сообщают. Что там у вас? Трансляция отбора прервалась после первого же взрыва и до сих пор не возобновилась.

Бринли решила не говорить Джелизетт о том, что едва не поддалась жажде крови. Прежде она никогда не лгала своему творцу, но и не хотела выслушивать лекцию о необходимости быть осторожной. Бринли и так