Развод. Неистинная жена генерала-дракона - Ангелина Сантос

— На что? — спросила я.

Он провел ладонью по боку возка и показал мне свежие полосы на мокром дереве.

— Его поставили минут десять назад. Не больше. Значит, тот, кто писал, ждал, что мы увидим это сами.

Кайран обошел возок справа, присел, коснулся земли и поднял пальцы. На них осталась грязь, смешанная с чем-то темным.

— Смола, — сказал он. — Колеса специально залили, чтобы мы не оттащили быстро.

— И чтобы не проскочили, — добавил Северин.

Я подняла голову к окнам ближайшего дома.

Там было темно. Но я больше не верила темноте.

— Нас здесь держат? — спросила я.

— Не обязательно, — ответил Северин. — Возможно, просто толкают назад. Туда, где им удобнее.

Кайран выпрямился.

— Значит, вперед не идем. Уходим через переулок к старому складу и дальше на набережную.

— А если это и есть их цель? — тихо сказал Северин.

Они посмотрели друг на друга так, будто спор между ними начался задолго до этой улицы и продолжался с тех пор при каждом удобном случае.

— У тебя есть предложение лучше? — спросил Кайран.

— Да. Не думать, что нас обязательно хотят взять здесь. Скорее хотят разделить. Вывести тебя вперед, меня вбок, ее оставить посередине.

Он не сказал мое имя. Но я сразу поняла, что речь идет именно обо мне. Как о точке. Как о центре, вокруг которого сейчас строили чужую охоту.

Мне стало противно.

— Тогда перестаньте говорить так, будто меня тут нет, — сказала я.

Оба замолчали.

Я подошла ближе к возку. Дождь стекал по доскам, по грубо выведенным словам, и черные полосы медленно расплывались. Я протянула руку и коснулась мокрой поверхности.

Чужую жену.

Какая-то часть меня даже хотела рассмеяться. После тронного зала, развода, подложных бумаг и браслета, который не давал мне уехать от бывшего мужа дальше нескольких шагов, кто-то все еще пытался назвать меня чужой. Словно достаточно написать это на дереве, и реальность согласится.

Под рукавом шевельнулся жар.

Сначала тихо, как раньше. Потом сильнее.

Я резко отняла руку.

— Что? — сразу спросил Кайран.

— Браслет.

Северин уже был рядом.

— Боль?

— Нет. Не совсем.

Я прислушалась к себе.

Не боль. Скорее отклик. Как будто от этих слов, от доски, от смолы на колесах, от самого этого места под кожей натянулась невидимая струна.

Кайран шагнул ближе.

— Нэйра.

— Подожди.

Я закрыла глаза.

Дождь бил по крыше кареты. Лошади нервно переступали. Где-то дальше по улице со стуком захлопнулась ставня. Я пыталась поймать не чувство даже, а направление. И вдруг поняла.

— Не вперед, — сказала я.

Открыла глаза и посмотрела налево, на узкий проход между домами.

— Оттуда.

Северин повернул голову.

— Почему?

— Не знаю. — Я сама слышала, как дико это звучит. — Просто знаю. Там.

Кайран мрачно посмотрел на проем между домами, куда стекала вода с крыш.

— Это может быть ловушка.

— Все может быть ловушкой, — сказала я. — Но браслет дернулся не от дороги впереди. Оттуда.

Северин присел у края переулка, коснулся мокрого камня и снова поднялся.

— Там недавно проходили двое. Один тяжелый, второй легче. Ищущие не скрывались, скорее торопились.

— К нам? — спросила я.

— Или от нас. Пока неясно.

Кайран уже принял решение. Я увидела это по лицу.

— Идем туда. Карету бросаем.

Возница Северина что-то тихо сказал из темноты. Тот коротко кивнул и бросил ему поводья.

— Уводи лошадей к южной арке. Если через полчаса нас не будет, уходи сам.

— А вы, милорд?..

— Я сказал, уходи сам.

Мужчина больше не спорил. Я отметила это почти машинально. Люди Северина, похоже, умели слушаться без лишних сцен. Это раздражало меня уже не так сильно, как раньше. Скорее настораживало.

Мы двинулись быстро.

Кайран впереди. Я сразу за ним. Мира вцепилась в мой рукав. Северин прикрывал сзади.

Узкий проход оказался еще уже, чем выглядел с улицы. Камень по обеим сторонам был мокрым, в выбоинах стояла вода. Под ногами хрустел песок и мелкий щебень. Вверху почти не было видно неба, только черные полосы крыш. Через несколько шагов переулок свернул вправо и вывел к крохотному внутреннему двору, заросшему сорной травой.

Там стояла дверь.

Старая, деревянная, с железной ручкой и свежей царапиной на замке.

Северин тихо сказал:

— Сюда.

— Ты знаешь это место? — спросил Кайран.

— Нет. Но теперь уже хочу узнать.

Он подошел первым, тронул ручку и отдернул руку.

— Нить.

— Что? — не поняла я.

Кайран уже был рядом. Повернул запястье Северина к свету от дальнего фонаря. На коже тонко блеснуло что-то почти невидимое.

— Режущая проволока, — сказал Кайран. — Для ладони не смертельно. Для горла в темноте — вполне.

Северин усмехнулся одним углом рта.

— Люблю заботливых людей.

— Тише, — бросил Кайран.

Он опустился на корточки, осмотрел замок, потом боковую раму. Я ждала, что он попробует снять нить сам, но он вдруг поднял голову ко мне.

— Нэйра.

— Что?

— Подойди.

Я медленно подошла.

— Ты издеваешься? — тихо спросил Северин.

— Замолчи.

Кайран смотрел на мой рукав.

— Положи руку на косяк. Здесь.

— Ты хоть иногда что-то объясняешь заранее?

— Сейчас нет времени.

Я положила ладонь туда, куда он указал.

Жар под браслетом вспыхнул сразу. Не больно. Глухо. Как ответ.

И в тот же миг тонкая проволока на ручке тихо лопнула.

Я выдохнула.

Северин выругался уже без всякой сдержанности.

— Вот теперь мне это совсем не нравится.

Я посмотрела на свою руку, потом на Кайрана.

— Что произошло?