Истинная - Лив Зандер

Миллион разрядов прошил сустав и устремился вверх по бедру, заставляя меня выгибаться перед ним, пока спина не оторвалась от постели. Он методично покрывал меня поцелуями, сплетая ласковую паутину вокруг всего, что когда-то болело.

— Все прошло, — выдохнул он, и его язык скользнул вверх по внутренней стороне бедра, пока он опускал мою ногу обратно.

Он устроился между моих ног, глядя сверху вниз на то, как его ствол упирается в мои складки прямо через задравшуюся ткань шорт, которая уже промокла от возбуждения.

С каждым его толчком головка все сильнее выбиралась из-за резинки белья. Полупрозрачная нить смазки натянулась между расщелиной на ней и моими шортами. Меня пробрала дрожь.

Он накрыл мой рот своим, лаская язык. Его поцелуи были размеренными, время от времени он отстранялся, позволяя мне смотреть, как он трется об меня, буквально истязая мои шорты.

Нетерпеливыми пальцами я протиснулась между нами и сдвинула шорты вместе с трусиками в сторону. Более смелая женщина ухватила бы его член и сама направила бы головку внутрь себя, но я не была такой женщиной. Пока еще нет.

Поэтому я просто покорно ждала, но Мелек лишь продолжал вырывать из меня стон за стоном каждый раз, когда его твердый ствол проезжался по обнаженному клитору. На каждый мой звук он отвечал низким рыком, который становился еще глубже, стоило мне запустить пальцы в его волосы.

Я уперлась стопами в матрас и приподняла таз, подставляя вход под его кончик, когда он отпрянул. При следующем его толчке там возникло ощутимое давление, его плоть была так близко к тому, чтобы раздвинуть мои половые губы.

Мелек закрыл глаза и покачал головой, меняя угол наклона таза так, чтобы снова проскользнуть выше, вдоль лобка.

— Еще рано.

— Почему? — Я обхватила его руками за поясницу, притягивая ближе к себе. — Я хочу, чтобы ты взял меня, Мелек. Войди в меня.

— Блядь, — прорычал он, скользя по моему мокрому лону все быстрее и жестче.

Пальцы на ногах подогнулись, таз сам потянулся навстречу этому сокрушительному наслаждению, а в самой глубине матки начали собираться мелкие спазмы.

— Мелек, пожалуйста.

Я до безумия хотела этот член внутри себя — с фиолетовыми венами, блестящий от моей влаги. Но по какой-то неведомой мне причине он отказывался.

Он поймал мой взгляд и снова покачал головой:

— Слишком быстро. Пока только так, хорошо?

Его плоть терлась о меня сильно и быстро, его стоны буквально бились о стены комнаты. Спазмы затопили живот и устремились глубоко в промежность. У меня и раньше бывали оргазмы, но этот обрушился на меня подобно шторму. Он потащил меня во все стороны одновременно, разрывая в клочья, чтобы затем собрать заново.

— Какая красивая… — прошептал Мелек, наблюдая за тем, как я содрогаюсь прямо под его сухими толчками. Он тихо выругался, и я проследила за его взглядом, посмотрев вниз, туда, где мы соприкасались. — Смотри, как я изливаю семя.

Его движения стали короткими, дергаными — теперь только его ствол терся о мой клитор. Пока он не застонал так глубоко, что я даже вздрогнула.

— Блядь, — выдохнул он вместе со словами, которые мой чип не смог перевести.

Одна струя за другой выстреливали из его члена, покрывая мой лобок и живот. Он перехватил себя рукой и провел головкой по моей коже, размазывая семя, оставляя свой блестящий след.

Когда дрожь покинула его тело, он перекатился набок, увлекая меня за собой и прижимая мою голову к своей груди.

— Это было самое прекрасное, Кэти.

— Могло быть еще лучше, — отозвалась я. В моем голосе звучала странная смесь удовлетворения и разочарования. — Я ценю, что ты хочешь делать все постепенно, но я правда готова.

Моя голова приподнялась на несколько дюймов, когда его грудь расширилась от глубокого вдоха, затем медленно опустилась, и он произнес:

— Просто есть кое-что, что тебе нужно узнать, прежде чем мы это сделаем.

Я немного приподнялась на локте.

— Ты танцуешь на пилоне для джал’зарок ради лишних кредитов?

Он шутливо пихнул меня в плечо:

— Посмотрите на нее, снова дерзит. — Его улыбка сошла с лица быстрее, чем появилась. — Кэти, дело в том, что…

Бам. Бам. Бам.

— Мам, — донесся из-за двери голос Грейс. — К’терра сказала, что там для Мелека какое-то срочное дело.

— Ну конечно, как же иначе… — проворчал Мелек, выбираясь из постели. — Судьба просто не желает дарить мне идеальный момент.

Он натянул трусы обратно, выглядя в этот момент именно так, как… Ну, как не хочется, чтобы выглядел мужчина, выходящий из твоей спальни ночью на глазах у дочери-подростка.

— Терпеть не могу оставлять тебя вот так, — сказал он. — Можно я вернусь сюда после? Переночую с тобой?

— С удовольствием.

С этими словами он выскочил за дверь, шумя в гостиной в поисках своей формы. Я выудила рубашку из кучи белья для стирки, вытерла его сперму с живота и поправила одежду.

Стоило мне выйти из комнаты, чтобы умыться, как в темноте гостиной блеснула ухмылка Грейс.

— Только не жди, что я буду звать его папой, — весело протянула она. — Я пошла спать.

Само собой, она нарисовала себе собственную картину того, что произошло в спальне. И как же она ошибалась. Я проводила Мелека взглядом, ушедшего со своим целительским чемоданом, но каким-то образом зацепившегося по пути за комод. За стеклянную чашу в самом центре, где покоилась та самая инфосфера с рынка.

Вещь, которая несколько солнц оставляла меня равнодушной, теперь заставила мои пальцы буквально чесаться от любопытства.

Глава 16



Мелек

Поток спертого воздуха вытягивал влагу из пор, а металлические решетки поскрипывали под моими уверенными шагами. Я шел по главной платформе заброшенного дока. Когда-то здесь размещался весь личный флот трех благородных домов, теперь же это место служило распределителем для всего незаконного.

А поскольку на Одхейме понятия «незаконно» не существовало в принципе, торговцы сулили блаженство и умиротворение каждой повстречавшейся им несчастной душе. Даже продажным стражам, которые торчали тут лишь для того, чтобы грязь этой планеты не просачивалась наружу.

Я игнорировал подмигивающие мне сферы с душа-пылью, и так был по уши пьян тем нектаром, что звался Кэти. Когда я вернулся той ночью, она уже снова спала, так что вариант начисто во всем признаться опять отпал. Вместо этого я охранял ее сон, слегка обнимая всякий раз, как подступающий кошмар искажал