Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

— Вы знаете, где сейчас находится Его Величество?

— Его Величество не может просто принять вас, скорее всего, он навестит вас позднее, сам, — мажордом, несмотря на молодость, был очень спокойным и деловым. Он вёл себя так, будто всё происходящее случается с ним каждый день. — Кроме того, у меня, да и у вас, есть приказ дождаться целителя… А вот и он.

Кушетку принесли именно для того, чтобы лекарь мог осмотреть меня на ней.

На мои просьбы о земном чемоданчике, где точно находится лекарство, способное вылечить мою спину за пару дней, целитель никак не реагировал. Вряд ли он не знал о нём, но доступа у него не было, да и желания этот самый доступ получать он не выказывал. Однако его зелья и мази оказали успокаивающий эффект, и я сама не заметила, как уснула прямо на этой кушетке, пока он работал.

Мозг после напряжения последних дней, едва избежав публичного изнасилования и не отдыхая почти пятые сутки, просто отключился. Когда я открыла глаза, было темно. Уже темно — я не сомневалась, что проспала почти сутки.

— Шестнадцать часов, — ответил знакомый голос, заставляя меня резко вскочить.

В комнате всё изменилось до неузнаваемости.

Тяжёлые пыльные ткани исчезли, воздух наполнился теплом воска, запахом мыла и свежего белья. Под ногами лежал мягкий ковёр глубокого винного цвета, на стенах появились картины и гобелены. Вдоль них стояла отполированная мебель с бронзовыми деталями, отражающими мягкое пламя ламп, в между высокими окнами красовались узкие столики с вазами, наполненными свежими ветвями белых цветов.

— Почему ты не разбудил меня? — я постаралась сесть медленно, прямо, поморщившись. Раны на спине начали стягиваться, но от долгой неподвижности и из-за недавнего резкого движения они досадно ныли.

Наверняка у Таррена возникли большие неприятности, и я готова была разрешить их в самое ближайшее время. Добраться до яйца, а после покинуть Вермитур, навсегда. Нет меня — нет и проблем с другими дракаррами.

— Я сам только что освободился, — он равнодушно пожал плечами, осматривая покои, будто решая для себя, достаточно ли усердно работали слуги. — Тебе нравится?

Он выглядел чуть лучше, регенерация всё же действовала, пусть и медленно.

— Да, хотя эти усилия для слуг напрасны, — тут же ответила я. — Благодарю. За то, что вытащил меня оттуда, пусть ты и выполнил всё, о чём я просила, в счёт долга жизни. Я понимаю, что моё присутствие здесь и этот статус создают неудобства, даже если всё это временно и не по настоящему. Я готова устранить эти неудобства, но мне нужен последний проход в башню. Хоть сейчас. Недовольство других дракарров — последнее, что тебе нужно. Оно будет создавать проблемы, а ты всё ещё не восстановился после этих бесконечных битв.

Таррен отмахнулся от моих слов, цинично хмыкнув.

— Это не должно тебя беспокоить. Я не сомневаюсь в своей способности одолеть их и удержать трон Вермитура. И почему ты решила, что твой статус фаворитки и твоё пребывание здесь временные и не настоящие? Нет, ты будешь настоящей фавориткой, во всех смыслах. Я спрашивал тебя в башне, давал возможность покинуть Вермитур. Ты сама отказалась.

Я решила, что это должна быть какая-то странная шутка.

— Почему я так решила? — я наклонила голову. — Может, потому что это невозможно? Мы пытались заняться сексом, если ты помнишь, ещё когда Рой не обрёл дракона, и это кончилось плохо уже тогда.

Таррен в ответ долго молчал, но в его молчании не было напряжения или раздражения. Будто всё, что я говорила… его просто забавляло.

Трудно поверить таким эмоциям, я знала, что напряжение этих дней не может не сказываться на нём — бесконечные битвы за трон, возможность роста оппозиционных настроений, огромная территория Вермитура, которая хотела стать независимой…

— Не беспокойся об этом, — в конце концов вновь отмахнулся он. — Я решу этот вопрос. На отдалении связь работает хуже, хотя, конечно, никогда полностью не исчезает. Но этот вопрос можно решить зельями, и для меня теперь доступны лучшие алхимики королевства.

Я замерла, не двигаясь, на той же кушетке, на которой целитель осматривал меня, и просто… тупо смотрела на мужчину. С каждой секундой до меня доходило, что он говорит серьёзно, но тело практически оцепенело, не зная, как реагировать.

Заметив мою реакцию, он направился к выходу, бросив почти добродушно:

— Отдыхай, восстанавливайся. Тебе не стоит покидать эти покои несколько дней, пока я не получу согласие от одной из дочерей лорда Таггерта. К твоим услугам слуги — они исполнят любое желание. Позже нам придётся поработать над твоей репутацией. Своими неразумными и резкими выходками ты нажила много врагов среди народа, но их умами легко управлять.

Уже у самой двери он обернулся.

— Я не рекомендую тебе и дальше баловаться побегами. Раньше я закрывал на это глаза и даже ослабил охрану на воротах, надеясь, что ты удалишься от Вермитура так далеко, как только сможешь. Но в нынешних обстоятельствах я не могу позволить себе никаких публичных глупостей, если хочу сохранить целостность королевства.

Пренебрежение в его голосе, его отношение ко всему, что я делала, как к мелкой дурости, резало по живому. Будто чья-то рука сжала сердце в кулак.

— Ты ради этого так рвался назад?

Заметив непонимание на его лице, я продолжила:

— Ради этого ты хотел вернуть себе власть? Чтобы править страной, где королём становится просто тот, кто сильнее, и неважно, умеет ли он управлять государством? Где дракарры могут прилюдно насиловать своих жён, а сойдя с ума — просто улететь и сжигать города? Это ты хотел вернуть?

Неудивительно, что он прятал от меня сны Исабо. Если бы я знала, на что способны вернувшиеся драконы, то никогда бы не стала ему помогать. И это не считая того, что именно их связь с дракаррами создаёт печати угасания.

— Мир не делится на чёрное и белое, Фран. Возможно, когда ты это поймёшь, тебе станет проще жить.

* * *

Таррен не шутил насчёт поиска возможностей, потому что алхимик пришёл ко мне уже на следующий день. К моему ужасу — и негодованию Целесте, если она вообще была на него способна — он забрал мою кровь для анализа.

Спина заживала быстро, хотя целитель предупредил, что потребуется не меньше недели, прежде чем раны полностью затянутся. А вот следы от ожогов явно останутся со мной надолго. На повторный вопрос о чемоданчике лекарь лишь незнающе пожал плечами.

Впрочем, меня не