Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Бринли закрыла глаза и провела языком по клыкам. Сделала глубокий вдох, после чего выдавила слова из пересохшего рта:

— Как только игра началась, проигрывать — не вариант. Единственная альтернатива победе — смерть.

Её голод дрожал. Бринли знала правила. Она сама на них согласилась, никогда даже не задумываясь о последствиях проигрыша. Победа казалась чем-то само собой разумеющимся… пока она не встретилась со своей целью.

А теперь?

Теперь сомнения поселились в её груди, похожие на маленький уголёк. С каждым днём он раскалялся всё сильнее.

— Повтори, — потребовал куратор. — Правило номер десять.

Бринли на мгновение задумалась, почему Джелизетт и Занри были настолько заинтересованы в этом деле. Зачем упорно внушали ей, что нужно убить Райкера?

Но тут Занри вновь выкрикнул её имя, и она отбросила все сомнения.

— Как только игра началась, проигрывать — не вариант, — повторила она. Её голос звучал уже твёрже, она больше не колебалась. — Единственная альтернатива победе — смерть.

Каждое слово било кнутом по её душе.

— Ещё раз, — в третий раз приказал Занри.

Она подчинилась. Она повторила правило ещё семь раз. С каждым разом её голос звучал всё твёрже. Увереннее. Уголёк сомнения потихоньку угасал, пока не померк окончательно.

Занри прав. Отступать — не вариант. Райкер убил её семью. Он виновен в их смерти. Его личные качества не имеют значения. Он всё ещё остаётся убийцей.

Довести игру до конца — единственно возможный вариант развития событий для Бринли.

— Ещё раз, — холодно потребовал Занри. Жёсткость в его голосе была как нельзя кстати, напоминая Бринли о том, что ждёт её за пределами отбора.

Коробочка, в которой Бринли прятала свои эмоции, была надёжно закрыта. Вампирша сделала глубокий вдох.

— Проигрывать — не вариант. Единственная альтернатива победе — смерть.

Зловещее десятое правило звенело в её голове ещё долго, даже когда она положила трубку и вернулась в свою комнату.

Занри прав. Правило номер десять не предполагает иных вариантов: Райкер Уотерборн должен умереть.

20. Она получит возмездие

С того самого звонка Занри прошло два дня, и Бринли всё это время мысленно повторяла правило номер десять, чтобы вытеснить из головы всё остальное. Занри прав: проигрывать — не вариант.

Прошлой ночью, под покровом темноты, участники отбора вернулись в Золотой город. По дороге матрона Лилит пояснила, что, пока они были на севере, беспорядки в Центральном округе продолжались. В связи с чем количество охраны будет удвоено. Были приняты и другие меры предосторожности, чтобы обеспечить безопасность каждого участника.

Даже сейчас за дверью комнаты Бринли стоял солдат. Вампирша сидела на кровати, расчёсывала волосы и пыталась представить, что будет, если она его отпустит. Нет, она признательна за их старания, честно. Её действительно тревожила активность бунтовщиков.

Просто Бринли и так была вся на нервах. Из-за того, что происходит между ней и Райкером, а теперь ещё и из-за постоянного надзора солдат ей было неспокойно. Клыки ныли; сколько бы пинт крови она ни выпила по возвращении в Золотой город, она всё ещё умирала от жажды.

Ей как будто чего-то недоставало, но она пока не могла понять, чего именно.

Она хотела, чтобы солдат ушёл, потому что у неё руки чесались подраться. Она бы пошла к Валентине, но вылететь из отбора за несколько часов до бала-маскарада было бы нелепо. Столько стараний, чтобы попасть сюда… Устраивать драку с этой бешеной сукой сейчас крайне невыгодно, но появись какой мятежник, Бринли с радостью вступила бы в бой.

Кто-то постучался.

Бринли выгнула бровь. Каковы шансы, что там сейчас мятежник, поданный на серебряном блюдечке прям как по заказу? Крайне малы, но мечтать не вредно.

Отложив расчёску, Бринли подошла к двери и слегка приоткрыла.

— Да?

Если только мятежники не начали брать в свои ряды юных эльфиек с ярко-рыжими волосами и сияющими улыбками, то она явно не из них. Девушка выглядела как подросток, ещё не достигший зрелости. Она протянула Бринли длинный чёрный чехол для одежды и подарочный пакет.

— Ваше платье, мисс де ла Поинт.

По традиции наряд девушкам на бал-маскарад, завершающий отбор, выбирают родители. Но поскольку семья Бринли давно погибла, эту роль, вероятно, взяла на себя её творец.

Поблагодарив эльфийку, Бринли забрала подарки и закрыла за собой дверь. Вернулась к кровати и распаковала вещи.

Когда Бринли увидела платье, она присвистнула, впечатлившись. Это было, без сомнения, самое прекрасное, что она когда-либо надевала в своей жизни. Один из тех нарядов, которыми девушки восхищаются издалека, потому что вряд ли когда-либо смогут примерить.

Оно было восхитительно, идеально подходило для помолвки и…

Её семья этого не увидит.

Влага скопилась на нижних веках Бринли. Её сестра была бы в восторге от этого платья. Серай давно увлекалась изготовлением одежды. За считанные месяцы до бури Серай поступила в Западную школу моды и дизайна на курс истории моды. Занятия должны были начаться осенью.

Но даже не обладая её чувством стиля, Бринли понимала, что это платье — произведение искусства. Сняв с себя футболку и леггинсы, она натянула платье через голову. Несколько молний в нужных местах позволили ей одеться самостоятельно.

Оно село как перчатка.

Застегнув все молнии, Бринли подошла к зеркалу шириной во всю стену в ванной. В конце концов, какой смысл надевать прекрасное платье, если не полюбоваться собой несколько минут в отражении? А это платье определённо заслуживало восхищения.

Оно было очень вампирским.

Алый корсет создавал идеальный силуэт. И полностью соответствовал тематике отбора. Рубиновая ткань переливалась и сверкала, как будто была усеяна драгоценными камнями. V-образный вырез тянулся почти до самого пупка. Длинные, узкие рукава закрывали руки до запястий, а юбка доходила до пола. Смелый разрез достигал середины бедра. Бринли развернулась и оглянулась через плечо.

Вырез на спине был низким, едва прикрывал пятую точку. Очень удобно, когда у тебя есть крылья. Бринли не сомневалась, что творец подумала об этом при выборе платья.

В пакете она обнаружила коробку с парой обуви, алую розу для волос, маску и листок бумаги. Прислонившись к комоду, Бринли осторожно развернула сложенную записку. Строчки были написаны почерком Джелизетт, а пятнышко чернил сверху служило свидетельством того, что творец использовала перьевую ручку.

Моя юная сотворённая,

Да благословят богиня луны и бог благополучия тебя этим вечером. Я знаю, ты сделаешь правильный выбор.

Помни, чему тебя учили.

Джелизетт

Бринли перечитала записку дважды, после чего вздохнула и бросила листок на кровать. Волна разочаровала пронеслась через неё, что было довольно нетипично.

После всех этих шести лет Бринли