…Jet'aime… - Галина Колоскова

– Вопрос этот очень деликатный и может показаться странным. Мне нужно найти покойницу.

– Как это? – Очки помощника чуть не свалились с носа.

Брион усмехнулся. На месте мистера Стоуна, возможно, он отреагировал бы точно так же. Ален пояснил:

– Не подумайте в буквальном смысле. Мне нужны все данные на жившую в прошлом столетии женщину, актрису, возможно, погибшую при странных обстоятельствах.

Он назвал имя, фамилию, год рождения любимой и нерешительно добавил:

– Я не знаю точную дату и причину смерти, но, может быть, это поможет… – Брион немного замялся, придумывая, чем объяснить увиденное прошлое. – Возможно, она погибла, упав за борт парохода «Грейт Истерн», здесь, в водах Темзы.

– Для рытья в архивных бумагах вам не нужен детектив. Я сам прекрасно справлюсь с таким заданием. В каком, говорите, году это было? – Помощник разговаривал сам с собой, не обращая внимания на замершего на стуле клиента. – Так, так… Вот, нашёл: был спущен на воду в 1858 году, в честь чего состоялся праздник, но затем судно ушло в Саутгемптон. Но почему мне кажется знакомым имя вашей покойницы? Редкое имя, французское…

Забыв о первоначальной просьбе, Элиот Стоун несколько раз повторил его вслух – протяжно, почти по буквам, словно смакуя.

– Сейчас поищем. – Помощник детектива распахнул створки огромного, во всю стену шкафа и стал просматривать объёмные папки, расставленные корешками наружу в длинные ряды.

– Значит, 1858. Вот эта. – Он с трудом вытащил одну из бумажных «толстушек» и плашмя бросил на стол.

– Мисс ЭстельЛакрус, нашёл!

Приплясывая на месте, словно ребёнок, обрадованный новой игрушкой, мистер Стоун достал тоненькую папку, из коих и состояла их гигантская «мама», и сунул под нос посетителю.

– Я же говорил, что знакома фамилия. Это мой почерк. – Совершенно седой работник агентства прикрыл глаза, пытаясь восстановить в памяти образы того времени. – Боже мой, мне было шестнадцать, а это первое дело, первая слежка покойного брата. Поэтому я и помню.

Обратившийся за помощью к детективам престарелый мужчина, лет на пятнадцать старше Элиота Стоуна, растерянно теребил загнутые края фетрового котелка, совершенно не понимая, что сейчас происходит. Каким образом имя бывшей невесты оказалось в папке розыска детективного агентства? Кто заказал за певицей королевского театра слежку? Кому понадобилось узнавать интимные подробности поведения дорогой его сердцу женщины?

– Я верно понял, за мисс Лакрус велась слежка? И заказали это… наблюдение вашему брату?

Помощник кивнул и подтвердил для убедительности словами:

– Да, именно так!

– Вы можете объяснить, кем и с какой целью?

Мистер Стоун ненадолго задумался, восстанавливая в идеальной памяти события давно минувших лет. Наконец вспомнив, он ответил, весьма довольный самим собой:

– Конечно! Для того я здесь и сижу, чтобы всё фиксировать. Поначалу молодая леди, как и вы, захотела остаться неизвестной, но после… Вот тут на корешке есть её подпись – мисс Морэл.

Посетитель не верил своим ушам. Старый помощник по слогам прочитал девичье имя покойной жены. Понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и выговорить слова просьбы:

– Вы можете повторить?

– Конечно.

И снова всё те же буквы – одна за другой – произнесены громко вслух.

Ален прошептал:

– Этого не может быть…

– Извините, но я никогда не ошибаюсь, оттого и ценен работодателю до сих пор, – совершенно справедливо негодовал Элиот Стоун.

Старик махнул рукой:

– Простите, это вовсе не вам недоверие. Я сам с собой порой говорю. Цель слежки?

– Узнать любые связи с мужчинами, кроме мистера Бриона. – В этот раз была названа его фамилия.

– Точная дата?

– С февраля по март.

Ален издал протяжный стон и, опустив голову, обхватил дрожащими ладонями налившиеся тяжестью виски. Ошибки быть не могло. Первые цифры − дата разговора, состоявшегося через три дня по прибытию Кларисс в Лондон. Так вот кто оправлял ему письма с фактами измены невесты…

В голове не укладывалось, что он прожил почти сорок лет с той, что разрушила его счастье; с той, что дарила его подобие, искренне любила, была всегда нежна, верна и предупредительна. И он был совершенно уверен, что поступок жены диктовали благие намерения, и не мог винить её в том, что она столько лет прожила с ним бок о бок в надежде занять место актрисы в его сердце.

– Вы очень бледны. Вам плохо? Может быть, вызвать врача?

– Нет, спасибо. Врач осматривал меня утром.

Бриону не хватало воздуха, давило желание поскорее выбраться из душной комнаты, как будто он сейчас прикоснулся к чему-то ужасно грязному и смердящему. И Ален знал этот запах – запах предательства и необоснованной ревности.

– Я могу взять документы с собой, чтобы прочесть дома?

– Извините, но мы так не делаем…

Он перебил мистера Стоуна, желая договориться как можно быстрее:

– Я не прошу отдать их совсем, я верну их завтра. Назовите цену и не бойтесь за моральный аспект этой сделки. Ваша клиентка, мисс Морэл в девичестве, – моя покойная супруга. Умерла двадцать лет назад. Предмет заказанной слежки – на тот момент моя невеста.

Выражение лица помощника детектива говорило о многом. Удивление, некий шок, сопереживание и любопытство. Нечасто услышишь столь запутанную историю.

– Я уже назвал вам цель моего визита. Всё та же просьба – отследить человека. И предмет расследования всё тот же, но мисс Лакрус, к сожалению, мертва. – Горло Бриона сдавил спазм. Он откашлялся, прежде чем продолжить: – Я хочу выяснить обстоятельства её гибели.

– Хорошо, но мы должны составить контракт.

– Я согласен на любые условия, более того, заплачу сверх положенного, потому как условие есть у меня – ограничение по времени. – Ален поднял ладонь, пресекая протест мистера Стоуна. – Это невозможно отложить или уладить. Я умираю. Поверьте, истина вовсе не облегчит мне совесть, но я должен узнать правду. Это моё последнее желание.

Элиот смотрел на клиента – высохшего старика со следами страдания на испещрённом глубокими морщинами лице – и верил в правдивость его слов. То, что тот сегодня узнал, шокировало и его самого – человека совсем постороннего и повидавшего немало. Он постаралсякак мог поддержать и утешить:

– Пути Господни неисповедимы. Поверьте и мне: я искренне желаю помочь и сделаю всё от меня зависящее. Оставьте адрес, куда можно за вами послать. Я сам займусь вашим делом, обещаю приложить максимум усилий.

Мистер Брион благодарно ответил:

– Спасибо, я вам верю.

– А я – вам. – Элиот Стоун протянул в дрожащие руки старика тонкую папку. – И это вам ничего не будет стоить, но только до завтра.

– Спасибо.

Ален попросил пригласить в кабинет Жака Вернера, оставил помощнику детектива название отеля и номер апартаментов и вышел, опираясь на крепкую