Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями - Ева Кофей

— Фильм так называется, можем посмотреть… Тебе будет полезно. Для общего развития. Только там не всё правда.

Для неё это прекрасная возможность поразмышлять над тем, сколько и кому в отпуске стоит позволить вольностей, чтобы потом не жалеть.

Влюбиться до беспамятства, чтобы потом сидеть Саратове и сопли на кулак наматывать как-то не хочется.

О другом мире речи не идёт, стара она для таких приключений, больницу подводить не хочет, итак рук недостаёт, а ещё ипотека…

Может ли пара жарких ночей испортить общение и стать той самой ложкой дёгтя в бочке незабываемого отпуска?

Вполне.

Арктур хмурится, пытаясь понять, о чём она говорит, но действовать дальше не спешит, сдерживает себя.

— Любовь, — в голосе скрытое отчаяние и укор, — верёвки вьёшь из меня. Любовь… Я ведь не понимаю.

— Погоди!

Она касается губами его щеки, боясь сейчас даже поцелуя, вставляет диск, долго ищет пульт, фыркает с того, как выглядит меню, и выбирает фильм.

— Вот туда нужно смотреть и вот так лежать… — пытается его завалить с тёплым смехом.

И Арктур поддаётся ей.

— Ладно, ладно. Как скажешь. А смотреть зачем? — он замолкает, слыша звук и видя изображения там, где только что ничего не было. — О как… Чудно.

— Так забавно удивляешься! — и она замирает, любуясь им.

— Как все. Люди ведь говорят так. Я слышал, — запускает он пальцы в локоны её волос, отвлекаясь от фильма.

Она устраивается поудобнее. Жаль только, что нельзя расслабиться полностью — Маринку обидела, это тревожит. И если бы Арктур был обычным мужчиной… тогда всё было бы почти идеально. А тут — император морской… Куда это ей? Ну хоть не женатик…

— Ты же, — хмурится вдруг, — не женат, правда?

А то вдруг у него там гарем. На Дне. Может, он и говорил, что нет. Но он за последнее время вообще очень много чего говорил.

— Хм? — на этот раз отвлекается он не сразу. — Нет. Не нашёл жену. Да и гарем мне не нужен, — словно отвечает он на её мысли. — Он есть, но пока так, ненастоящий.

— В каком смысле? А почему не нужен?

— В таком, что я пока ни к одной из камбалы в моей стайке не прикасался. Не хочу. Слишком много забот потом появляется. А я русал практичный, и пока занят был другим. А стайка моя просто радовала глаз на праздниках своими танцами да песнями. Пока этого достаточно.

— Странный ты… — хмыкает Люба и кладёт голову ему на грудь. — Мне нравится.

Он поглаживает её волосы, глубоко вдыхает воздух и выдыхает с видимым удовольствием.

— А мне нравится, как ты пахнешь.

— Вообще-то, — шепчет она, — я целый день бегала по жаре, то с сокровищами, то в твоих поисках… Не дыши… глубоко.

— И снова я не совсем понимаю, о чём ты, странная человечка… Мне нравится, что ты пахнешь. Иногда пахнешь по-разному. Иногда очень вкусно, даже, я бы сказал… съедобно.

Люба краснеет и предпочитает промолчать. Раз он принюхивается к ней, нужно чаще ходить в душ, а то с этой жарой… В общем, неловко.

Хотя, говорит же, что всё в порядке. Нечего себя накручивать.

«Расслабься, чёрт возьми… Нравится он тебе или нет — не теряй головы!»

***

— Это было ужасно, он худший мужчина в моей жизни! Такого инфантила я ещё не видела! Как вспомню, так вздрогну! Да ещё и половину моей зарплаты сожрал! Дыра какая-то, а не мужчина…

Анита сидит на стуле рядом с Вовой, пока он заполняет таблицы и делает прочую нудную работу, которой, вообще-то, должна была заниматься она сама.

— Так, вещи-то мои он мне вернёт? — хмыкает он, не переводя взгляд на Аниту. Понурый, как свинец, и уже не первый день.

Тянет его к Любви, как ни к кому… Что-то их будто бы связывает. А она, наверняка, приняла его за очередного ухажера, наивного мальчика, не столь интересного в компании успешных качков, хотя и сам он в хорошей форме. А что администратор — это временно. В нём есть перспектива, стремление к большему, собственные проекты, большие планы.

Но это не значит, конечно, что можно навязываться. Так что он наблюдает за Любовью со стороны, взбудораженный из-за чувства, будто совсем рядом происходит что-то важное, проносится жизнь… А он — за бортом.

— Прости, — Анита касается его руки, — бес попутал.

Вова переводит на неё уставший взгляд. Симпатичная девушка, сейчас особенно — большие глаза подкрашены, на губах поблёскивает малиновый блеск, волосы струятся по хрупким плечам…

Но ему она не нравится.

И дело даже не в том, что она взбалмошная, вечно забивающая на правила, из-за чего достаётся им обоим, неряшливая в том, что касается отчётов, грубоватая с посетителями, если у неё плохое настроение, а оно чаще всего плохое, ведь она замучена вечной работой, которую сама же на себя и водрузила.

У неё явно есть какие-то проблемы, из-за чего она едва передвигается от суточных смен в отеле до ночных, где работает в баре… Но Вова не спрашивал. Он довольно тактичный молодой человек. У таких обычно есть и свои скелеты в шкафу.

— Так что, пойдёшь домой? Это моя смена, ты ещё успеешь отдохнуть, а я тебе половину денег с зарплаты отдам.

— Совершенно невыгодная тогда прогулка вышла… Давай так, я схожу к морю, искупаюсь, вернусь и заберу смену. Благо на этот объект подзабили, думаю, ничего страшного не случится. А ты тут посиди полчаса. А потом постарайся выспаться, ладно? Деньги мне не отдавай.

Ему они, конечно, тоже нужны, но явно не до такой степени.

— Спасибо! — Анита такая уставшая и замученная, что даже не находит в себе сил, моральных и физических, чтобы поиграть в отнекивание. Она принимает помощь парня, который ей так отчаянно нравится. Пусть это и нелегко. — Я тебя, — шепчет вдруг, — наверное, очень достала?

— Нет, — Вова поднимается с места и, наконец, разминается, — не очень.

Его улыбка милая и будто лучится светом. Бывают такие люди. В которых есть что-то необъяснимое. Чистое, доброе, правильное.

На них можно положиться, но они как будто сами же от этого страдают.

Во всяком случае, Аните так кажется.

Она провожает Вову