Там, где цветёт папоротник - Анна Корнова

– Сейчас креветки сварятся. Где-то у меня лаврушка была. Ты тёмное будешь или светлого эля налить? – Влад вопросительно посмотрел на гостью и залюбовался правильным овалом лица, нежным румянцем, изящным изгибом губ. Тёлка, конечно, с большим приветом, но до чего красива!

Снежана не поняла, о чём её спрашивает хозяин горницы, но кивнула. Влад высыпал из целлофанового пакета креветки в кипящую воду, ставил на стол высокие пивные кружки, то, что он делал, было буднично и незамысловато, но у девушки всё вызывало восхищение. Этот безбородый мужчина в удивительной одежде мог быть только из мира богов, ведь как легко от его прикосновения зажегся свет на потолке в сенях и заиграла музыка из чёрного коробка. Снежана опустила длинные ресницы (нескромно девице так открыто человека разглядывать), но исподволь всё равно наблюдала за Владиславом: имя у него княжеское, в плечах широк, движения быстры, а если бы ещё и борода росла, то погибелью стал бы такой молодец для девок и баб.

Влад бросил на стол пустой пакет. Снежана осторожно, одним пальцем дотронулась до холодного целлофана: то ли ткань, то ли слюда – не угадать. И тут раздались непонятно откуда звуки, громкие, не боевой рог. Снежана в ужасе отдёрнула палец от пакета, но оказалось, что звук издаёт не пакет, а плоский небольшой предмет, лежащий на подоконнике. Владислав поднёс его к уху и, ни к кому не обращаясь, заговорил:

– Даш, Светка пропала. Звоню – не отвечает. Ты у девчонок в её группе узнай, может, она к кому из них поехала.

Затем он помолчал, по-прежнему держа гладкий предмет у уха, и раздражённо произнёс:

– Даш, ты мозги можешь включить? Это для тебя дружеский секс, а у Светки в таких вопросах с юмором напряжёнка. Она сгоряча может и с собой что-нибудь сделать.

Снежана, слушая Владислава, с испугом подумала, что он лишился рассудка – сам с собою спорит, сам себе чего-то объясняет, а может, и не лишился, и этот загадочный Даш, с которым он говорит, здесь, в горнице, просто его, как домового, сразу не увидеть.

Разговор быстро закончился. Влад зло нажал отбой и в очередной раз набрал номер Светы. Из коридора донеслась весёлая мелодия, парень кинулся на звук, у входной двери на вешалке висела сумка, из которой и доносилась музыка. Стало понятно, что Светка выбежала без сумки, без телефона, без документов, значит, должна вернуться, давно должна была вернуться. Чувство беспокойства охватывало Влада всё сильнее, но что теперь ему делать, где искать Светку, он не знал.

Вернувшись на кухню, Влад выключил газ и стал вынимать из кастрюли креветки в эмалированную миску. Снежана не могла не заметить, что настроение Владислава изменилось:

– Весть злую получил? – девушка впервые сама начала разговор.

– Очень. У меня здесь одна жила, отношения уже на нет сошли, но жили, а вот обидел её, она и ушла.

– Плохо тебе без неё?

– Без неё мне отлично, – убеждая не столько девушку, сколько себя, заявил Влад. – Но я не подлец, чтобы забить на живого человека. Она каждый свой шаг докладывала, а тут ушла и пропала. Может, конечно, сейчас придёт, но как-то душа не на месте. Накосячил я сегодня конкретно.

– Ленту её принеси, – обратилась со странной просьбой Снежана.

– Она не гимнастка, у неё лент не было.

– А чем же косу в праздники заплетала?

– Так у неё и косы не было.

Щеки Снежаны вспыхнули, она странно посмотрела на Влада, но ничего не сказала.

– А зачем тебе лента нужна?

– К берёзе привязать, Живу попросить, и ветер твою беглянку найдет. Тогда или она сама вернётся, или весточка от неё прилетит.

– Хороший способ. Главное, надёжный, – хмыкнул Влад. – Ты откуда взялась, Шерлок Холмс?

– Из Чичерска. Мы в Смоленск ехали, меня там жених ждал. На нас лютичи напали, меня убили, и я тут оказалась.

– Нефига себе, у тебя глюки! Чего принимала?

Снежана вопросительно посмотрела на Владислава.

– Ну, а жених твой чего? Так и ждёт в Смоленске?

– Ждёт.

– А позвонить не судьба? Кстати, тебя не убили, ты вполне живая, у тебя руки тёплые.

Пиво имело странный вкус, Снежана не могла определить ячменное оно или ржаное, а может, из проса. На дворе князя Славомира пиво варили из зерна и мёда, добавляли травы, ягоды, а это пиво горчило и было хмельным, как забродивший мёд. Захотелось спать, а с языка стали срываться вопросы, какие девице задавать позорно:

– А почему у тебя борода не растёт? А почему ты без хозяйки живешь? А почему пиво с полынью? У меня со вчерашнего дня маковой росинки во рту не было, а есть не хочу, вот это почему?

– Ты закусывай. Давай я тебе креветку почищу, – Влад, не знал, что его гостья из того времени, где в пиве древних славян было не больше одного градуса, поэтому захмелевшая Снежана удивляла и смешила одновременно.