Выбор Фатаны - София Бёрк
Валери дала ей перейти дорогу и только потом пошла следом.
Беатрис выбрала то же кафе, что и обычно. Заказала салат, кофе и села за небольшой столик у стеклянного ограждения. Вокруг гудел торговый центр: люди с пакетами, дети, музыка из магазинов, звяканье посуды. Магией здесь можно было воспользоваться разве что при большом желании попасть в вечерние новости.
Именно поэтому Валери выбрала это место. Перед тем как войти, она достала из кармана маленький пузырек и выпила содержимое одним глотком.
Зелье оказалось мерзким даже по ее собственным меркам. Валери поморщилась, спрятала пустой пузырек и направилась к столику.
Беатрис заметила ее только тогда, когда Валери отодвинула свободный стул и села напротив.
Женщина поперхнулась кофе. Валери осталась довольна произведенным эффектом.
Не каждый день удавалось добиться от Беатрис настолько живой реакции.
Та поставила чашку и несколько секунд просто смотрела на нее. Удивление быстро сменилось настороженностью.
— Ты совсем сошла с ума?
— Возможно. Я пришла поговорить.
Беатрис оглянулась.
Валери тоже посмотрела вокруг. За соседним столиком мужчина кормил картошкой маленькую дочь, чуть дальше две девушки фотографировали десерт, мимо непрерывно проходили покупатели.
— Не советую, — спокойно сказала Валери. — Слишком много свидетелей.
Беатрис медленно вернула взгляд к ней.
— Алиша тебя ищет.
— Знаю.
— Тогда зачем ты пришла ко мне?
Вот теперь Валери слегка улыбнулась.
— Потому что хочу задать тебе несколько вопросов. Например, ты когда-нибудь задумывалась, почему Алиша выглядит моложе твоей дочери?
Лицо Беатрис изменилось едва заметно. Этого хватило.
— Осторожнее.
— Хорошо. Тогда другой вопрос. Ты знаешь, откуда она берет силу?
— Валери.
— А куда исчезают ведьмы, которые проводят с ней закрытые ритуалы?
Беатрис отодвинула чашку.
— Если ты пришла распространять сплетни…
— Я пришла рассказывать правду.
— Разумеется.
Недоверие было ожидаемым. Именно поэтому Валери заранее подготовилась. Она достала из кармана пустой пузырек и поставила на стол между ними. Беатрис посмотрела на него. Потом снова на Валери. На этот раз выражение ее лица изменилось сильнее. Она узнала запах.
— Ты выпила зелье правды?
— Перед тем как войти сюда.
— Зачем?
— Чтобы ты не тратила наше время, обвиняя меня во лжи.
Теперь Беатрис молчала.
Зелье не заставляло человека говорить. Оно было устроено гораздо проще и потому ценилось ведьмами куда больше дешевых чар принуждения: пока действовал состав, выпивший его физически не мог сознательно произнести ложь. Можно было промолчать, уйти от ответа, подобрать слова. Но сказать то, что считаешь неправдой, — нет.
Беатрис прекрасно это знала. Валери наклонилась чуть ближе.
— Алиша не собирается делать ведьм единой силой Ньюворна. Ей плевать на единство ковена. Она использует его.
Беатрис побледнела.
— Замолчи.
— Зачем? Ты ведь можешь сейчас встать и уйти. Можешь вызвать ее людей. Я не стану тебя останавливать, но сначала спроси меня.
— О чем?
— О том, что она делает с ведьмами.
Несколько секунд Беатрис не двигалась. Потом все-таки спросила:
— Что она делает?
Валери перестала улыбаться.
— Забирает их силу.
Беатрис смотрела на нее неподвижно.
— Не сразу и не настолько много, чтобы это было очевидно. Особенно у молодых. Особенно у тех, кому можно объяснить слабость последствиями ритуала, переутомлением или неправильным восстановлением. Но сила не исчезает. Она переходит к Алише.
— Это невозможно.
— Возможно.
Зелье позволило произнести ответ без малейшей заминки. И Беатрис это услышала.
— Зачем?
— Потому что она боится стареть.
На этот раз Валери дала словам немного повисеть между ними.
— Алиша алчная, эгоистичная женщина, помешанная на собственной молодости. Ее интересует не будущее ведьм. Ее интересует собственное. Она хочет жить дольше, оставаться молодой и становиться сильнее. А платит за это ковен.
Беатрис смотрела на нее уже иначе. Не поверила. Пока нет.
Но прежней уверенности в ее глазах тоже больше не было.
Валери именно этого и добивалась.
— Ты была рядом с ней дольше многих, — продолжила она. — Поэтому я пришла к тебе первой. Не верь мне. Вспомни сама. Кто за последние годы ослаб? Кто перестал появляться на собраниях? Кто после личных ритуалов с Алишей внезапно решил отойти от дел? И самое главное — почему сама Алиша за это время почти не изменилась?
— Ты понимаешь, в чем ее обвиняешь?
— Да.
— И понимаешь, что я обязана сообщить ей, что ты здесь?
— Конечно.
Валери откинулась на спинку стула.
— Можешь сделать это прямо сейчас.
Беатрис не потянулась за телефоном. Валери заметила.
— Я не прошу тебя переходить на мою сторону, — сказала Валери уже спокойнее. — И не предлагаю предать Алишу. Просто проверь то, что я сказала. Ты достаточно близко к ней, чтобы суметь это сделать.
Беатрис молчала. Перед ней остывал кофе. Салат оставался почти нетронутым.
Валери понимала, что задерживаться нельзя. Зелье еще действовало, но именно поэтому продолжать разговор было опасно. Беатрис могла задать вопрос, на который Валери не хотела отвечать, и тогда пришлось бы либо молчать, либо сказать правду. Кроме того, первый удар уже был нанесен. Если продолжить давить, женщина просто закроется.
— И еще одно. Когда начнешь проверять, никому не говори. Особенно Алише.
— Почему я должна тебя слушать?
— Не должна.
Валери поправила куртку.
— Но если я вру, ты ничего не найдешь. А если не вру, лучше, чтобы Алиша не знала, что ты ищешь.
Она поднялась и, не дожидаясь ответа, отошла от стола. Задерживаться было опасно. Беатрис могла в любой момент прийти в себя, вспомнить о своих обязанностях