Лечение измены от полковника - Елена Ткачева

Марат помрачнел, его челюсть напряглась. Было очевидно, что он чувствует себя лишним в этом коротком диалоге, вытесненным из пространства, которое раньше принадлежало только ему.

— Надежда, нам нужно поговорить, — тихо сказал Марат, стараясь вернуть привычный властный тон. — Пойдем в сторону балконов, там тише.

Она почувствовала, как рука полковника чуть ослабила хватку, давая ей возможность самой принять решение. В этот миг она поняла: теперь именно она решает, куда идти и с кем остаться.

— Позже, Марат, — ответила она, глядя прямо в глаза бывшему мужу. — Сейчас я занята разговором с полковником. Удели лучше внимание своей спутнице .

Марат замер, не в силах скрыть изумления. Его губы слегка приоткрылись, а взгляд стал растерянным — он привык слышать от Надежды иные формулировки, более мягкие и извиняющиеся. Однако теперь перед ним стояла женщина, которую он не узнавал, и это беспокойство быстро сменилось глухим раздражением.

Громов, почувствовав перемену в настроении Марата, едва заметно усмехнулся. Он развернул Надежду, уводя её в сторону бара, чтобы оставить Марата одного посреди зала, где на него уже начали обращать внимание заинтересованные гости.

— Вы справились лучше, чем я ожидал, — произнес полковник, когда они оказались в относительной тени. Он заказал для неё напиток, даже не спрашивая предпочтений, и поставил бокал перед ней на стойку.

Надежда взяла бокал, чувствуя, как пальцы всё ещё слегка дрожат от пережитого напряжения. Она сделала маленький глоток, ощущая обжигающий холод жидкости.

— Это было… странно, — призналась она, глядя на своё отражение в зеркальной поверхности бара. — Я видела его растерянность. Он действительно не ожидал этого от меня.

— Он не ожидал, что вы перестанете быть его тенью, — Громов встал рядом с ней, так что она могла чувствовать тепло его плеча. — Теперь он будет пытаться вернуть вас любыми способами: извинениями, подарками или даже угрозами. Будьте готовы к тому, что завтра он станет самым заботливым мужем в мире.

Надежда горько усмехнулась и поставила бокал обратно на стойку.

— И что мне делать, когда это произойдет?

— Помнить этот момент, — Громов склонился к её уху, понизив голос до шепота. — Помнить то чувство власти над ним, которое вы ощутили сейчас. Это чувство сильнее любви и гораздо надежнее.

Надежда замерла, впитывая его слова. В этот момент всё вокруг отошло на задний план. Остался только этот холодный, трезвый голос, который предлагал ей замену разбитому сердцу.

— Что вы этим хотите сказать? — спросила она, поднимая на Громова взгляд.

— Я хочу сказать, что вы больше не обязаны быть жертвой. В отношениях всегда кто-то ведет, а кто-то следует. До сих пор вы были ведомой. Теперь правила меняются.

Она посмотрела в сторону Марата, который всё ещё стоял в центре зала, разговаривая с коллегами , но время от времени с тревогой оглядываясь в её сторону. Он выглядел потерянным, лишенным привычной опоры в её молчаливом согласии.

— Мне кажется, он сейчас попытается подойти к нам снова, — тихо заметила Надежда, чувствуя, как внутри неё растёт странная уверенность.

Громов даже не обернулся. Он продолжал смотреть на неё с тем же непроницаемым выражением лица, словно всё происходящее было лишь частью заранее заготовленного плана.

— Пусть подходит. В этот раз вы сами решите, что ему ответить. Помните: правда — это всего лишь инструмент. Используйте её так, чтобы победить.

Марат подошел к ним спустя несколько минут, когда Надежда уже почти привыкла к ощущению чужой руки на своей талии. Его лицо, обычно гладкое и уверенное, теперь напоминало измятый лист бумаги; в уголках губ застыла нервная, вымученная улыбка.

— Надежда, дорогая, может, мы всё же отойдем? — он попытался взять её за локоть, но Громов чуть плотнее прижал её к себе, не давая сократить дистанцию. — Мне нужно обсудить с тобой кое-что важное, касающееся нашего семьи.

Надежда почувствовала, как её тело откликнулось на жест полковника. Она больше не пыталась отстраниться; напротив, она почти неосознанно прильнула к его сильному плечу, вдыхая запах дорогого табака и металла. Этот запах давал ей защиту, которой ей так не хватало в последние недели.

— Сейчас не подходящее время, Марат, — ответила она, глядя прямо в его расширившиеся от удивления глаза. — Мы с полковником Громовым обсуждаем интересную тему.

Марат побледнел. Его пальцы судорожно сжались в кулак.

— Странно — это то, что ты делал за моей спиной все эти месяцы, — спокойно перебила его Надежда. — А сейчас всё выглядит именно так, как должно быть.

Громов слегка сжал её талию, и по спине женщины пробежала волна жара. В этом жесте не было ничего лишнего, но в нём читалась такая открытая собственническая уверенность, что Марат окончательно растерялся. Он переводил взгляд с жены на полковника, ощущая, как почва уходит у него из-под ног.

— Пожалуй, нам действительно стоит поговорить наедине, — ровным голосом произнес Громов. — Марат, вас ждет ваша спутница. Кажется, она не довольна что вы ее оставили.

Марат открыл рот, чтобы возразить, но заметил за спиной полковника недовольное лицо своей любовницы. Его плечи опали; он понял, что проиграл этот раунд еще до того, как успел вступить в бой.

— Хорошо, — выдавил он, отступая на шаг назад. — Но мы еще поговорим Надежда.

— Завтра уже будет поздно для некоторых разговоров, — ответила Надежда. Она проводила его взглядом до тех пор, пока он не скрылся в толпе гостей. Только тогда она позволила себе глубокий вдох и расслабиться в руках Громова