До тебя одна песня - Лорена Шефер
– Значит, репортаж будет максимально успешным, – повторил Мило слова Фионы.
Я кивнула, хотя не имела ни малейшего представления, как мне это сделать. Но даже за короткое время я успела кое-чему научиться у Фионы: нужно вести себя профессионально, независимо от того, что происходит.
– Да, конечно, – твердо проговорила я, с вызовом глядя ему в глаза. Пусть я и не понимаю, почему он выбрал меня, но я докажу и ему, и Фионе, на что способна!
– Хорошо. Жду с нетерпением! – улыбнулся мне Мило.
Внутри у меня что-то перевернулось, но виду я не подала. Ведь я журналист, а значит, умею контролировать свои эмоции. Мило Брикс – звезда, он прекрасно знал, какое впечатление производит его «улыбка на миллион», и пользовался этим по полной программе. А я не собиралась вступать в ряды его поклонников, а просто хотела делать свою работу. Ни больше и ни меньше.
– До встречи, – кивнула я.
Мило улыбнулся и вышел из конференц-зала. Когда он скрылся за углом, я застонала и опустила голову на стол.
Минуту спустя рядом со мной послышался шелест.
– Как все прошло? – взволнованно протараторила Клеа. – Какой он?
– Прошло не совсем так, как представляла себе Фиона, – ответила я, не поднимая головы. – Теперь я буду писать о нем статью.
– Что ты сказала? Ничего не понимаю.
Я выпрямилась:
– Мило Брикс настоял на том, чтобы я написала о нем статью.
Клеа пожала мою руку, взвизгнув:
– Невероятно! Вот тебе повезло!
– Не думаю, – сказала я, хватаясь за голову. – Кажется, с такой задачей ко мне стоит обращаться в последнюю очередь. Дай мне дискуссию «за и против» по поводу нового законопроекта правых или анализ ветхого состояния шоссе в Великобритании. По таким темам можно собирать и анализировать факт, в этом я сильна. Но портрет знаменитости?
– Мы справимся! – утешила меня Клеа. – А уж фактов о Мило предостаточно! Могу тебе назвать каждый в отдельности!
Я с благодарностью пожала ее руку.
– А теперь скажи наконец! – нетерпеливо затеребила она меня. – Ну какой он?
– Немного высокомерный. Не думаю, что он часто слышит «нет». – В памяти всплыл взгляд Мило, и от этого снова потянуло где-то в животе. – Почему он решил, что именно я должна написать эту статью? – спросила я. – Ерунда какая-то! Ведь как раз из-за меня он попал в эту историю.
– Может быть, это я ему подсказала… – задумалась Клеа. Потом, щелкнув пальцами, она восторженно поглядела на меня: – Точно! Можешь сказать мне спасибо!
– Что ты имеешь в виду?
– Я встретила их на ресепшене и рассказала, что это был твой первый раз и как все ужасно прошло.
– Что ты рассказала? – удрученно переспросила я.
Но Клеа уже не слушала.
– Просто он очень добрый. Такой, каким мы его видим в интервью. Он хочет помочь тебе все исправить, чтобы твой первый раз запомнился положительно.
– Клеа, ты так и сказала – «первый раз»? – уточнила я.
Клеа кивнула и опять радостно просияла:
– Можешь не благодарить.
Снова уронив голову на стол, я застонала. Еще неизвестно, чем все это закончится.
Мило
– Что это было, черт возьми? – Ли был в гневе. Закрыв за собой дверцу микроавтобуса, он плюхнулся на сиденье рядом со мной. – Почему ты взял все на себя? Почему отказался переговорить?
Я вздохнул:
– Мы получим крутую рекламную кампанию, и в то же время мне не придется таскаться с Фионой Бартон. Я бы назвал это взаимовыгодным сотрудничеством для всех сторон. – Ища поддержки, я перевел взгляд на Меган.
– Успокойся, Ли, – поддержала меня Меган. – «Селебритан» теперь будет из кожи вон лезть, чтобы подготовить репортаж. Чем комфортнее будет при этом Мило, тем лучше для результата.
– Именно так, – согласился я.
Но Меган неодобрительно цокнула языком:
– Я еще не закончила. Ли тоже прав. Прежде чем принять решение, ты должен был посоветоваться с нами, Мило. Мы хотим добиться для тебя наибольшей выгоды, но это возможно, только если мы понимаем твои намерения. – Ее взгляд смягчился.
Я знал, что они хотят для меня лучшего, но принимать решение самостоятельно оказалось очень приятно.
Вообще-то наши роли были четко разделены. Я имел решающий голос во всем, что касалось песен, они принимали решения по вопросам выхода на рынок, общения с прессой и вообще по всем делам. Так я мог сосредоточиться на том, что по-настоящему важно для меня, – на музыке.
Мы с Меган то и дело спорили, какую информацию можно использовать, а какую нет. При этом она знала, как для меня важно сохранить в тайне личную жизнь, и работала с мелкими подробностями, которыми, согласовав со мной, дозированно снабжала общественность, чтобы создать мой положительный образ.
«Покажи им столько, сколько нужно, чтобы вызвать доверие, но сохраняй границы» – вот девиз Меган. Во всех остальных вопросах меня подстраховывает Ли. Он представляет мои интересы от имени звукозаписывающей компании и знает меня как облупленного. Мы прошли весь путь вместе, и он всегда был моей опорой. Столько звезд теряют связь с реальностью, но есть те, кто по-прежнему крепко стоит на ногах, и с ними нас объединяет вот что: они работают с людьми, которые были в их жизни еще до того, как к ним пришла слава.
– Прости, друг, – сказал я, примирительно протягивая ему руку. – В следующий раз обязательно обсудим вместе.
Ли хлопнул по моей ладони, и мы улыбнулись друг другу. Он и правда для меня как старший брат.
Меган удовлетворенно закивала:
– Ну ладно, с этим разобрались. – Она принялась листать что-то в телефоне. – Следующий пункт программы – радио Би-би-си. Мило, вот еще раз список вопросов, которые я одобрила.
Ли добавил:
– Ты знаешь, что для нас важно. Новый альбом выходит первого декабря, и мы, разумеется, рассчитываем занять первое место в рождественских хит-парадах! Весной начинается твое турне по Европе, США и Канаде.
Я кивнул и попытался сосредоточиться на вопросах. За последние годы моя жизнь сильно переменилась, и мысли порой не успевали держать этот темп. Совсем недавно я был никому не известным парнем, загружал свои песни в интернет и мечтал, что когда-нибудь напишу настоящий хит. И вот я сижу в тонированном микроавтобусе и обсуждаю с Меган и Ли новый альбом и предстоящее турне через полмира.
Передо мной всплыло лицо Квинн и ее проницательный взгляд. Я сказал Фионе и Ли не всю правду. Конечно, я рад, что меня не будет сопровождать Фиона Бартон, но есть еще кое-что – любопытство, а этого я уже давно не испытывал ни к одной женщине. Обычно, когда я знакомился с людьми, то не подпускал их слишком близко. Они узнавали музыканта, выступающего на сцене, но настоящий Мило был скрыт от них. Пресса сбивалась с ног, пытаясь разгадать меня, а я таким способом справлялся с новой жизнью.
– Мы на месте, – прервала мои мысли Меган, когда микроавтобус затормозил перед зданием радиостанции.
Глубоко вздохнув, я вытеснил Квинн из своих мыслей. Ближайшие недели очень важны для моей