Клон. Запоздавшее счастье - Габриэлла Лопез

Да, было очень похоже, что она поспешила с замужеством, поторопилась с выбором нового суженого. Педриньу пленил ее своей застенчивостью, подкупил скромностью, очаровал предельным миролюбием характера, исключительным спокойствием. Но у этих качеств была и обратная сторона, и она не замедлила проявиться сразу после свадьбы, хотя Мел довольно долгое время честно старалась не обращать на это внимания.

Какое-то время ее выручала учеба. В институте можно было свободно поболтать и пообщаться с товарищами. Но Мел учиться заканчивала, собиралась посидеть с ребенком и только потом, позже, искать работу. Значит... Значит, ее положение совсем безнадежно и беспросветно.

Позвонила Моника, не оставляющая Мел без внимания. Та очень обрадовалась, услышав голос верной подруги.

— Ну как ты там? Совсем носа не кажешь!

То, что Моника стала так редко звонить, давно уже казалось сообразительной Мел подозрительным.

— Работа, — безмятежно отозвалась подруга.

— Работа?! — с ходу возмутилась Мел. — Да брось! Это не объяснение. Насколько я тебя помню, ты всегда работала в этом детективном агентстве, но так занята не была никогда. Что происходит? Ты от меня что-то скрываешь?

Смущенная Моника ясно осознала, как глупо звучат ее объяснения и нелепо выглядят исчезновения. Все это шито белыми нитками, и любой здравомыслящий человек моментально догадается, что дело нечисто. Начнет строить предположения, выдвигать версии, анализировать все происходящее и, в конце концов, докопается до истины. Не так уж сложно. Тем более для такой смышленой женщины, как Мел.

— Видишь ли, — осторожно начала Моника, — мне не хотелось бы рассказывать раньше времени... Но я влюбилась... Прямо сама себя не узнаю!

— Да? — искренне обрадовалась за подругу Мел. — Так это же просто отлично! Я очень рада за тебя! Надеюсь скоро погулять на твоей свадьбе.

— Ну, до этого пока что далеко!

— А ты меня познакомишь со своим избранником? — не отставала от подруги успокоившаяся Мел.

Ей страшно хотелось выпытать все подробности. Женщины всегда проявляют неумеренное любопытство и горячий интерес, когда речь заходит о любви. Это самая интригующая и привлекающая их тема, испокон веков занимающая в сердце любой женщины главное место.

— Ну конечно, — неуверенно отозвалась Моника, испытывающая огромное желание как можно быстрее закончить этот разговор, который казался ей преждевременным. — Только немного позднее, хорошо? Но я позвонила тебе по совсем другому делу. Оно касается твоей матери.

— Мамы? — тотчас снова напряглась Мел. — Вашему агентству удалось что-нибудь узнать?

— К сожалению, нет, — вздохнула Моника. — Но этот человек... с которым я встречаюсь... он знает твою мать. Только не задавай мне пока лишних вопросов, ладно? Это все потом, позже. Ты все узнаешь. А сейчас... Он просил меня передать тебе, что твою мать неплохо знал один старик по имени Педро из фавелы. Майза вместе с ним занималась планом похищения Жади и Кадижи. Ты, наверное, слышала о нем.

— Да, немного, — ответила удивленная Мел. — Но я не знала, как его зовут. И что же дальше?

— Мой знакомый предполагает, что этот самый Педро может знать, где твоя мать. Где его найти, я тебе расскажу.

— А разве он скажет мне об этом, даже если знает? — вполне логично возразила Мел.

— Нужно попробовать, — настаивала Моника. — Если у тебя не получится, тогда задело возьмется мой знакомый. Но все-таки попытайся разжалобить этого старика, расскажи ему, как давно ты ищешь мать, как любишь ее... Ну, и все такое прочее. Хотя... — Моника помолчала, — видишь ли, я вовсе не уверена, что тебе стоит ехать одной в эту фавелу. Это небезопасно. Весьма сомнительное место. Тот еще райончик... Мой знакомый явно недооценил всех опасностей и подводных течений и рифов. Мы с тобой отправимся туда вместе.

— Со мной поедет Педриньу, — заявила Мел. — Это куда надежнее и лучше во всех отношениях.

Но Моника достаточно хорошо изучила своего брата и трезво оценивала его возможности.

— Педриньу для таких дел не годится! — холодно отрезала она. — Пусть лучше чертит свои домики на бумаге! Вообще все, что на бумаге, у него получается намного удачнее, чем в жизни. Отправимся прямо завтра! Я заеду за тобой после работы. Жди. И не волнуйся! Все будет отлично! Я это тебе обещаю. Я чувствую.

Моника повесила трубку.

Мел грустно опустила голову, сидя на стуле возле телефона, и горько задумалась.

Гастроли Сесеу по Штатам продолжались долго, больше месяца. Группу встречали хорошо, кое-где прямо-таки на ура. Она потихоньку, но уверенно завоевывала признание и любовь американцев. И музыканты торжествовали. Уж если они сумели приобрести симпатии в стране, где всегда были столь сильны и могучи традиции рока, то, значит, они не так уж плохи, им есть чем гордиться, и они вполне могут рассчитывать на дальнейшие успехи и овации.

О группе Сесеу писали газеты и журналы. О них делали передачи на телевидении. Их песни стали часто передавать по радио. У музыкантов брали интервью. А фотографий и вообще было море. В залах, где выступал коллектив, то и дело мерцали фотовспышки.

Появились и фанатки, сопровождающие группу в турне. Эти порой пугающие своими выкриками и прыжками во время выступлений девушки, одержимые, ничем не занимающиеся, кроме как обожанием избранной ими группы, всецело подчинившие собственное существование жизни и ритмам в прямом смысле этого слова, и графику концертов своих любимцев, — они производили весьма смутное и довольно сложное, отнюдь не самое приятное впечатление. Но, тем не менее, музыканты Сесеу и даже он сам, не признаваясь в том друг другу, страшно обрадовались появлению фанаток, ведь это верный признак несомненного успеха. Члены группы гордились их присутствием и их преданностью, искали в зале их лица, прислушивались к их пению в такт песням. Бразильские музыканты стали признанными кумирами. А это всегда приятно.

Начались маленькие романчики и небольшие увлечения. Девушки нередко нагло вваливались в гостиницы, где останавливались музыканты, - бесцеремонно ломились прямо в номера и нередко туда пробивались, несмотря на стойкое сопротивление работников отелей.

— Никого не пускать! — грозно бросал всякий раз на ходу Сесеу.

Но при этом он втайне мечтал, чтобы эти полубезумные девицы вновь высадили дверь или заколотили в нее изо всех сил ногами, как произошло неделю назад