Эдера 3 - Мирослав Вячеславович Адамчик

— В общем-то, да, — пришлось призваться Андреа.

— Но вы, кажется, друг Сальвадора?

— Дружбой это назвать можно с большой натяжкой, мы знаем друг друга не так давно и, честно признаться, попал я к вам сюда случайно.

— Но где-то я уже видела ваше лицо, — прищурилась так же, как и ее отец, девушка, и Андреа сразу понял, что она близорука, отсюда и Такая обезоруживающая беспомощность ее взгляда, который не может различить деталей.

И тут смолкла громовая электронная музыка. На балконе послышалось тихое звучание скрипки, ее мелодию подхватила виолончель, а следом зазвучал клавесин. Это было так неожиданно, так прекрасно, что Андреа растерялся, замолчал.

Стихли внизу голоса гостей. Казалось, дом обезлюдел, и только негромкая чудесная музыка плыла в пустом помещении.

Андреа подал руку Лауре, и они закружились в медленном танце одни на всей галерее. Мимо них проплывали мраморные скульптуры, полотна картин, кованые перила ограждений. Андреа смотрел в глаза Лауре и читал в них безошибочно все то, что происходило в душе девушки. Ему страстно захотелось быть актером, режиссером, писателем, на худой конец продюсером, лишь бы только оказаться поближе к ней.

Но нужно было признаваться и он, отведя глаза в сторону, сказал:

— Я занимаюсь производством зубной пасты.

— Зубной пасты? — повторила девушка так, как будто в этих словах ей слышалась мелодия трогательной песни.

— Это не так уж интересно, — попробовал ее урезонить Андреа.

Но глаза Лауры уже мечтательно блестели.

— Я просто восхищена вашим занятием, сеньор Давила. Мне еще никогда не приходилось иметь дело

с такими людьми. Вокруг одни актеры, режиссеры, сценаристы, продюсеры — и каждый норовит оказаться ко мне поближе, втереться в доверие, чтобы отец дал деньги на его фильм. А вы чудесный человек, вам попросту не может ничего понадобиться от меня.

— Вы так уверены? — улыбнулся краешком губ Андреа Давила.

— Ничего того, чего бы мне не хотелось вам дать, — залившись румянцем, произнесла Лаура.

Было сразу видно, что девушка не привыкла кривить душой, что она любит высказываться прямо и недвусмысленно. Но при всем том в ее поведении не было наглости и развязности. Чувствовалось тонкое воспитание и умение уважать своего собеседника.

Сами того не заметив, молодые люди оказались в дальнем конце галереи — там, куда не доставал свет, ярко заливавший зал. Они находились словно на островке полумрака. Они видели всех, находящихся внизу, а их не видел никто.

Андреа ощутил, что впервые за последние годы чувствует себя растерянным, находясь наедине с девушкой. Он ощутил, как подрагивают его пальцы, как спазм перехватывает горло.

— По-моему, мы танцевали, — осторожно напомнила Лаура, пригибаясь, чтобы выскользнуть из-под руки Андреа.

А он не стал ее останавливать. Девушка замерла, нагнув голову. Ее длинные темные волосы, словно занавеска, отгородили от Андреа ее необычайно бледное лицо. Но все равно, сеньор Давила помнил его в мельчайших подробностях.

Он нежно прикоснулся кончиками пальцев к подбородку Лауры, и девушка посмотрела ему в глаза.

— Ты уже знаешь, что я хочу сказать тебе? — спросил он.

— Да, можешь не говорить, я уже услышала это. — А что ответила мне ты?

— Я еще не знаю, но, кажется, я слышу.

Андреа полуприкрыл глаза.

— Я слышу твой голос, который шепчет мне...

— Что он шепчет тебе?

— Я знаю, чего ты хочешь, — негромко произнес Андреа Давила и коснулся своими губами губ Лауры.

Та даже не сопротивлялась, когда он стал целовать ее. Она запрокинула голову, подставляя для поцелуев шею — длинную и до нереальности белую. Тонкая синяя жилка пульсировала под натянутой кожей. Их пальцы переплелись, и Андреа почувствовал, как острые ногти Лауры впились в его ладонь.

Девушка беззвучно застонала и, поведя плечами, прижалась к его груди. Он целовал ее в пушистые темные волосы.

Наконец, отыскал губами пушистую мочку уха и не-, сильно сжал зубами. Лаура вскрикнула и сладострастно зажмурилась.

— Мне щекотно, — сказала она.

— А я этого и хотел.

И тут у себя за спиной Андреа Давила услышал осторожные шаги. Не выпуская Лауры из своих объятий, он обернулся. На галерее стоял Сальвадор Маньоли и в растерянности смотрел на своего приятеля.

Лаура виновато улыбнулась ему.

— Я думаю, прятаться уже бесполезно, — сказала она, когда Сальвадор готов был уйти.

— Честно говоря, я пришел сюда не один, — Сальвадор скосил глазами, показывая на край галереи, под прямым углом уходящий в сторону.

Лаура отстранилась от Андреа и проследила взглядом за взглядом Сальвадора. Там, опираясь на поручни, стоял ее отец. Он не смотрел в сторону дочери, а делал вид, будто высматривает кого-то среди своих гостей.

Сальвадор всем своим видом показывал, что конечно же, сеньор Ланкони видел то, как Андреа и Лаура целовались.

— Давай уйдем отсюда, — приложив палец к губам, прошептала Лаура.

— Но нас видели, — пытался образумить ее Андреа..

— Ну и что! — и она на цыпочках двинулась в коридор, уходящий вглубь дома.

Остановившись под светильником, Лаура поманила к себе пальцем Андреа.

— Ну же!

Тот сделал несколько нерешительных шагов, а затем, когда отец Лауры исчез из виду, почти побежал к девушке. И вновь они поцеловались.

— Тебе не кажется, — переведя дыхание, спросила Лаура, — что все происходит слишком быстро, без соблюдения условностей.

— К чему они?

— Не знаю, но вроде бы так принято.

— У кого? — спросил Андреа.

— У всех остальных.

— А ты что, не считаешь себя лучше?

— Считаю.

— Значит, тебе и не нужны условности.

Незаметно для самих себя Андреа Давила и Лаура Ланкони перешли на «ты». Случилось так, что они не показывались на глаза гостям до самого вечера, когда дом уже опустел. Они просидели в библиотеке, говоря о всяких пустяках, избегая говорить о главном. Перед тем, как расстаться, они условились встретиться завтра утром.

А уже ровно через неделю Андреа Давила сделал официальное предложение Лауре Ланкони. Нельзя сказать, чтобы ее отец был в восторге от этого предложения, хотя и предвидел его. На всякий случай, он приставил к Андреа Давила двух частных детективов, которые следовали за ним повсюду по пятам и собирали о нем всю информацию. Не скрылось от них и прошлое Андреа, когда он был женат на Эдере.

Если первые дни во время слежки Андреа пытался