Эдера 3 - Мирослав Вячеславович Адамчик

Андреа пожал плечами.

— Вполне Возможно, но хватит об этом, мне надоели упреки.

— Ах, ты, Андреа, еще и упрекаешь меня, когда я хочу узнать правду, всего лишь правду?

— Да не упрекаю я тебя, Лаура, мне просто надоели все эти разговоры.

Слезы уже давным-давно высохли на щеках Лауры. Она повернулась к зеркалу и будто ненароком взглянула на свое отражение, проверяя, не растрепалась ли ее прическа. Выглядела Лаура просто блестяще и это вернуло ей присутствие духа.

— Скажи, Андреа, а она хоть хороша собой, эта твоя шлюха?

— Ты же видела ее на фотографии.

— Фотография — это одно, а в жизни совсем другое. Так хороша она или нет?

— Она...

Андреа подыскивал слова, но ничего толкового ему не приходило на ум. Андреа конечно же понимал, что Эдера во многих отношениях лучше, чем Лаура, но он хотел найти такие слова, чтобы сказать правду и в то же время не обидеть свою невесту.

— Так отвечай, отвечай же скорее, я жду! — вновь топнула ногой Лаура.

Это движение было для нее привычным, ведь она выросла в роскоши и привыкла повелевать многочисленными слугами в доме своего отца. И иногда она теряла контроль над собой и даже на близких людей позволяла себе топать ногами. Правда, все знакомые знали об этой ее привычке и не придавали ей большого значения. Да и Лаура сама часто извинялась, виновато заглядывала в глаза кому-нибудь из обиженных друзей.

— Ну извини, извини меня, — говорила девушка, — понимаешь, это привычка детства, я ничего с собой не могу поделать.

— Да ладно, я уже забыл об этом, — обычно слышала она в ответ.

— Так вот, — взглянула в глаза своего жениха Лаура, — если быть абсолютно откровенной, то я согласилась поехать с отцом только для того, чтобы у тебя было время одуматься, а у меня было время, чтобы забыть обо всем, что ты натворил.

— Спасибо тебе, Лаура, я постараюсь оправдать твои пожелания.

— Постарайся.

Лауре хотелось, чтобы Андреа подошел сейчас, обнял за плечи и нежно поцеловал ее, но мужчина оставался стоять на месте. А чувство собственной гордости не позволяло ей подойти к Андреа первой, привстать на цыпочки и коснуться губами его щеки.

Вот так они и стояли некоторое время, пока наконец на губах Андреа не появилась улыбка, и он сделал первый шаг.

Лаура тут же бросилась ему на шею. Ответный поцелуй Лауры показался Андреа на удивление пресным и деланным.

Все те дни, пока сеньор Ланкони и его дочь находились в поездке, Андреа вел себя так, как и обещал вести. Он даже спешил перейти на другую сторону улицы, если навстречу ему шла привлекательная девушка. Он старался пореже встречаться с Сальвадором Маньоли, опасаясь, что тот подобьет его на какой-нибудь разврат или для начала затащит в ресторан, напоит и подложит ему в постель одну из своих многочисленных девиц. Потому он старался общаться со своим приятелем только по телефону.

И вот, когда уже Андреа точно знал день приезда Лауры, Сальвадор предложил ему пари.

— Я утверждаю, что на твое предложение выйти замуж Лаура снова скажет «да».

— Она обязательно откажется, — предположил сеньор Давила.

— Да ты что? Этого не может быть!

— Ты плохо знаешь сеньора Ланкони. Он для того увез Лауру, чтобы она забыла меня.

— Это я плохо знаю сеньора Ланкони? — рассмеялся Сальвадор. — Да я его знаю, как облупленного. Это редкостный пройдоха и ужасный циник. Он настолько изворотлив в делах, что я знаю считанных бизнесменов и продюсеров, способных с ним потягаться. К тому же, в судах он не проиграл ни одного процесса, хотя больше половины дел казались безнадежными. Он умеет общаться и с адвокатами, и с прокурорами, а судьи все его друзья.

— Тогда я тебя не понимаю, Сальвадор, почему ты утверждаешь, что Лаура согласится, если он такой страшный человек?

— А вот Лаура еще страшнее, чем он. Она как топнет ногой, отец сразу и замолчит. Да и к тому же, она, влюбившись в тебя, стала глупа, как крышка вот этого стола, — и в телефонной трубке раздался глухой стук.

— Пари принимается, — мрачно сказал Андреа и повесил трубку.

И вот настал день, когда Лаура сообщила тайком Андреа, что ее отец готов принять его. Андреа послал официальное уведомление сеньору Ланкони, надел свой самый лучший костюм и направился в дом сеньора Ланкони. По дороге он приобрел сногсшибательный букет роз.

Цветы конечно же произвели впечатление на сеньора Ланкони. Его лицо сморщилось, как будто бы Андреа ткнул колючими розами ему прямо в нос. Зато Лаура расцвела от счастья и спрятала лицо в благоухающем букете.

— Ну и хитер ты, — прошептал на ухо своему будущему зятю сеньор Ланкони, и они втроем поднялись в кабинет хозяина дома.

Он уселся за свой письменный стол, а Лаура и Андреа устроились в кожаных креслах напротив. Они напоминали напроказивших школьников перед строгим учителем. Но по лицу отца Лауры сразу можно было догадаться, он готов простить Андреа его шалость. Но требовалось соблюсти все условности, и сеньор Ланкони стал задавать вопросы:

— Ты себя хорошо вел, Андреа?

— Да, сеньор, — подыгрывая ему, отвечал Андреа.

— Ты не встречался ни с кем из тех, с кем тебе не следовало встречаться?

— Да, сеньор?

Но сеньор Давила тут же понял всю нелепость своего ответа и тут же, спохватившись, выпалил:

— Нет.

Лаура засмеялась.

— Ты скучал по моей дочери?

— Конечно, сеньор.

— Посмотришь на тебя, так ты святоша, но меня не проведешь, — и отец Лауры погрозил пальцем в сторону сеньора Давила, — я и сам был молодым и прекрасно понимаю, что все, что ты сейчас говоришь — чистая ложь.

— Нет, сеньор, я и впрямь обходил все искушения как мог.

— Значит, ты говоришь, обходил все искусы? И как они тебе понравились?

Андреа спохватился, поняв двухсмысленность своего ответа. 

— Сеньор, я не совсем правильно выразился. Все эти дни я только мечтал о том дне, когда Лаура вернется в Рим.

— Ну что ж, похвальное желание, если только ты говоришь мне правду.

— Спасибо, сеньор, за поддержку.

— Итак, Андреа, ты прекрасно понимаешь, что совершил страшный поступок.

—