Клятвопреступники. Как распря потомков Карла Великого создала средневековую Европу - Мэтью Гэбриэль
Узнав голос Пипина, старшего сына Карла Великого, он закусил губу, чтобы не ахнуть от изумления. Слушая заговорщиков, священник чуть не лишился чувств. Он понял, почему эти люди собрались посреди ночи в его церкви. Священник закрыл глаза и принялся беззвучно молиться, а Пипин приказывал своим союзникам захватить его отца, короля, и убить его. И тогда Пипин взойдет на трон.
Возможно, в этот момент священник от ужаса вздохнул слишком громко. Заговорщики умолкли. Пипин приказал обыскать церковь. Заговорщики разошлись по всему залу, заглядывая в каждый уголок. И в конце концов они заглянули под алтарь. Священник был уверен, что дни его земного существования подошли к концу, и постарался смело взглянуть в лицо смерти.
Но в начале Средних веков можно было планировать убийство короля. А вот убить священника в его же церкви – это совершенно другое дело. Если подобное кощунство будет обнаружено, если священник пропадет, то начнется расследование, а это может повредить заговору. Поэтому двое схватили священника и крепко держали его, а Пипин предложил ему выбор: либо священник умрет немедленно, прямо здесь, либо принесет священную клятву молчать обо всем – подобную клятву служитель Церкви нарушить не мог. Перепуганный священник принес клятву и упал в обморок, а заговорщики во главе с принцем покинули церковь.
Священнику предстояло дать ответ на непростой вопрос. Является ли клятва, данная под угрозой смерти, истинной? Что будет бо́льшим грехом – промолчать или цепляться за святотатственные слова, вырванные насильно? Другими словами, не будет ли лучше нарушить эту ложную клятву? Удостоверившись, что заговорщики покинули церковь, священник решил рискнуть собственной жизнью ради спасения короля.
Той же ночью он прибежал во дворец. Но просто так войти в спальню короля среди ночи было невозможно. Священник обнаружил, что спальня располагается в самом центре дворца, за семью запертыми дверями, у каждой из которых стоит верная стража. Карл Великий мог не догадываться о предательстве сына, но покуситься на его жизнь и жизнь его семьи могли многие. По милости Господней, как гласит история, священник сумел пробраться во дворец через окна и дренажные канавы. Одежда его была изодрана в клочья. В конце концов, в одном белье и нижней рубашке, грязный с головы до ног, он оказался у порога королевской спальни и принялся барабанить в дверь.
Тут же появились придворные. Кто осмелился тревожить покой короля в столь поздний час? Женщины рассмеялись, увидев, что королевской аудиенции требует человек в лохмотьях. Над священником потешились, захлопнули перед его носом дверь и заперли замки, намереваясь сделать вид, что ничего не произошло. Но король никогда не терял бдительности. Он вышел и потребовал доложить ему причину переполоха. Услышав о странном человеке, он понял, что здесь что-то не так, и приказал привести его. Священник кинулся в ноги королю и все ему рассказал. Заговорщики были схвачены. Наказание не заставило себя ждать. Некоторых изгнали, всю их собственность конфисковали, а Пипина отправили в аббатство Прюм и насильно постригли в монахи. Он был обречен провести остаток жизни в уединении и покаянии, не наследуя трон, о котором так мечтал.
О попытке заговора против Карла Великого в 792 году, возглавляемой его сыном Пипином и другими франкскими дворянами, говорится в нескольких современных источниках, но именно эту версию спустя почти сто лет записал монах и историк Ноткер Заика[10]. Это самое подробное и драматичное изложение событий, но в то же время и самое далекое от реальности. Все описано так живо, что мы можем быть почти уверены, что ничего подобного не происходило.
Да, попытка заговора в 792 году была. Ноткер называет ее серьезной, но быстро подавленной. Карлу Великому, как королю и отцу, не было нужды наказывать заговорщиков показательным образом, заливая кровью либо Регенсбург, либо всю Баварию. Он использовал этот случай, чтобы продемонстрировать свою мудрость и милосердие. Поэтому, по версии Ноткера, за участие в заговоре с целью убийства короля несколько высокопоставленных франкских дворян потеряли значительные земли, некоторые были изгнаны, а Пипин, которого к моменту написания труда Ноткера помнили злобным, вспыльчивым, уродливым бастардом, отправлен в монастырь. Франкские авторы позднее стали называть Пипина «горбатым», подчеркивая, что явный физический недостаток являлся признаком внутреннего нравственного уродства и зла. Таким образом, Карл Великий представал в их трудах мудрым и готовым прислушаться к верным подданным королем, которого предал собственный сын, королем бдительным и сдержанным в суждениях, стремящимся после того, как опасность была предотвращена, к восстановлению порядка, а не к отмщению.
Но угроза для Карла Великого была значительно более серьезной, чем представлял себе Ноткер. Во-первых, заговорщики действительно хотели его убить. Во-вторых, это была вовсе не беспрецедентная демонстрация неверности со стороны дворянства и вероломного сына, неблагодарного в силу собственного уродства и незаконного происхождения. Подобные заговоры не были редкостью. Франкское королевство не раз переживало периоды нестабильности. Сыновья франкских королей частенько плели заговоры против отцов. Но история франков, народа, считавшего себя богоизбранным и построившего империю, требовала сокрытия истинной шаткости всего этого предприятия, как в момент угрозы, так и спустя несколько поколений.
Представление об объединенном франкском королевстве всегда было весьма спорным. Вот почему источники тех времен представляют действия Пипина в 792 году и угрожающими, и эфемерными. Королю и его сторонникам нужно было подавить историю неверности и нестабильности точно так же, как и сам заговор. В начале Средних веков, как и сегодня, правитель не мог игнорировать подобное публичное событие, но мог сделать все, что было в его власти, чтобы сформировать представление народа о произошедшем. Франкам нужно было и дальше делать вид, что империя, по крайней мере при Карле Великом, была стабильной и прочной – именно так писал Ноткер. Но в действительности мятеж Пипина показывает, что даже на пике могущества и величия династия Каролингов опиралась на
Ознакомительная версия. Доступно 15 из 77 стр.