Форс-мажор. Побуждение. Книга 2 - Александр Павлович Быченин
— Фига се! — восхитился Алекс-старший по ходу дела, однозначно неприятно поражённый, но отнюдь не моим физическим состоянием. — Рин, по ходу, у нас утечка критической технологии! А ведь я предупреждал! Только меня опять никто не слушал!
— Симатта! — среагировал тот. — Так вот на кого они нацелились! Изначально, э!
— Думаешь? — нахмурился отец, но я моментально понял, что он просто ухмылку скрыл.
Нет, не ироничную. Довольную. Слишком это для него мелко — над Директором Рином иронизировать. Просто наверняка снова оказался прав в каких-то своих предположениях, не исключено, что в рамках какого-то очередного хитрого плана. Крайне сомнительного и не менее рискованного, но, по-видимому, оправдавшего ожидания. По крайней мере, он так думает. Но это временно, ровно до тех пор, пока про стемсилоида не узнает. И да, старик-ниппонец в авантюру явно не посвящён. Ну или не во все нюансы. У папки это уже такая традиция: если какая-то затея, то обязательно многоуровневая и разноплановая, я бы даже сказал, мультивариативная. Не сработает так, значит, получится этак. А он, Алекс Заварзин-старший, всё равно в профите. Вот только, пожалуй, на этот раз он конкретно так сел в лужу! Просто пока об этом даже не догадывается.
— Есть такое ощущение, э! — подтвердил Директор Рин.
— А вы о чём вообще, папуль? — с подозрением присмотрелась к начальству Рин-тян.
— А вот это, Рин-тян, уж извини, не твоего ума дело! — с явным намёком зыркнул на неё главный корп, и понятливая девица самоустранилась из общей «дополненной реальности». Разве что фыркнуть успела, да напустить на себя независимый вид. Ну и ещё окошки связи на мгновение «зафризило», пока линия «струнной» связи переключалась с Ни-тян на Рёку-аси. — И когда она только повзрослеет? Думал, хоть «Спрут» на неё положительно повлияет, когда полностью под её командование перейдёт… и нифига не изменилось! Это потому что ты на неё отрицательно влияешь! — мгновенно сориентировавшись и ткнув указательным пальцем в Директора, назначил крайнего папенька.
— А она ещё и моя дочь, прикинь, Алекс⁈ — поделился горем тот, даже не подумав хоть как-то оправдаться. Ну а смысл? Что есть, то есть. — Ты не представляешь, сколько раз я уже сам этим вопросом задавался! Даже напрямую спрашивал. Мол, когда, дочь⁈ Когда остепенишься? Когда замуж выйдешь, когда внуков мне нарожаешь?
— Хочешь, скажу, что она ответила? — довольно осклабился Заварзин-старший.
— Ну давай, добей меня, симатта! — скривился Рин как от зубной боли.
— Никогда! — весьма похоже изобразил батюшка Рин-тян, показав кэпу язык. — Не остепенюсь, в смысле. А насчёт всего остального подумаю. Но по каждому пункту отдельно.
— Н-да… практически слово в слово, — сник старик-ниппонец. — Дети!.. У одной в тридцатник детство в одном месте играет, второй важнейшую миссию умудрился провалить на ровном месте… ладно хоть, сам объявился!
— Вот и доверяй ему после этого, — поддакнул Директору Алекс-старший. — И ведь, что характерно, прикинулся шлангом, и хоть кол на голове теши!
— Да вы о чём вообще⁈ — возмутился я в голос. — Бредите, что ли⁈ Какая ещё миссия⁈ Какой ещё… Казик⁈ — осёкся я.
Казик… Казимир… «Малевич»⁈ Да ну на фиг…
— А ты реально не помнишь, или… паришь своему старику мозг? — с хорошо мне знакомым прищуром уставился на меня папенька. — А, сын?
— Вот вы!.. — задохнулся я от возмущения.
— Не паришь, — заключил отец. — Ладно, проехали! Кумо?..
— Процесс активирован…
Да чтоб вас! Опять долбанное оцепенение… надо с этим что-то делать. И вообще, Санёк-то куда смотрит⁈ Вообще мышей ловить перестал, как дед Боря выражается. Я возмущён до глубины души!
— Процесс завершён, капитан Заварзин, — доложил Кумо одновременно с тем, как меня вновь попустило. — У него установлен самозапрет, сэр. Надо полагать, не без причины.
Чего, блин⁈ Самозапрет⁈ Сняли же вроде⁈ Или… не полностью?.. Похоже, кое-кто к своим непосредственным обязанностям спустя рукава относится… и при этом даже не считает нужным хоть как-то оправдываться!
«Просто не вижу смысла, мастер Алекс, — пропечатал на „внутреннем дисплее“ Искин. — Да и некогда мне, если честно».
«Фиксируешь?» — такой же «мыслеписью» уточнил я.
«Всё, до последнего энерговсплеска, сэр!»
«Ну и?..»
«Кажется, с функционалом „слезы ангела“ разобрался».
«Закладки?»
«В „слезе“ отсутствуют, сударь! Удалось отследить только в „Экзоте“, но даже их лишь по косвенным признакам».
«Самозапрет?»
«Ответ положительный, сэр. Блоки от „Малевича“. Пока ничего не могу с ними сделать!» — предвосхитил он мой следующий вопрос.
Ладно, замнём для ясности…
— А ты чего подвис-то, Младшенький? — отвлёк меня от общения с Саньком папенька. — Фиг с ним, с самозапретом. Давай, рассказывай, что можешь.
— Э-э-э…
— Пытаешься сообразить, с чего начать?
— Скорее, соображаю, как подать новости… помягче, отец.
— А нефиг нас, стариков, жалеть! Мы ко всему уже привыкли. Верно, Рин? — подмигнул Алекс-старший Директору, на что тот среагировал сдержанным кивком. — Короче, вываливай, как есть! Мы сидим и за кресла держимся. И давай с самого важного. На твой, конечно, взгляд.
— С самого важного?.. — задумался я вслух. — Что ж, извольте, Алексей Александрович! — И чётко, с длинными паузами, дабы не допустить разночтений, вывалил на слушателей ту самую — она же главная — новость: — Я. Вляпался. В стемсилоида.
Глава 5
И знаете что? Мне, по ходу, не поверили.
— Ну и где же ты умудрился? — ничуть не изменившись в лице, уточнил папенька.
— Да прямо здесь, на «Целесте»!
— Какой ещё «Целесте»? Мы тебя… в смысле, вас, целую инспекторскую группу, куда посылали? — опередил отца Директор Рин.
— Да не помню! — огрызнулся я. — А «Целеста»… это что-то типа орбитальной лаборатории. Клановой. Плюс завод, «фарму» специфическую гонит.
— А ты уверен?