Шабашник - Виктор Коллингвуд

Тем временем Ирина вернулась с пачкой стирального порошка «Лотос». Я всыпал немного в воду для следующего замеса и размешал. Темирбек зачерпнул раствор, провёл мастерком по поверхности и довольно хмыкнул.

— Смотри-ка. Как сметана!

— Много только не сыпь. Чуть-чуть добавляй.

Он попробовал замесить.

— Слушай, Сева, так жидкий будет! Кирпич на нём поплывёт.

— Не поплывёт. Ты положи немного на кирпич, подожди и тронь мастерком.

Темирбек так и сделал. Кирпич втянул часть воды, и раствор на нём перестал растекаться.

— Раствор клади сразу на несколько кирпичей. Пока до первого дойдёшь, лишняя вода впитается. Разровнял, выставил кирпичи, подправил — и можно следующий ряд начинать.

Он кивнул, снова набрал смесь и подал мне ведро.

Дело пошло. Я работал у стены, он подавал прямо мне под руки кирпичи, рубил половинки и непрерывно готовил замесы.

Ирина несколько раз заглядывала к нам с проверкой. Сначала спросила, не запачкаем ли сложенную у стены плитку, потом — точно ли хватит материалов.

Я попросил её перенести коробки с плиткой в дальнюю комнату: они стояли возле раковины и мешали набирать воду. Картон снизу уже размок от брызг. О снесённой стене она больше не говорила, но каждый раз, входя на кухню, поднимала глаза к потолку.

До обеда оставалось ещё далеко. Грузчики как раз заканчивали подъём, и я попросил их принести пустые поддоны.

— Поддоны зачем? — не понял Темирбек.

— Подмости сделаем. Завтра стена выше головы будет. Как без подставки работать?

Он уважительно кивнул и пошёл за вторым поддоном. Я взялся за тонкую проволочную дужку полного ведра раствора и уже на середине пути понял, что перестарался: рука заныла, пришлось прижать локоть к боку, чтобы не расплескать смесь. Когда поставил ведро на пол, кисть предательски мелко затряслась.

Темирбек стоял рядом с кельмой. Я потянулся к ней, промахнулся пальцами по ручке и выругался.

— Сева, сядь пока.

— Дай минуту.

Я отошёл к кухне и упёрся ладонями в край мойки. Всего-то пронёс ведро через квартиру, а со лба уже стекал пот, рубашка прилипла к спине. Утром казалось, что выспался и могу работать без остановки. А вот нифига! Пришлось ждать, пока сердце успокоится.

Темирбек не бросил начатое. Пока я пил воду, он сложил кирпич ближе к кладке, собрал упавший раствор и накрыл оставшуюся смесь.

— Ты клади, — сказал он. — Я носить буду. Скажешь, что ещё приготовить.

Я вернулся к стене. Ведро напарник теперь пододвигал сам, кирпич подавал по несколько штук. Первое время я двигался медленнее, зато уже не поворачивался за каждой мелочью: всё нужное он успевал положить рядом.

К обеду кладка дошла почти до плеча. Ирина встала у входа и показала на стол у окна, с откидной боковиной.

— Его здесь можно будет разложить?

Я отложил кельму, перенёс рулеткой размер столешницы на свободное место и показал, где окажется край.

— В сложенном виде пройдёте. Разложенный придётся отодвигать.

— Мне обещали, что за большим столом можно будет гостей сажать.

Ну даёт! Обещали ей. Тот, кто обещал, уже несущую стену снёс и слинял. Ирина немного постояла, затем поставила на плиту чайник.

Мы вымыли руки, накрыли газетой край стола и достали еду. У меня были варёные яйца и бутерброды в пакете с потёртой иностранной надписью, у Темирбека — хлеб и картошка в небольшой алюминиевой кастрюльке с закопчённым дном. Он предложил половину мне, я подвинул к нему бутерброд.

— Бери. На двоих хватит.

Он налил чай в принесённые Ириной кружки и посмотрел на кладку через дверной проём.

— Ты быстро кладёшь, Сева. Я думал, до обеда один угол поднимем. И ровно. Уровень прикладываешь, а поправлять почти нечего.

— Это пока низ. Наверху веселее будет.

— И раствор хороший. Я у Палыча сколько мешал — такого не было. Ты где научился порошок добавлять?

— На старой работе. Только не вздумай сыпать полпачки в ведро.

Он усмехнулся и разломил картофелину.

— Завтра тоже придём? — спросил он.

— Придём. Закончим верх, потом подровняем стены в ванной, чтобы плитку класть без мучений. А после этого я поищу нам следующий заказ.

— Хорошо бы без перерыва.

— Мне тоже. Но пока могу обещать только эти два дня. За каждый вечером рассчитаюсь.

На обороте листка с размерами стены я записал, что потребуется купить, когда появятся деньги: свой уровень, длинное правило и инструмент для замешивания раствора. Темирбек заглянул в список.

— Уровень проверять надо прямо в магазине. У красивого инструмента тоже пузырёк врёт.

— Проверю.

После обеда мы снова взялись за кладку. Темирбек готовил раствор и колол кирпич на половинки, я переставлял шнур, сверял плоскость и поправлял ряды. Песчинки набились в ботинки, и при каждом шаге я чувствовал их под пяткой. К вечеру стена поднялась примерно в человеческий рост. Верхняя треть ещё оставалась открытой, и над ней виднелась старая трещина.

Мы очистили швы от наплывов, вымыли кельму и вёдра, оставили проход свободным. Пришла Ирина и долго смотрела на стену с обеих сторон.

— Завтра доведёте до потолка?

— Непременно. Потом займёмся ванной. Имейте в виду: до утра здесь ничего не трогать и к стене не прислонять.

— Сева, скажите честно: она теперь не упадёт? — с надеждой спросила Ирина.

— Пока говорить рано — мы ведь ещё не закончили. Завтра сделаем верх и посмотрим, как себя поведёт трещина. Сегодня я вам обещать ничего не стану.

Она прижала тетрадь к груди и тяжело вздохнула.

— Мне один человек рассказывал, клиент банка, что у него тоже проблемы со строителями. Можно я ему про вас расскажу?