Правила волшебной кухни - 12 - Юрий Винокуров

Затем вернувшись в бар я начал заваривать себе вот уже второй кофе, и в этот момент заприметил сестру.

— О! — улыбнулся я. — Не поверишь, только что о тебе думал. Может быть, и тебе тоже заодно свадьбу сыграем, а? Выберем недельку и каа-а-а-ак бахнем три подряд?

— Да пошёл ты, — фыркнула Анна Эдуардовна, залезая на барный стул. Но фыркнула как будто бы рефлекторно. По привычке и будто бы на дразнилку «тили-тили-тесто». Но потом вдруг задумалась и спросила: — А что, можно?

Тут я от смеха не удержался.

— Ты уже готова, что ли? — спросил я. — Нет-нет, погоди, не отвечай! Лучше сперва скажи: Раф-то вообще в курсе?

Аня опять задумалась. Жестом попросила заварить кофе и на её долю тоже, а потом сказала:

— Нет… всё-таки, это будет немного преждевременно. Нужно подумать. Да и плюс ко всему, другие кандидаты тоже имеются…

— Оп-па! — я аж чуть рожок от кофемашины не выронил. — А вот с этого момент поподробней, пожалуйста.

— Ой, всё, — нахмурилась Аня. Затем уже привычным мне жестом достала дымовую шашку и бросила её прямо под себя. Вот только в этот раз…

— Эть! — перебросившись через барную стойку, я схватил сестру за руку.

Дым рассеялся. Аня осталась.

— Ты чего творишь?

— Кажется, кто-то теряет квалификацию и уже разучился исчезать как следует, — хохотнул я и отпустил сестру.

— И ничего я вовсе не теряю! — и снова, уже в третий раз сестра задумалась с таким видом, будто бы переживает самый серьёзный экзистенциальный шок в своей жизни. — Или теряю? Знаешь, светская жизнь меня расхолаживает. Она мне нравится, тут вообще никаких сомнений, но расхолаживает. И что же мне делать? Тренировки возобновить? Или уйти в горы, пожить чуток отшельником?

Что характерно, я понял — Аня сейчас вообще не шутит и говорит на полном серьёзе.

— Успокойся, — попросил я. — Всё с тобой нормально. Кто вчера кучу мужиков в отеле раскидал?

— Я, — ответила Аня. — Но…

— Но вот и всё, значит. И вообще! Я ведь не просто так тебя поймал. Пока временное затишье, предлагаю уже наконец-то разобраться с родителями.

— Так ведь Артём уже пошёл.

— Куда?

— Разбираться с родителями.

— ЧО⁈

— Ну синьор Марина-а-ари, — протянул Конан, аккуратно отпихивая меня от кофемашины, которую я только что от шока забросал зёрнами.

— Что ты только что сказала?

— Артём пошёл к родителям, — повторила Аня. — Сказал, что хочет с ними поговорить. Так, погоди! — сестра нахмурилась. — Я думала, что ты разрешил!

— С чего бы вдруг⁈

— Не знаю!

— Ты… Ты… Ты, — тут я чуть было не задохнулся от переизбытка чувств. — Бегом на баржу! Они его сейчас надурят, возьмут в заложники и… и ещё чего-нибудь натворят говнистого, в своём духе!

Путь до баржи пролетел, как одно мгновение. Высоко подбрасывая колени и перемахивая через всякие урбанистические преграды типа торговых лотков, мусорных баков и уличных проповедников, мы с Аней добрались до пристани, а оттуда и до владений сестры.

Уже спускаясь в недра баржи, я думал, что сейчас обнаружу в карцере лужу крови и злодейскую записку с содержанием типа: «Ха-ха-ха! Вы никогда нас не найдёте!» — или что-нибудь такое же драматичное, но в итоге нарвался на… семейную идиллию.

— Артур, — кивнул мне отец, поднося ко рту чашечку чая и оттопырив при этом мизинец. — Анна.

Хрен знает почему и откуда, но в каюте родителей появилась новая мебель. Прямо по центру стоял застеленный скатёркой стол, а на нём — чайник, сервиз с голубыми цветочками, сахарница, блюдечко с лимоном и плетёная корзинка, полная песочного печенья. Мне аж глаза протереть пришлось.

— А что тут, собственно говоря, происходит?

— Арту-у-у-урчик, — с улыбкой протянула Мария Александровна, которая явно врубила режим «хорошая мамашка 2.0». — А мы тут вот, с невесткой знакомимся…

Ах, да. Важный момент, который я не уточнил сразу — помимо родителей за столом сидели Артём и Каролайн.

— Прекрасная девушка, к слову говоря, — продолжила матушка. — А вот ты нас со своей Джулией так до сих пор и не познакомил!

— Зачем?

— Ну как? Нам с отцом ведь тоже нужно приложить свою руку к планированию свадьбы. А как её планировать, когда сидишь круглые сутки взаперти?

— Зачем? — тупо повторил я, всё ещё под впечатлением от картины. — В смысле: зачем вам прикладывать руку к моей свадьбе? Вы тут вообще причём?

— Ой, Артур, — мать закатила глаза, мол, опять ты за старое. — Ну сколько уже можно играть в обиженку?

В обиженку⁈ У меня от возмущения аж дух перехватило.

— Столько, сколько нужно! — крикнул я. — И напоминаю на всякий случай, что вы меня убить собирались!

— Кто старое помянет, — многозначительно сказал отец, — тому глаз вон, — и громко так сёрбнул чаю.

— Охренеть вы философы, конечно, — только и смог выдавить из себя я. — Так! Артём, Каролайн, на выход. Я очень рад, что вы познакомились с родней, но посещение окончено. А теперь все давайте-ка на выход.

— Артё-ё-ё-ём! — заверещала Мария Александровна, глядя как брат выполняет мой приказ. — Стой! Не уходи! Выпусти нас отсюда! Ну пожа-а-а-алуйста!

— Выпустит-выпустит, — сказал я, уже закрывая дверь. — Обязательно. Только не сейчас…

Итого: родители остались в своём карцере, а мы вчетвером поднялись на палубу с целью устроить мозговой штурм. Точнее сказать — семейный совет. Вот только безо всяких предвзятых личностей, чью судьбу мы и собирались решать.

— А можно я прогуляюсь по платформе? — спросила Каролайн чисто ради того, чтобы срулить подальше. — Это ваши семейные дела.

— Конечно-конечно, — кивнула Аня, а потом свистнула через два пальца, и приказала появившимся ниндзе и Эммануэлю погулять девушку и показать ей что тут и как.

И остались мы втроём. И начали мы решать. И было то решение сложным.

— Что будем делать? — спросил я. — Родители у нас всё-таки те ещё… м-м-м…

— Негодяи, — подсказала Аня.

— Да. Но! Всё-таки, какие ни есть, а родители. Но! В разное время, пытались нас всех убить.

— Хотели, но не убили, —