Венец ведьм - Антон Чижъ
Через пятнадцать минут она вернула себя в полном составе.
Время было слишком раннее, чтобы задавать вопросы, а завтрак не спешил начинаться. Как назло, пришли аппетит и жажда. Пожар Варвара залила тремя стаканами воды из-под крана. Мини-бара в люксе не оказалось.
Восставший организм требовал движения. Из чемодана были вынуты кроссовки. Почти не ношенные. Много раз Варвара давала себе обещания заниматься бегом по утрам. Всегда находились дела более важные, или погода не годилась, или «в другой раз» — точно. Теперь появился идеальный момент, чтобы выполнить обещанное. Не зря в чемодан кроссовки кинула.
Открыв окно эркера, Варвара легко спрыгнула. Не ради детской шалости сбежать через окно. Встретить сейчас Филина, который может оказаться на ресепшене, ей не хотелось.
Размяв ноги, помахав руками и покрутив корпусом, как должны делать настоящие атлеты, Варвара побежала по песку. Тихонько и аккуратно, прислушиваясь к себе, — ещё не вполне уверенная, что драже деда выручило окончательно.
Утро блистало. По голубому куполу неба плыли облака. Края его подпирали сосны. Волны тихонько плескались. Чайки парили высоко, высматривая, чем бы поживиться. Песок печеньками хрустел под кроссовками. Пахло гниющими водорослями. От жары залив цвёл.
Было хорошо. Очень хорошо. Прямо чудесно… Варвара открыла, что бег — не пытка, а удовольствие. Давно надо было начать, а не поддерживать лень. Теперь не бросит, будет бегать каждое утро. Сначала здесь, по берегу, а в городе — по каналу Грибоедова. Нет, лучше в Юсуповском садике, там дорожки удобные. Любители здорового образа жизни так и снуют трусцой туда-сюда. Дети из спортшколы носятся как угорелые… Решено, пора регулярно заниматься бегом. «Если выживешь», — сказал кто-то в её голове. Варвара не заметила. Сделала вид, что залетел случайный шум. Ничто не испортит ей настроения. Хотя бы сейчас.
С каждым движением силы прибавлялись, будто природа вливала жизнь, как бензин в машину. Варвара бежала, стараясь ни о чём не думать. Запретила мыслям тревожить. Только не сейчас. Когда так хорошо, легко, свободно. Одна среди пляжа, моря и солнца. Одна во вселенной.
Линия берега манила вдаль. Варваре хотелось бежать вперёд, оставляя отель далеко позади. Она улыбалась, радуясь, как ловко получается. Что-то мелькнуло. Боковым зрением она отметила на границе волн и песка нечто большое, постороннее. Непонятно что. Наверное, бревно вынесло прибоем. Или нерпу. В Финском заливе водятся нерпы. Интересно увидеть живую нерпу. Варвара обернулась. Прилив шевелил что-то продолговатое и чёрное.
Не веря своим глазам, убеждая себя, что показалось, что это совсем не то, другое, Варвара подошла. Она отчётливо увидела, чем играли волны.
Это была не нерпа.
* * *
— Мадемуазель Варвара, доброго вам утра! — Портье пощёлкал по клавиатуре и выключил монитор. — Как вам бал? Вы просто блистали! Примите моё восхищение. Уже набрались сил, утренняя пробежка, зарядка, водные процедуры? Похвально! Чудесно! Как выспались? На нашем воздухе спят как младенцы. Организм молодеет лет на десять. Но вам это не грозит! Не видел, как вы вышли из отеля. Впереди изумительный день!
Варвара дождалась, когда поток восклицаний иссякнет:
— Господин Филин, где горничная Зухра?
На его лице раздражение спряталось за добродушием.
— Ах, горничная. С ней всё в порядке. Очень хорошо. А почему вы…
— Могу её увидеть?
Филин сделал руками движение вроде: «О, какая чушь в голове у девиц с утра пораньше!»
— Как только вернётся — непременно представлю вам.
— Она уехала?
— Ну конечно! Дали пару дней отгула восстановить силы. Уехала в город. Мы заботимся о персонале даже себе в убыток!
— Я так и думала, — сказала Варвара. — Позвонить ей нельзя, потому что связи нет.
— Зачем вам беспокоиться об этих пустяках? — Портье изобразил глубокую печаль.
— Потому что надо вызывать полицию. Через компьютер можно набрать 112.
Указательным пальцем Филин расправил стрелки усов. Немного нервно.
— Полиция? Зачем полиция? — спросил он.
Варвара глядела немигающим взглядом в точку чуть ниже лба. Портье поёжился:
— Опять нашли труп, мадемуазель?
Она не шелохнулась, буравя глазами. Филин изобразил улыбочку:
— Шутка, повторённая дважды, не веселит…
Глаза саднило, но Варвара держала страшный взгляд, чем окончательно довела толстяка. Веселье улетучилось, он нервно шевельнул усами:
— Да что случилось-то?
— На береговой линии, — для усиления эффекта Варвара указала на дверь пальцем, — лежит мёртвое тело. На него нацелились чайки-падальщики. Надо срочно поставить официанта отпугивать птиц и вызвать полицию. Срочно!
Филин мотнул головой, будто отгонял наваждение.
— Какое мёртвое тело? — пробормотал он.
— Вас интересует, кто именно убит?
— Нет… Но я… Почему вы на меня так смотрите, будто обвиняете?
— Обвинение выносит следствие. Я только сопоставляю факты.
— Какие ещё факты?! — вскрикнул он. — Вы зачем сыщицу изображаете?
Он подписал себе окончательный приговор.
— Факты таковы. — Варвара моргнула, терпеть больше не могла. — После бала я выжила чудом. Просто повезло. Мой организм справился с отравлением. Та, кто лежит на песке, погибла. Мы обе пили шампанское. Я жива, она — нет. Убийца подсыпал яд в бокалы, чтобы одним ударом убрать двоих. Удар получился наполовину. Вызывайте полицию. Иначе закричу и подниму всех.
В глазах портье метались мысли: «Что делать?»
— А почему… Почему вы на меня так смотрите? — спросил он.
Молчание Варвары было выразительнее слов. Не зря тратит время в театральном институте. Многие студенты-актёры могли позавидовать такому молчанию. Как известно, чем гениальней актёр, тем больше у него пауза. Молчание Варвары было где-то на полпути к гениальности. Или чуть дальше. Филину хватило.
— Вы что, меня подозреваете?
Молчание