Мангака 8 - Александр Гаврилов
Двадцать девятого апреля я ещё буду на сборах, но, подозреваю, ради такого события меня с них отпустят, и не знаю, хорошо это, или плохо…
И вот зуб даю, что не обошлось тут без отца Шуичи… Наверняка это он постарался и с оповещением журналистов и с наградой для меня, иначе бы правительство это дело так быстро не рассмотрело. И наверняка ведь думает, что я должен быть этому рад! Вот и делай после этого добрые дела…
Вот так мысленно пыхтя от негодования я и зашёл в лифт, где вдруг обнаружился Хару.
— Сайто, привет! — обрадованно поздоровался он при виде меня, — Ничего, что я на ты обращаюсь к герою нации?
— Ой, да завались, а? — поморщился я, — Хоть ты не начинай! Меня за сегодня уже достали этим! Ну, какой из меня герой? Раздули невесть что на пустом месте…
— Но ведь ты и правда спас Сугияма-сана? — удивлённо глянул он на меня.
— И что с того? — проворчал я, — В этом нет ничего такого, чтобы из этого такое событие раздувать. В нашей стране каждый день кто-то кого-то спасает, но героя, почему-то, именно из меня решили сделать.
— Ничего удивительного в этом нет, — пожал он плечами, — Обычно ведь спасают людей полицейские, или представители каких-нибудь других служб, типа пожарных или врачей, то есть те, для кого это работа. Да, очень важная работа и мы благодарны им за неё, но это именно что их работа. Ты же обычный гражданин, уже довольно известная личность, к тому же, ещё подросток. Людям нравятся такие герои, так что смирись и принимай почести как должное. Не волнуйся, пройдёт пару недель, и у публики появится какой-нибудь новый герой, а тебя быстро забудут. Если, конечно, ты к тому времени не спасёшь кого-нибудь ещё.
— Ага, или вдруг одержу победу на чемпионате мира через месяц, — криво усмехнулся я, выходя из лифта.
— Или так, — согласился вышедший вместе со мной Хару, — Но это уже твой выбор. Насильно тебя никто не заставлял в нём участвовать и побеждать. Ещё не поздно отказаться, кстати, если ты так уж боишься популярности.
Я задумался. Может, действительно отказаться от этого чемпионата? Вот зачем он мне? Не лучше ли целиком уже сосредоточиться на своём издательстве и предстоящей учебе? Про аттестат я не забыл, и один из моих телохранителей забрал его из школы и отвёз ректору. Но, чуть подумав, понял, что нет, всё-таки, нужен мне этот чемпионат. И в деле с издательством он очень даже пригодится. Если я стану чемпионом, мне это очень поможет. В этой стране всё решает репутация, и выиграй я чемпионат мира, это добавит мне очень много очков репутации в глазах множества людей. Они уже будут видеть перед собой не вчерашнего школьника, а чемпиона мира! А то, что чемпионат этот будет проходить по боевым искусствам, и ещё и увеличит их. Всё-таки, боевые искусства до сих пор тут были очень популярны. А вот получив титул, уже можно будет покончить с выступлениями на соревнованиях.
— Я не популярности боюсь, — отмер я, и покачал головой, — Точнее, не любой популярности. Я ничего не имею против популярности, которой добиваюсь тяжёлым трудом — рисуя мангу, снимаясь в кино, участвуя в соревнованиях, прикладывая для достижения результата все силы. Тут же такое чувство, что я её просто не заслужил. Как будто я обманываю всех чем-то… Я же даже не думал о том, что могу погибнуть, когда побежал за Шуичи, слишком быстро всё это происходило. И я далеко не уверен, что, если бы у меня было больше времени подумать, я поступил бы также, как поступил.
— И вот этим, тем, что сомневаешься в своём подвиге, ты тоже похож на настоящего героя, — подмигнул мне Хару.
— Да хорош уже, — отмахнулся я от него раздражённо, — Ещё тут мне не хватало слышать про мой героизм. Мне этого на улице хватило. Клянусь, если тут ещё хоть кто-то назовёт меня героем, точно что-нибудь оторву ему!
— А вот и наш герой! — появилась вдруг перед нами сияющая Айя. Хару заржал, я показал ему неприличный жест, и он ушёл работать, а Айя взяла меня под руку, и потащила к себе в кабинет, даже не подозревая о моей недавней клятве, и какая опасность над ней нависла. А ещё ей повезло, что она — девушка, и пока ещё мой босс.
— Ну? Как тебе твоя новая популярность? — усмехнулась она, заходя в кабинет.
— Ой, да хоть ты не начинай, а? — поморщился я, — Слышать уже ничего про этого не хочу!
— А придётся! — ещё шире улыбнулась она, — Так как твоя популярность очень хорошо сказывается на продажах твоих манг! Ты даже не представляешь, сколько мы уже заработали на тебе за сегодня, а ведь это всё только началось! Впереди ещё пресс-конференция, после которой твоя популярность только возрастёт.
— Вот радость-то… — уныло произнёс я, вовсе не горя желанием сидеть перед толпой народа и отвечать на дурацкие вопросы. Да и толпа у ворот дома тоже напрягала уже…
— И ещё какая! — подхватила она, — И хватит уже сидеть с таким лицом, как будто умер кто-то. Хотя, конечно, я понимаю, что действительно очень много человек погибли, и это ужасная трагедия для всех нас, — спохватилась она, что сейчас её радость выглядит не очень-то уместно, — И на пресс-конференции ты обязательно об этом скажешь. Можешь, кстати, этим и объяснить тот факт, что ты не особо радуешься всеобщему вниманию и предстоящей награде. Радоваться в тот момент, когда у тысяч жителей нашего города горе, это и правда неправильно. Многие семьи сейчас оплакивают погибших родственников… Но всё же не забудь поблагодарить всех за внимание, письма и подарки. Это очень важно!
— Письма? Подарки? — не понял я её.
— Ах, да. Ты же ещё не знаешь, — кивнула она мне, — В наше издательство со вчерашнего вечера поступают множество писем и подарков на твоё имя. Видимо, люди не нашли твой адрес, и решили по месту работы высылать их, выразив таким образом благодарность за твою самоотверженность. Я распоряжусь, чтобы их сегодня же отвезли тебе домой, и тебе крайне желательно ответить хоть на