Мангака 8 - Александр Гаврилов

— Да где ж мне на это время найти! Я, если ты не забыла, послезавтра уезжаю! — вспылил я.

— Не знаю! — отрезала она, — Но уж найди как-нибудь! Люди время тратили, писали тебе, подарки выбирали, а ты даже спасибо не хочешь им написать?

— Не не хочу, а не могу! Разницу улавливаешь? — раздражённо произнёс я, — У вас тут народу — сотни человек. Вот и выберете парочку из них, да посадите на ответы за меня. В чём проблема?

— В том, что у нас люди тоже не отдыхают, знаешь ли, — не сдавалась она, — Хотя… что-то в этот есть, — нехотя призналась она вдруг задумчиво, — Своих людей мы тебе выделить не можем, но у тебя же, кажется, свой фан-клуб есть? — вопросительно глянула она на меня.

— Есть, — признался я, сразу уловив, к чему она клонит, — Думаешь, их озадачить? Хорошая идея. Тогда я сегодня же переговорю с их главой, и, если она согласится, скину тебе адрес, куда всё это везти.

— Договорились, — с облегчением кивнула она, — А пока иди уже на пресс-конференцию. Пора. Через десять минут начало. И не забудь первым же делом выразить соболезнования всем, кто пострадал от этого землетрясения. А дальше также придерживайся образа парня, который очень стесняется этой шумихи вокруг своего героического поступка, и считает, что он ничего героического не сделал. Людям такое нравится. Будь собой, в общем, и всё будет хорошо.

— И куда ты всё это денешь? — полюбопытствовал дед, глядя на огромную кучу коробок в гостиной, — Там вон в некоторых даже мясо есть. Боюсь, что всё оно в морозилку не влезет.

— То, что не влезет, раздам, — пожал я плечами, действительно разглядев в куче подарков несколько пакетов с мясным содержимым, — Часть отцу, часть Свете завезу. Думаю, они только рады будут такому подарку. Ещё и конфетами, и шоколадом с ними поделюсь. Мне столько сладкого не надо.

— А успеешь? — с сомнением спросил он, — Тебе же завтра уже на сборы ехать. И без того дел много надо сделать перед отъездом, а тут ещё подарки эти…

— А что делать? Не вовремя, конечно, но такие вещи редко, когда вовремя бывают, — проворчал я, подходя к куче, и начиная сортировать подарки на четыре кучи — сладости, мясо, игрушки, и всё остальное.

Чего тут только не было… Различные мягкие игрушки, шарфы, перчатки, носки, конфеты, шоколадки, несколько видов мяса, книги, сакэ…

К чему я в Японии до сих пор никак не мог привыкнуть, что тут в порядке вещей было мясо дарить. И более того, это был довольно дорогой подарок, показывающий, как тебя любят и ценят, ведь дарили чаще всего говядину, в виде наборов стейков. На моё счастье, такие подарки делали редко, только по особым случаям, чаще всего ограничиваясь чаем или конфетами, но вот в этот раз мне «повезло». Видать, очень впечатлил японцев мой «подвиг» и решение правительства наградить меня медалью, вот и заваливали подарками и письмами со всей страны третий день уже, и если письма я благополучно сплавил в фан-клуб, глава которого пообещала, что они отправят ответы на все письма, то вот с подарками мне пришлось разбираться самому…

И после вчерашней пресс-конференции этот поток только усилился…

На самой пресс-конференции я усиленно изображал смущённого скромного героя, всячески открещивался от восхвалений меня, говорил, что на моём месте так поступил бы каждый, умолчав тот момент, что я там был не один, но почему-то никто больше не изъявил желание спасти Шуичи.

Последний, кстати, сказался жутко больным, и любые посещения его в больнице стали запрещены. Хитрый, гад. Понял, к чему это всё идёт, и что его ждёт паломничество из журналистов и телевизионщиков, и тут же перекрыл им доступ к своему телу. Ещё недельку там поваляется, да и забудут все обо всём этом. Сволочь… Тоже так хочу. Знал бы, к чему это идёт, тоже сказался бы больным, и сидел безвылазно в больнице до отъезда на сборы.

Не забыл я и высказаться о самой трагедии, унёсший множество жизней, выразив своё сочувствие всем семьям, понёсшим утрату. Вполне искренне выразил, даже не играя. Репортёры и журналисты, кажется, прониклись этим, тут же став спокойнее и сдержаннее. Но от всеобщего внимания это всё равно меня не освободило. До сих пор у наших ворот крутились журналисты и телевизионщики, так и норовившие взять у меня очередное интервью.

Чувствую, если бы не охрана, то они ещё наглее были бы, а так, всё же, сдерживали себя.

Зато кто был счастлив такому вниманию к своей персоне, так это наш режиссёр. Вот он буквально расцвёл, когда у него стали брать интервью о случившемся, и о нас с Шуичи, и вот там он развернулся на полную, не забывая делать рекламу фильму, и усиленно расхваливая нашу с Шуичи актёрскую игру.

К этому моменту уже был готов очередной трейлер нашего фильма, его планировали запустить через пару недель в показ, но по такому случаю решили ускориться, и выложили его вчера в интернете везде, где только можно.

Внимание он к себе получил большое, народу понравился, и были неплохие шансы на то, что наш фильм соберет неплохую кассу в кинотеатрах, когда выйдет.

В общем, режиссёр был доволен, спонсоры тоже, и режиссёр уже сказал актёрскому составу, что он доволен снятым материалом, переснимать больше ничего не будем, и мы пока можем быть свободны. Фильм же ждёт монтаж и накладка спецэффектов.

Предварительно, в прокат он должен был выйти зимой, после нового года, если ничего не случится и всё будет в срок. Нас наверняка будут ещё время от времени дёргать на студию, чтобы что-то доснять, или переозвучить, но основная нагрузка была позади, и можно было спокойно сосредоточиться на предстоящем чемпионате мира и учебе в университете, с которой тоже всё благополучно разрешилось.

Хоть тут мне эта шумиха вокруг меня помогла. Вчера позвонил ректор, сообщил, что было принято решение поощрить меня за мой геройский поступок, и зачислить на курс без всяких вступительных испытаний, ну, а то что это было сделано задним числом, это уже нюансы.

Я поблагодарил его, и тут же позвонил юристам, порадовав их своими успехами, и сообщив, что они могут ускоряться с покупкой издательства, на что Мацуяма-сан заверил